Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

спали прошлую ночь. Но я в таком возбуждении, что, кажется, больше никогда не смогу уснуть, — произнесла Винга. — Ты, Хейке, даже представить себе не можешь, как много для меня значит идти вот так вдвоем с другом!

— Ты только что говорила об этом. Но говори столько, сколько хочешь!

— Ты ведь тоже был одинок!

— Очень!

Девушка взяла Хейке за руку:

— Мы нужны друг другу, правда?

— Конечно, — согласился он. В горле у него застрял комок. Он знал, как легко может привязаться к девушке. Хейке не мог позволить себе такой роскоши. Ему пришлось пережить слишком много боли и печали. Больше он не перенесет. Хейке не питал иллюзий: стоит Винге познакомиться с другими парнями, как она тотчас же забудет про него! Винга порхала по жизни словно бабочка.

Но зачем загадывать на будущее? Он хотел жить сейчас, в эту колдовскую ночь. У себя дома, в своем согне. Разве не об этом он мечтал?!

Кладбищенская калитка стонала и плакала, поворачиваясь на ржавых петлях.

— Тс-с-с, — приказал Хейке калитке. — Подумай о здешних жителях! «Кто это там шляется по кладбищу в ночь-полночь? Надо пойти взглянуть!»

Винга фыркнула:

— Во-первых, еще не ночь-полночь. Во-вторых, люди тяжело работали весь день. И не могут позволить себе того же, что и два лентяя: не спать по вечерам. В-третьих, они ужасно суеверны и ни за что на свете не решаться пойти на кладбище.

— А те, кто не слишком перегружает себя работой, вроде Снивеля, далеко отсюда.

— Да, но мы не знаем, что делает его племянник, этот подлец, обосновавшийся в Элистранде.

Для Винги он был подлец. Неважно, что она не разу не видела этого человека. Он «украл» ее горячо любимый дом!

— Ну, он тоже сюда не пойдет. И вряд ли кого пошлет.

Они почувствовали себя героями.

— А мертвых мы не боимся, — добавил Хейке.

— Н-нет, — чересчур весело, дрожащим голосом произнесла Винга.

Хейке вспомнил другое кладбище. В Штрегешти.

Там его закрыли в мертвецкой. А ведь он страдает клаустрофобией!

Он рассказывал об этом случае. Поведал Винге всю историю о крыльях черного ворона. И она поняла его страх — страх быть запертым в помещении. Эти страхи пришли из детства.

Крошка Винга была хорошей девушкой.

Она потянула Хейке за собой в отдаленную, более старую часть кладбища.

— Вот, — тон был выбран правильно, — самый главный камень!

Камень был довольно большим, но не слишком красивым.

— Прочти, что тут написано!

Винга стала читать по слогам полустертые буквы. Стемнело, читать было нелегко.

— Нам надо подновить буквы. Убрать мох, — пробормотала она.

Наконец громко прочитала:

— «ТЕНГЕЛЬ ДОБРЫЙ ИЗ РОДА ЛЮДЕЙ ЛЬДА. Родился в 1548, умер в 1621. Жена: СИЛЬЕ ДОЧЬ АРНГРИМА. Родилась в 1564. Умерла в 1621. Они очень сильно любили друг друга».

Хейке чувствовал торжественность момента и стоял молча. Он встречал Тенгеля Доброго. А теперь стоял у его могилы.

— Тут еще что-то написано.

— «СУЛЬ АНГЕЛИКА ИЗ РОДА ЛЮДЕЙ ЛЬДА. Родилась в 1579. Умерла в 1602. В память».

— В память?

— Она не похоронена на этом кладбище. Власти забрали ее тело. Ты… ведь встречался с ней?

Хейке ответил на ее озабоченный взгляд мягкой улыбкой:

— А как же. Много раз. В жизни не встречал женщины красивее ее.

Винга кивнула. Она не чувствовала ни зависти, ни ревности. Взяв один из цветков из букета, положила на надгробный камень.

— Если б у меня была шляпа, я снял бы ее из уважения и благоговения, — тихо сказал Хейке. — Перед всеми тремя! Мы не должны забыть Силье!

— Нет, конечно. Я думаю, Силье сыграла не менее важную роль в жизни рода, чем эти двое. Хоть она и не была нашей крови.

— Она была необходима Тенгелю. И нам тоже.

— Она как мать-прародительница той части рода, что мы знаем лучше всего.

Хейке кивнул. Он-то знал предков более далеких времен. Дида, Скиталец во Тьме. И еще нескольких, живших в более далекие времена.

Но эти имена одни из самых главных. Он еще постоял у могил. Мысли его были далеко отсюда. В этот момент он даже забыл про Вингу.

И только когда Хейке глубоко вздохнул, Винга осмелилась нарушить молчание:

— Несколько могил мы сегодня не сможем увидеть. Это могилы Мейденов. Там похоронены Шарлотта Мейден, Даг, Лив, Таральд, Суннива и Ирья, Маттиас, Хильде… Видишь, я помню все имена наизусть. Они похоронены в отдельном каменном склепе около церкви. Мейден, как ты знаешь, был владельцем Гростенсхольма. Он вывел род Людей Льда из нищеты. Последней в этой ветви рода была Ирмелин.

— Да. И потом Паладин. Разве он не был представителем еще более уважаемого рода?

— Угу! Они породнились с той ветвью Мейденов, что была в родстве с Людьми Льда. Или наоборот. То есть в нас влилась княжеская кровь. Я имею в виду Сесилию Мейден и Александра Паладина. Остальные Паладины похоронены в Дании. А здесь покоится только… Погоди, вот мы и пришли!

Винга быстро продвигалась дальше к новым, более красивым надгробиям.

— Вот этот громадный камень… Под ними покоятся Тристан и его Марина. А вот Ульвхедин и Элиса.

— Погоди! Я встречал Ульвхедина! Не пожертвуешь ли один цветок и на эту могилу?

— С удовольствием!

Винга выбрала один из самых красивых цветков и благоговейно положила у могилы. Они пошли дальше.

— Это Йон Паладин и Бронья. А здесь лежат мои дедушка с бабушкой: Ульф и Тора Паладин.

Винга остановилась у другой могилы. Тут голос ей изменил, и она молча поставила около надгробного камня всю банку. Хейке принес воды. Винга расправила цветы. Молча поднялась с колен.

Хейке все понял. Тут покоились Вемунд Тарк и его супруга Элисабет Паладин из рода Людей Льда.

А он было забыл, что Винга по материнской линии принадлежит к княжескому роду. Вспоминала ли об этом когда-нибудь сама Винга? Она никогда не говорила об этом.

Винга откашлялась. И жалким голосом проговорила:

— А сейчас, Хейке, мы пойдем к Линдам из рода Людей Льда!

«Это мои родственники», — подумал он, следуя за ней к большой группе могил, что находились позади надгробных камней Тенгеля и Силье. Винга читала:

— «АРЕ ИЗ РОДА ЛЮДЕЙ ЛЬДА. Родился: 1586. Умер: 1660. Жена МЕТА, родилась 1587, умерла 1635».

«Боже, как давно это было», — подумалось Хейке.

Винга продолжала:

— На этом камне есть еще одно имя: «ТРОНД ИЗ РОДА ЛЮДЕЙ ЛЬДА, 1608—1625». Какой молодой!

— Я встречал его. Он пал в тридцатилетней войне.

Винга слабо улыбнулась. Это звучит так странно! Хейке встречался с людьми, умершими не одно столетие назад! Но для Хейке в этом не