Эльфийский сыр - Екатерина Насута

Вот и приходится, чтобы быстро да с наскоку.

– Добрый день, господа, – произнес тот самый парень в костюмчике.

Костюмчик – хороший, сразу видно, что не на рынке шит.

И парень ничего. Лощененький и смотрит нагло, как и подобает редкостным прохвостам. И, чуя этакое за собой, достал очочки из кармана, нацепил на нос, хитрющие глаза скрывая.

– Позвольте представить вам… это наш бренд-менеджер и специалист по стратегическому позированию… Емельян.

Поднялся парнишечка в розовом пиджаке, накинутом поверх чего-то, весьма напоминавшего рыболовную сеть.

– А чего позиционировать будем? – громко поинтересовался Прохор и брови сдвинул, явно показывая видом своим, что этакую легкомысленную особу к великой науке стратегии и близко не подпустил бы.

– Все, – смело ответил первый парень. – Василиса – наш таргетолог…

Поднялся второй парень.

То есть еще недавно Поржавский был готов поклясться, что это парень, потому как зачем девице брить голову налысо?

– …Она отлично разбирается в вопросах формирования общественного мнения. Ну а я… Иннокентий, – благоразумно представился парень. – Я буду осуществлять общее руководство. Состав творческой группы в перспективе планируется расширить, но пока, сколь понял, важно достичь консенсуса…

– И дать ему по морде, – произнес в сторону Пахом, – чтоб дурью не маялся…

Поржавский поглядел с укоризной. И вздох подавил. Тем временем Иннокентий включил экран, на котором возникла диаграммка. Такая вот кругленькая, как пирог, и с выделенным желтым кусочком.

– Василиса, прошу…

– Доброго дня, – голосок у Василисы оказался тонким и звонким. – Господа, к сожалению, времени на проведение отдельного исследования у нас не было. Поэтому мы ограничились опросом в отдельных группах… Итак, как вы видите, рынок пока не готов к принятию нового продукта. Тушенку из суслятины готовы попробовать лишь семь процентов респондентов…

– А я тебе сразу говорил, – не удержался Пахом. – Что хрень это…

Хрень или нет, но Волотовы же влезли. А у них чутье на такие-то вещи…

– …При этом пропорция в целом не меняется… гендерных различий также… – Диаграммы сменяли одна другую.

– Чего? – шепотом переспросил Саволенко.

– Бабы эту погань тоже жрать не будут. Ну или мужики… может, на военные поставки рассчитывает?

– …Поэтому очевидно, что к поступлению нового продукта рынок нужно готовить! – завершила выступление Василиса. И передала пульт парнишке в розовом.

– Стратегия пока предварительная, – поспешил предупредить он, глянув на Иннокентия. И тот поддержал:

– Это, если можно выразиться, просто черновые наброски. Наши общие мысли о проблеме… так сказать… суммарное ее видение. Все упирается в то, что люди не воспринимают суслика как достойную добычу. Поэтому на наш взгляд необходимо провести глобальный ребрендинг!

– Чего? – не удержался Пахом.

– Изменить имидж суслика в глазах народа!

Переспрашивать Пахом не решился.

– Начать стоит с семантических смыслов. Ведь кто такой суслик? Мелкий зверек, считай, крыса… то ли дело… – Емельян щелкнул на пульт. – Сусл!

Закашлялся Пахом, подавившись водой. Саволенко непроизвольно перекрестился. И было с чего. С экрана смотрел зверь, в котором, если приглядеться, просматривались суслячьи черты. Но весьма и весьма отдаленно. Зверь стоял на задних лапах, растопырив передние. Грозно поблескивали стальные когти. С клыков сусла на заляпанный вражеской – Поржавский надеялся, что вражеской, – кровью живот капала слюна. И сами клыки эти размером больше подходили какому-нибудь тигру или льву на худой конец.

Глаза сусла горели алым.

– Это…

– Сусл! – Емельян махнул рукой, и картинка сменилась другой. Теперь за спиной сусла возникла тень не менее грозная. Было в ней что-то узнаваемо богатырское: то ли шлем остроконечный, то ли меч в руке… или, может, кольчуга, которая смутно проглядывала сквозь тьму. – Мы бросим народу вызов! Мы скажем ему: добудь сусла!

Это было произнесено с таким воодушевлением, что даже Саволенко подскочил, никак поддавшись призыву.

Кадр сменился.

– А сусл – зверь серьезный! Он хитер и коварен. Он кровожаден и свиреп. Добыть сусла нелегко. За ним охотились легионеры Древнего Рима!

На картинке накачанный мужик в римской тоге пытался попасть копьем в сусла. Причем то ли легионер был мелким, то ли суслы в Древнем Риме достигали размеров хорошего кабана, но Поржавскому смотреть на это было очень переживательно.

– Ведь суслы – это сила! Мощь! На них охотились сообща… когортами…

Воображение мигом нарисовало римскую когорту, отгородившуюся щитами и ощерившуюся копьями. Медленно и неотвратимо наступала она на могучего саблезубого сусла, готового жизнь отдать, но не покориться…

Поржавский даже головой потряс, удивляясь себе самому.

– Именно благодаря мясу суслов легионы Древнего Рима завоевали весь мир!

– Боюсь, историки с вами не согласятся…

– Это смотря сколько вы им заплатите, – деловито заметил Иннокентий. – И насколько серьезные историки вам нужны. Можно составить список кандидатов наук или даже докторов, которые вполне научно выступят на каких-нибудь круглых столах. Статьи продавить в соответствующих журналах…

– Более того, – продолжил Емельян, снова сменяя кадр. – Чингисхан ел мясо суслов… и сумел…

– Завоевать весь мир? – Поржавский постарался сохранить серьезное выражение лица.

– Именно! – Емельян подскочил. – Видите, вы поняли мой мессендж!

– Чего?

– Посыл, – перевел Пахом. – Творческий…

Настолько творчески Поржавского, пожалуй, еще не посылали.

– Можно даже показать историческую преемственность сакрального знания. Скажем, древние монголы узнали секрет величия у древних римлян…

– В личной беседе. – Саволенко все же не удержался. Хотя его, кажется, не услышали.

– Мы будем внушать населению… – Емельян выставил руку вперед. – Что если хочешь стать успешным, то надо есть суслов! Все великие люди ели суслов, добывая их с немалым риском для жизни.

На экране замелькали кадры, на которых люди, порой незнакомые, сражались с суслами. Особенно впечатлил Пушкин.

– И он тоже? – указал на снимок Саволенко.

– Конечно! Он очень узнаваем, поэтому будет неразумно не использовать настолько мощный образ, – влез Иннокентий. – У нас есть договоренности с парой литературоведов, которые могут провести передачи или там открытые столы о роли сусла в поэзии Пушкина, Лермонтова… есть еще искусствоведы. Можно пустить

новость об утерянных полотнах, которые запечатлевали какой-нибудь подвиг с суслом…

Поржавский пытался понять, кто более сошел с ума: император, затеявший возню с сусликами – будто ему пингвинов мало, – или эта троица.

– Кстати, в сети можно кинуть и более дерзкий клич. Молодежь очень хорошо откликается на вызовы. Что-то вроде «Не будь лохом, добудь сусла!». Затем, на стадии закрепления позитивного образа, мессендж изменится на что-то более нейтральное. Скажем… «Суслятина императорская – в каждый дом»… но тут еще стоит подумать. – Иннокентий собрал бумажки вместе. – Вариантов много, подходящий соберем.

– Также планируем запустить цикл медицинских или околомедицинских программ, где будут рассказывать о пользе суслятины для здоровья, – уже спокойным голосом продолжил