Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

Ши Цинсюань также простонал в ответ:

— …Я… говорил, но… такой уж он человек… ничего не поделаешь… если бы я раньше знал… то договорился бы встретиться ещё на Небесах, чтобы вместе спуститься сюда…

— Понимаю… понимаю…

Неожиданно за пологом раздался лёгкий смешок Хуа Чэна.

Вместе с которым сердце Се Ляня тревожно подскочило.

Юноша часто смеялся, когда находился рядом с ним, и сейчас Се Лянь уже более-менее научился отличать, когда он действительно искренне радуется, когда лишь язвительно насмехается, а когда в его усмешке звучат угрожающие нотки, подписывающие собеседнику смертный приговор.

Однако далее Хуа Чэн спокойно произнёс:

— Пришёл в мои владения беспорядки учинять? А ты не робкого десятка, как я погляжу.

Лан Цяньцю развернулся в сторону полога. Его глаза ярко сверкнули.

— Ты и есть хозяин этого заведения?

Демоны вокруг стали насмехаться:

— Эй ты, болван несведущий, хоть представляешь, с кем разговариваешь? Это наш градоначальник.

Кто-то с прохладной усмешкой добавил:

— Не только игорный дом, весь Призрачный город принадлежит ему!

Услышав эти возгласы, Лан Цяньцю нисколько не изменился в лице, а вот Ши Цинсюань едва не подпрыгнул от удивления.

— Мать честная, получается там, за пологом, скрывается тот самый?! Собиратель цветов под кровавым дождём???

Се Лянь подтвердил:

— Да… это он.

— Вы уверены?!

— Уверен.

— Конец. Нам конец. Как теперь спасти Цяньцю?!

— Надеюсь, что он не раскроет своей личности…

Лан Цяньцю тем временем огляделся вокруг, при этом разъяряясь всё сильнее.

— Всё в этом про́клятом месте пропитано скверной, поистине раздолье нечистой силы. Что за твари собрались здесь и какими непотребствами занимаются? Того, кто открыл подобное место, невозможно назвать хоть немного человечным!

Демоны зашикали на него в ответ.

— Нас изначально людьми-то не назовёшь, зачем нам какая-то человечность? Нам такая ерунда без надобности. Кому нравится, пусть забирает себе!

— Ты что о себе возомнил? Прибежал сюда, чтобы указания раздавать?!

Хуа Чэн усмехнулся:

— Мои владения — и есть самый настоящий разгул нечисти. По открытой для всех тропе Небесных чертогов ты ступать не хочешь, а в преисподнюю, куда хода нет, суёшься без приглашения. Что мы можем с этим поделать?

Стоило Се Ляню и Ши Цинсюаню услышать фразу «Небесные чертоги», к ним моментально пришло понимание.

Значит, Хуа Чэн уже догадался, откуда прибыл Лан Цяньцю!

Впрочем, до самого Лан Цяньцю так и не дошёл смысл данного высказывания. Он вновь ударил ладонью по столу, и на этот раз все люди и демоны, что окружали его, бросились в рассыпную — стол полетел прямо в сторону красной фигуры за пологом. Однако Хуа Чэн, даже не меняя положения в кресле, мягко махнул рукой, и длинный игровой стол сменил направление, полетев обратно к Лан Цяньцю.

Когда удар настиг смутьяна, он вначале выставил одну руку перед собой, однако после обнаружил, что одной руки здесь недостаточно, поэтому тут же приложил обе. Он всё упорствовал, да так, что на лбу постепенно проявились синеватые вены. В первоначально оживлённом зале посетители попрятались по углам, а то и вовсе бросились наутёк. Се Лянь и Ши Цинсюань никак не могли решить, стоит ли оказать помощь соратнику. Ведь они, можно считать, пока не разоблачены, а значит, могли бы незаметно помочь Лан Цяньцю. Но если они действительно выбегут на помощь, одним махом раскроют всех троих.

Лан Цяньцю издал натужный крик и наконец вновь оттолкнул от себя непомерно тяжёлый стол. Хуа Чэн за красной завесой, по-прежнему сидя в профиль к нему, плавно сжал пальцы, затем расслабил снова. В тот же миг стол разбился на бесчисленное множество мелких щепок, которые вновь атаковали Лан Цяньцю.

Щепки пролетели по воздуху со звуком, напоминающим свист клинка, яростно и стремительно, страшнее любого скрытого оружия. Если Лан Цяньцю продолжит скрывать магические силы, сохраняя облик простого человека, ему не удастся укрыться от атаки, что бы они ни делал. Поэтому, когда в следующий миг его тело окутало едва заметное божественное сияние, Се Лянь и Ши Цинсюань всё поняли и про себя воскликнули:

— Плохо дело, он собирается перейти в божественное воплощение!

Однако свечение это вскоре исчезло, возможно, Лан Цяньцю наконец вспомнил, что в этот раз нельзя раскрывать свою личность, и потому в последний момент быстро скрыл сияние. И всё же, если Лан Цяньцю отступил, Хуа Чэн отступать не собирался. Красная фигура, скрытая пологом, изобразила иной жест — сложила пять пальцев в щепоть и легонько приподняла.

Одно это движение — и Лан Цяньцю подбросило в воздух и подвесило распластанным на потолке главного зала игорного дома!

Попав в столь затруднительное положение, Лан Цяньцю, полностью обескураженный, попытался вырваться и, кажется, даже не понял, как вышло, что он так внезапно воспарил в воздух. Се Лянь, будто страдая от головной боли, произнёс:

— Его магические силы запечатаны, теперь не выйдет даже проявить божественное воплощение.

Ши Цинсюань заметил:

— В Призрачном городе властвует Хуа Чэн. Стоит ему захотеть, он может запечатать чьи угодно силы.

И хотя в итоге Лан Цяньцю оказался жертвой, всё же для них это имело некоторые преимущества. А именно — его настоящая личность будет скрыта, хоть и при помощи внешнего воздействия. В противном случае, если бы он сейчас в драке раскрыл божественное воплощение, все бы узнали, что Бог Войны Востока, Совершенный Владыка Тайхуа, ворвался в Призрачный город и устроил скандал. В таком случае конфликт не удалось бы уладить так просто. Всё-таки за многие годы, исключая какие-либо особые происшествия, отношения между Небесными чертогами и миром демонов напоминали колодезную воду и речную — никто не вмешивался в дела другого.

Когда непрошеный гость, устроивший переполох в игорном доме, оказался обезврежен, попрятавшиеся в разные стороны демоны вновь вылезли из укрытий, собрались в главном зале и принялись громко хохотать, показывая пальцем на Лан Цяньцю, подвешенного к потолку. Должно быть, сам Лан Цяньцю никогда раньше не попадал в подобные передряги. Лицо его раскраснелось, но ни звука не слетело с губ. Он пытался незаметно применить силу, чтобы вырваться из невидимых пут. Снизу то и дело подпрыгивали демоны, чтобы ударить его по голове, но, к счастью, Хуа Чэн подвесил пленника достаточно высоко, чтобы никто до него не достал, иначе позор достиг бы небывалых размеров. Хуа Чэн за красным пологом усмехнулся:

— Сегодня я поймал для вас игрушку, можете забавляться сколько хотите. Если кто-то из вас окажется достаточно удачлив и предложит крупную ставку, сможет забрать его и сварить на обед.

После такого заявления главный зал