На откуп дракону - Анастасия Максименко

Понятия не имею, помогут ли мои угрозы, но пробовать собиралась. Недовольно оперлась плечом о кладку, скрестив на груди руки, ну, и ждала.

Дело в том, что во дворце дракона я обитаю уже несколько дней. Сама не верю, но факт есть факт. И вот за эти четыре пройденных дня консервная банка мне на глаза отчего-то не попадался!

Если мне нужно было чего, притопывала Сана, а эта дамочка — консерва в эмоциональном, да и во всех планах, почище чешуйчатого гада.

Зато прок от неё был: как минимум, она снабдила меня трудовым инвентарем, благодаря которому я хоть немного отчистила свой коридор. Хотя, честно сказать, дело это оказалось нелегким: коридор казался не таким уж большим, но при мойке — просто огромный!

Я пока туда-сюда с ведрами протаскалась, умаялась так, будто бы целый вагон угля разгрузила, и на следующий день просто не могла встать с постели. Только кряхтя, как старушка, сползла, чтобы умыться и по нуждам сходить, даже толком не ела, чем малость растревожила Сану.

Нежить приперлась поздно вечером с проверкой — не померла ли я раньше времени, а узнав проблему, заботливо притаранила кашу, за что ей большое спасибо.

Отстраненно ляснула по стене:

― Дра-а-а-ако-о-о!!! Выходи-и-и.

Правда, каша была такой мерзкой и постной, что я её с трудом запихнула в себя. Вот такая я привереда. Утром узнала: дворцовый повар уволился по семейным обстоятельствам, и нового пока не нашли. Готовкой теперь занималась нежить.

Третий день я вновь тратила, отмывая коридор. Нет, в божеский вид я его ещё не привела, но теперь там можно было хотя бы находиться без угрозы для жизни и анафилактического шока.

Но! В платье всё-таки драить полы — дело совершенно не благодарное, и мне срочно нужны…

― Чего вопишь, Катастрофа? ― рыкнули над головой. Ко мне из стены высунулась патлато-божественная голова с широкими обнаженными плечами, по которым вилась неоновая веревка.

Придирчиво глянула на дракона и совершенно серьезно заявила:

― Мне нужны штаны. Срочно.

Черная бровь поползла к небрежно-модельно взлохмаченным волосам.

― Мои?

Опустила взгляд вниз по рельефному животу, который, ну, очень сильно хотелось облизать языком, до кромки штанов, свободно и низко сидящих на бедрах, и невозмутимо кивнула:

― Не, ну, можно и твои, только с ремнем, а то падать будут.

У банки сузились зрачки.

― А больше тебе ничего не нужно, наглая моя? Рабыня, естественно, ― как-то поспешно.

― Дай-ка подумать… Если только мыльный раствор, какой, ещё тряпок, а то мои почти все кончились в помывочных муках, веник – одна штука, нет, лучше две…

― Иди за этим всем к Сане!

― Сана сказала: за штанами — к тебе! Нет, ну, разве я много прошу? Всего одни-то штаны, если у тебя нет, не вопрос, давай слетаем на рынок. У вас здесь есть рынок?

Остапа понесло. Божественная морда лица зачешуяла.

Денджерос! Кажется, сейчас кто-то дыхнет огнем.

Драко

Эта нахальная в доску девчонка сведет его с ума!

Штаны ей его подавай. На рынок вези. Ничего не треснет нигде? Самая наглая жертва, какую он в жизни встречал! В груди потяжелело, из глотки вырвался протяжный рокот.

Выдав бессовестной требуемое, призвал Сану.

― Ещё раз отправишь… Арину ко мне без моего на то приказа – развею, понятно сказал?

Нежить покорно кивнула:

― Разумеется, хозяин.

― И перестань действовать ей на нервы.

Служанка удивилась, ведь раньше хозяину до шалостей домочадцев было глубоко наплевать, но спорить не стала.

― Поняла.

Дракон дернул крылом в сторону выхода, с тоской взглянул в небо.

Если бы не лживые вероломные люди, он сам и его сородичи счастливо резвились в облаках. Возможно, у него была бы семья, свой маленький дракончик, чей смех и топот ножек бередил тишину этих стен.

Но люди всё уничтожили. Они всегда уничтожают всё, к чему прикасаются, и эта человечка — не исключение!

Глава 18

Арина

Не полыхнул, слава богу. Прошипев мне, чтобы ждала, скрылся там у себя, пошуршал, а затем мне в лицо прилетело портками.

Удивленно стянув их с головы, развернула с оценкой: сойдет, и петельки есть, только…

― А ремень?! ― гаркнула недобро и быстренько шмыгнула в сторонку, через пару секунд из стены со свистом пролетел свернутый кольцом честно отжатый предмет.

Нет, ну, что за дракон! Тьфу на него.

Подобрав ремень, костеря банку по всякому-разному, поперлась к себе. Стою вот теперь перед зеркалом, кручусь во все стороны, ну, конечно, штаны очень сильно велики, но благодаря ремешку очень даже сойдет. Подкатала брючины, и совсем красота.

Загремела ведром с тряпками, под мышку — деревянную палку с зажимом, и потопала на мины, то есть, дальше свою вотчину отдирать да комфорт себе строить. Всунув самую большую тряпку в зажим, напевая себе под нос песенку, принялась тереть стены, смахивая с них пыль и паутину.

Честно говоря, я была даже рада, что скряга дракон не снабдил меня бытовыми порядко-поддержательными артефанто-штуками, просто если б снабдил, чем бы я тогда занималась? Точно бы со скуки померла.

Если только книжки читать, которые мне выдала Сана, до них я так пока не дошла, вечером собиралась изучать. А так уборкой и форму какую-никакую поддержу, и при деле всегда, чем плохо. Мне — точно ничем. Кроме того, говорят, любой физический труд голову прочищает.

Протерев правую стену, дошла до лестничного пролета, мимолетно зацепила взглядом грязнючий подоконник и пошла по левой стороне.

Хорошо бы узнать, какие всё-таки между людьми и драконами проблемки, что там такое когда-то случилось, что теперь надо в жертву людей приносить.

Сана оговорилась: в этом как раз сами люди повинны. Да и сам Драко при упоминании людей едва в глотке огонь держит. Но что они сделали?! Люди эти. Вот в чём вопрос. Очень сильно сомневаюсь, что о таком станут в книгах писать по той же истории.

Меня на эту тему сильно разбирало любопытством, я как раз собиралась в первую половину дня под убрать коридор и сходить на кухню, с другой нежитью познакомиться, а то пока только вредную Сану и знаю, а заодно с готовкой помочь.

Вдруг дракон такой злобный потому, что голодный, и постная каша голод его не утоляет.

И всё-таки как хорошо, мой дракон — человеческий вегетарианец, а то такого гурмана я бы не потерпела, пришлось бы перевоспитывать.

Правда