За гранью иллюзии 2 - Лев Жуковский

— Премиальные отменяются из-за отсутствия должного рвения и солидарности в боевом слаживании с отрядом охранения торгового дома.

Всё это было ожидаемо. Штрафовать за потерю охранников, принадлежащих торговому дому, никто бы меня не стал, а вот лишить премии — это очень даже обычное дело. Возможно, пригрозили бы даже штрафом, но это могло подействовать только на молодого неопытного младшего офицера. Мне, как старому ветерану, не стали заливать уши формальными канцелярскими приписками. За долгую службу я уяснил главное правило: «Приказ должен быть выполнен!». И если он может трактоваться размыто или, что ещё хуже, имеет несколько трактовок, то на первое место выходит сохранность мага, а уж затем и всего отделения. Я знал, что если торговцы смогли бы «правильно договориться» с полковником Овцевом, то мой приказ звучал бы совершенно чётко: «Защитить любой ценой начальника каравана и охранников торгового дома, а также их имущество!». Вот тогда мне пришлось бы приложить все свои силы, но добиться выполнения поставленной задачи. Естественно, на торговый караван могли в принципе не напасть нурглы, тогда им, конечно, бы повезло. Но императора Георг Великий в тот день явно не приглядывал за ними.

На следующее утро рота Такилова, усиленная моим отделением, покинула расположение крепости. Наша общая численность составляла чуть более восьми десятков солдат. Настрой у воинов был боевой, но меня смущала общая молодость не только рядового состава, но и большинства офицеров. И вроде бы, уровни были неплохие. Рыцари все поголовно обладали десятым. На их фоне немного портил впечатление всего лишь четырнадцатый уровень младшего лейтенанта. Но думаю, навыки у него должны быть по определению достойными, всё же его звание предполагает это. Не может же целый ротный не обладать чем-то по-настоящему убойным в плане заклинаний. Но очевидное отсутствие опытных и слаженных в долгих сражениях отделений не давало мне мыслить позитивно. И моё угрюмое настроение, судя по весёлым лицам остальных солдат, никто не разделял. В этой разведывательной миссии мне было нужно неукоснительно выполнять команды старшего по званию офицера. Ведь это не какой-то там гражданский начальник каравана из торгового дома.

Как я и предполагал, ничего хорошего от этого задания ждать не приходилось. И уже на второй день похода выяснилось одно неприятное обстоятельство. Младший лейтенант Такилов совершенно точно был либо беспросветно глуп, либо чрезмерно самонадеян. Он по какой-то неведомой причине решил двигаться сквозь лес широкой сетью, разделив отделения на расстояние пары сотен метров. Тем самым увеличивая площадь исследованной территории. Решение это было не просто спорным, а изначально попахивало вредительством. Но вмешиваться и что-то доказывать на совещании я, естественно, не стал, как не сделали этого и другие рыцари. И закономерно в первый же вечер отделение, которое двигалось западнее всех, потерял двух разведчиков. Я надеялся, что этого уже будет достаточно и дальше мы будем двигаться одной сплочённой группой, что сведёт к минимуму потери среди личного состава. А ведь это было важно не столько из-за моего человеколюбия, а скорее по рациональной причине, потому как чем больше солдат вокруг, тем выше шанс выжить в глубине территории нурглов, где этих тварей по определению должно быть в разы больше.

Но странности в поведении упёртого младшего лейтенанта только продолжали расти. На третий день он увеличил расстояние между группами уже до пятисот метров. И как итог, на некоторых участках пути даже я терял визуальный контакт с солдатами соседних отделений, и это с моим уровнем восприятия, что тогда говорить о молодых рыцарях. А там, где лес становился более плотным, вообще начинали теряться ориентиры нашего движения. Напряжение среди воинов стремительно нарастало. Бойцы забыли свои недавние улыбки. Да и разговоры в целом снова стали крайне напряжёнными. Потому как мы уже довольно глубоко вторглись на территорию нурглов. И ни о каком прочёсывании леса здесь не могло быть и речи. Твари мелькали всё чаще у нас на горизонте, но пока им не хватало смелости или, может, глупости атаковать наши порядки. Именно в тот вечер я окончательно осознал, что благополучно эта разведывательная миссия точно не закончится. Поэтому выбрав подходящий момент, я начал удаляться от своего отделения и подыскивал подходящую цель. И мне всё же удалось подстрелить двоих самых беспечных нурглов и собрать с них хоть немного Эргов.

Получено 8 Эргов. (68/210)

В общем, получилось подстрелить одного даже пятого уровня. Что выдаёт в нём крайнюю степень беспечности для такого сильного нургла.

Получено 14 Эргов. (82/210)

Для моего дальнейшего плана этого должно хватить с лихвой. Ну и догонять небольшую потревоженную стаю нурглов было бы чересчур сложно. Потому как мои солдаты и так крайне тревожно смотрели, как я провоцирую этих тварей на атаку. Но судя по всего лишь обеспокоенным лицам солдат из моего отделения, они навряд ли понимали наше истинное положение и тот опасный бездонный омут, в который мы чем дальше, тем сильнее погружаемся.

На общем привале вечером после заката разговоры солдат не сильно различались в каждом подразделении. Всем было очень не по душе двигаться настолько широкой сетью. Предчувствие несчастья буквально витало в воздухе. Ведь проходимость лесистой местности с каждым днём только ухудшалась. Перелески встречались всё чаще, а с ними и небольшие стаи нурглов. Но Такилову, по всей видимости, было совершенно плевать на мнение даже своих младших офицеров. И потеря ещё двух разведчиков его вновь абсолютно не тронула. На следующие утро один из его рыцарей всё же не выдержал и задал вопрос, когда младший лейтенант решил расширить сеть разведки ещё больше.

— Господин Такулов. Простите, но это становится слишком опасно. В нашей видимости постоянно находятся небольшие группы нурглов. Не далек тот час, когда они решатся напасть на нас. И судя по их огромному количеству, они просто сомнут отделение, не заметив его, — неуверенно и сбивчиво произнёс молодой рыцарь.

— Ещё кто-то разделяет его мнение? — тихо спросил младший лейтенант, обводя взглядом всех рыцарей. Но в поддержку молодому командиру отделения никто не высказался. — У меня личный приказ полковника уничтожить как можно больше лесных тварей, и другого способа выманить нурглов на атаку попросту нет. Я надеюсь, что в дальнейшем мои подчинённые воздержатся от глупых вопросов! — безапелляционным тоном закончил он.

По правде говоря, у меня-то было что ему на это сказать. Но смысла пререкаться со старшим по званию офицером и доказывать его полную некомпетентность я не видел никакого. Молодой младший лейтенант, как выяснилось, сочетал в себе две очень неприятных черты характера: недальновидность и упрямство.