Охотник - Гоблин MeXXanik

Агафья сделала пару шагов ко мне, наклонилась и чуть нахмурившись, вгляделась в моё лицо. Но промолчала. Просто сказала:

— Ладно, идем на завтрак.

Из открытого окна доносилось стрекотание кузнечиков. А через мгновение послышалось знакомое насмешливое карканье.

— Да, сейчас, — пробормотал я, глянув в окно. — Догоню.

Агафья пожала плечами и вышла из комнаты. Я же подошел к окну. Через пару секунд на подоконник бесшумной тенью сел Смутень.

— О, да вы только посмотрите-ка, кто воскрес! — проворчал он, влетая внутрь и устраиваясь на спинке стула. — Слава Свету, Живе и всем богам! Я уже начал подумывать о поисках нового хозяина. Поумнее, поприличнее, без тяги к саморазрушению!

— Не дождёшься, — ответил я, снимая со спинки стула рубашку. — А ты чего выбрался в такую рань?

Ворон наклонил голову набок и внимательно осмотрел на меня с головы до ног.

— Вот ответь мне, Герман, насколько переход понизил твой интеллектуальный уровень? Вполовину поди, не меньше. И это учитывая тот незавидный умишко, который был у тебя до переселения в этот мир. Ты намеренно выбираешь самый сложный путь, или просто не в состоянии увидеть очевидное?

Я усмехнулся, натягивая рубашку. Ворон сегодня был очень словоохотлив.

— Мы в этом мире всего ничего, — продолжил фамильяр. — Вот я и выбрался, чтобы узнать, что здесь интересного. И чем он отличается от твоего родного. Мы сидим в поместье, полном долгов, возможно, уже под присмотром Синода. Пора состряпать какой-нибудь план по выживанию. Иначе удачи не видать.

— И что узнал? — я пропустил мимо ушей его причитания. — У тебя есть конкретные предложения?

— Почуял кладбищенского духа, стража некрополя под старым собором почти в центре города. Стережёт фамильные склепы одной из местных знатных семей. Там наверняка есть вещи, которые не учтены в реестрах Синода. Золото, артефакты! Ритуал изгнания ты знаешь. Риск, конечно, велик, но и награда сможет порадовать.

— Еще я могилы не грабил, — оборвал я его, заглядывая в почти пустой шкаф. — Свяжись с такими и проблем не оберешься. А кладбищенские сокровища обычно оказывается проклятым на три поколения вперёд. Нет уж, спасибо.

Я перевел взгляд на шкаф. Одежды на вешалках было мало. На дальней вешалке висел одинокий пиджак из темно-серого сукна. Ткань была плотной, добротной, чуть потёртой на сгибах. На левом нагрудном кармане я увидел вышитый серебряной нитью, уже потускневший, герб: щит, перекрещенные клинки, стилизованное солнце. Остаточная память Егора услужливо подсказала мне, что это был нак семьи Вельяновых.

Я снял пиджак с вешалки, примерил. Довольно отметил, что сидел тот как влитой. Подошёл к зеркалу. Довольно подмигнул отражению:

— Что ещё видел? — я обернулся к ворону. — Наверняка же рассказал не всё.

— Ладно, про окраину географии мне показалось, — начал фамильяр после небольшой паузы. — Дома здесь в целом добротные и почти у каждого чуть ли не частная дружина для охраны поместий.

Я только пожал плечами:

— А что ты хотел? Пригород столицы, здесь живут одни аристократы. И далеко не все семьи обедневшие, как вот эта моя новая.

— Не повезло, тут ты прав. — явно соглашаясь, мотнула головой птица и взглянула на меня. — Но надо признать, что ты заслужил. Как-то нужно выкарабкиваться, что-то с этим делать.

Я кивнул:

— Надо. И я уже почти придумал, что именно делать.

— Это хорошо, — одобрил Смутень. — Если только это не идея вступить в местный Орден.

— Боюсь, что любой Синодник легко заметит во мне расщепление души, — вздохнул я. — А значит, меня могут приравнять к демонам. Так что твоя шутка не очень удачна.

— Не шибко они здесь умные, — парировал ворон, выглядывая в окно. На вопрос по поводу шутки он решил не отвечать.

— Ладно, пойду я завтракать. А ты…

Но ворон меня не дослушал. Просто исчез, оставив в комнате легкий запах озона. Знак перехода существа в астрал. Я же направился к двери. Спустился на первый этаж и вышел на кухню, где все уже было готово.

В гостиной уже ждала Агафья. Она окинула меня быстрым взглядом.

— Герб обычно добавляет солидности, — произнесла она, оценив мой внешний вид. — Присаживайся.

Я послушно сел за стол, на котором уже стояла глубокая миска с тушёной капустой и мясом, корзина с хлебом и пузатый глиняный чайник. В воздухе пахло свежими травами и дымом.

— Долго же тебя не было, — продолжила травница, усаживаясь за стол. — Я уж думала, что с тобой что-то случилось.

Я усмехнулся, сел напротив девушки и взял хлеб:

— Не дождешься.

Она качнула головой, но уголки губ всё же дрогнули в улыбке:

— Давай есть, — мягко произнесла она. — Приятного аппетита!

Я кивнул в ответ.

Мы завтракали молча, а когда тарелки опустели, я сделал большой глоток из чашки крепкого, горького отвара и посмотрел на сидевшую напротив травницу.

Затем взяла чайник и налила в чашки янтарный, пахнущий медом и липой напиток.

— Спасибо.

Я взял чашку и сделал глоток. Довольно кивнул:

— Вполне достойно на вкус. Ну так что? Я по поводу лавки травника

Взглянул на сидевшую напротив травницу, ожидая ответа.

— Попробовать-то можно, — после недолгой паузы сказала Агафья, задумчиво глядя в кружку. — Хочу сразу предупредить: это будет очень, очень сложно.

Я только пожал плечами:

— Судя по моей прошлой практике, просто бывает редко. Я бы сказал, почти никогда.

— Согласна, — произнесла девушка задумчиво, сделала небольшой глоток и продолжила. — Для открытия лавки нужна лицензия, полученная Синодом. Помещение для лавки и лаборатории, причём, желательно в одном доме.

— У нас есть целое поместье под лабораторию и склад. А ещё есть это, — я ткнул пальцем в герб на груди. — Последний отпрыск древнего, хоть и обедневшего рода. Это же может дать хоть какие-то формальные права. И более лёгкий доступ в некоторые кабинеты.

Она кивнула медленно, будто взвешивая риски.

— Потом комиссия Синода осмотрит эти помещения и если их всё устроит, может быть, выпишет разрешение, — продолжила Агафья. — А потом бумаги нужно будет сдать в городскую управу, где и зарегистрируют лавку.

Я задумчиво почесал в затылке:

— Не быстро, но вполне осуществимо. Так чего ждать? Давай сегодня поедем в город и подадим заявление на