Путешественник Книга 8 - Олег Ефремов

— Мама оставила мне подсказки, дабы я мог ими воспользоваться и открыть в себе новые способности. Думаю, что смерть, башня и молния могут относиться к дару трансфигурации. Тебя молнией не ударяло в детстве? — этот квест вообще никак не поддавался, оставаясь по-прежнему загадкой.

— Нет, молнией меня не било. Во всяком случае ничего подобного я не помню. А как впервые мой дар проявился, помню очень хорошо, — Кайла тяжело вздохнула и какое время молчала. Я не торопил её, чувствуя, что история окажется печальной.

— Когда я была маленькой, отец подарил интересного зверька, похожего на вашего енота, но немного другого, более круглого и с больши́м животом. Тануки был страшной лакомкой и любил прятаться, мимикрируя под предметы мебели. Он частично мог изменить своё тело, вес, форму, правда, всего на пять минут, а потом возвращался в исходное состояние. У танки была магия трансфигурации себя, а не окружающих вещей. Мне весело с ним игралось, он всегда от меня прятался, а я его находила по глазам у предметов. Он забывал их закрывать, наблюдая за мной. Как-то ночью мне приснился страшный сон, и я проснулась от ужаса. Тануки обычно спал рядом, но почему-то решил поиграть и превратил себя в прикроватный коврик. От страха я спрыгнула на пол и услышала хруст, нечаянно сломав позвоночник питомцу. Не сразу поняла, что случилось, так как побежала в комнату отца, чтобы спрятаться под его одеяло. Только вернувшись утром, увидела тануки мёртвым у моей кровати. Не сразу поверила своим глазам, думала, он вновь притворяется. А когда поняла, что это я его убила, то захотела вернуть своего питомца. Начала менять его тело в те предметы, в которые он любил превращаться. Так и проснулся мой дар трансфигурации, но питомца он не вернул. Из мёртвого живого сделать не получилось.

Кайла замолчала, а на её глазах появились слёзы, она до сих пор не простила себе гибели любимого питомца. У нас, на Земле, о таком звере лишь ходят легенды, но вживую его никто не видел.

— Хочешь сказать, чтобы у меня появился дар трансфигурации, я должен найти тануки и его убить? А потом пытаться воскресить заново? — способ показался мне немного абсурдным.

— Нет, тебе необходимо что-то ценное утратить или нечаянно сломать, чтобы захотеть это восстановить любыми способами. Мать оставила тебе правильные подсказки. Смерть кого-то, кто тебе дорог, или разрушение чего-то ценного смогут заставить тебя включить этот дар, — Кайла была права, у меня не было тяги что-то перестраивать или переделывать. Даже портальные арки изначально изготавливала для меня она, я лишь производил настройку. А ведь дар трансфигурации — поистине божественный дар, заставляет человека творить или создавать нечто новое. Я серьёзно задумался, что можно разрушить, а потом воссоздать вновь без применения магии времени. Но ничего не приходило в голову. А божественные артефакты, к которым я уже привязался, были неуничтожимыми.

Вернувшись в свою комнату, приступил к эксперименту. При помощи физической силы и подручных инструментов разломал для начала стул, на котором часто сидел. Попытался его собрать заново при помощи трансфигурации. Как и думал, у меня ничего не вышло. В моих просторных апартаментах, в отличие от училища, было ещё три стула. По факту большой потребности в воссоздании мебели у меня не было. Поэтому решил разломать единственный письменный стол, замены которому не было, ректор за это меня уж точно не похвалит. Пришлось повозиться, но результат был достигнут. Куча деревянных обломков лежала на полу. Подумал, что мне необходим каменный стол, чтобы разломать его в следующий раз было невозможно. Представил, как он должен выглядеть, направил свой взор на кучу обломков, но не произошло ровным счётом ничего. За этот вечер я лишился стола и стула, и теперь мне уроки придётся делать, лёжа в кровати. Видно, я не настолько был привязан к этим вещам, чтобы пробудился во мне дар трансфигурации.

Пошёл другим путём, пытаясь изначально создать магический узел в своём теле при помощи акупунктурных игл. Влив всю оставшуюся ману, что собрали за день ребята, результат оказался тем же. Ни точки, ни узелка в моём теле не появилось. Зато джинн на меня смотрел очень недружелюбно.

— Зря только перевёл всю энергию, мог бы отдать мне все накопители, — услышал я претензию от джинна, что теперь мог уже говорить, а не передавать свои мысли ментальным способом.

— Ты и так получил сегодня энергии от трёх накопителей, а твоя форма так и осталась прежней, — джинн добрался до халявной энергии, мгновенно осушив три камня, что ему выделил.

— Этого недостаточно, чтобы полностью измениться. Могу лишь с трудом говорить, хотя даже головы сформировать не вышло, — джинн по-прежнему оставался недоволен, так как прогресс шёл медленно. — Я могу, если пожелаешь, разрушить что-нибудь существенное или даже кого-то убить.

— Нет, не нужно этого делать. Я придумаю, как открыть дар трансфигурации. А ты за примерное поведение будешь ежедневно получать халявную энергию и постепенно эволюционировать в настоящего человека. Пока лучше посмотри журналы, дабы выбрать себе новый привлекательный образ, — достал из чемодана под кроватью модные журналы, что показывал парням, дабы те выбрали ткани, использующиеся в пошиве одежды на Земле. Так я зарабатывал первые деньги в Теллусе, дабы не чувствовать себя церковной мышью.

Джинн начал листать журналы, рассматривая подробно фото парней модельной внешности. Где-то через час он определился с выбором, указав мне на фото брутального парня. Осознал, что имя Хоттабыч к этому смазливому молодому и загорелому юноше, кем вскоре станет мой не такой уж и старый джинн, совершенно уже не подходит. Но пока ничего сто́ящего не приходило в голову, да и до полной трансформации джинна в человека ещё далеко, отложил выбор нового имени на потом.

На очередной урок по визуализации в класс ввалился Трубецкой, каким-то образом унав о моем воскрешении. Судя по выражению лица, произошло что-то из ряда вон выходящее. У меня от плохого предчувствия засосало под ложечкой.

— Хорошо, что ты жив, Оболенский, но у тебя дома случилась беда. Явились два ангела во плоти и разрушили усадьбу до основания, — от этих слов сердце пропустило удар. — Ты только не переживай, никто из обслуживающего персонала не пострадал, и охранники тоже живы.

— Что с моим отцом? —