Охотник 8: Злой Рок - Александр Робский

Это существо не намеренно скрываться! Оно просто терпеливо ждёт, когда его жертва сама прыгнет ему в пасть.

И вот, добравшись до конца тропы из алых факелов, дуэт остановился в шаге от плотного мрака.

«Даже моя магия тьмы не может рассмотреть, что скрывается внутри этой завесы.» — покрылся Артём холодным потом.

Во тьме резко открылись глаза, украшенные золотом и облитые первородным светом самих звёзд, а следом появилось очертание лестницы, ведущей к самому настоящему трону, на котором восседает что-то древнее.

— Я знал, что ты придёшь, брат мой… я так долго тебя ждал… так долго, что разум помутился, а воспоминания стали для меня новой жизнью… той жизнью, что ты уничтожил…

Его голос звучал так зловеще, что даже кровь, растёкшаяся по всему полу, начала дрожать, а его присутствие ощущалось так остро, что кишки выворачивало наизнанку. Впервые Артём даже не мог показать свою зловещую улыбку. Все внутри него требовало лишь одного: БЕГИ!!! БЕГИ БЕЗ ОГЛЯДКИ!!! Но он не мог отступить. Только не сейчас!

Наконец-то во тьме зажглись последние два факела, окропив алым светом существо, восседающее на троне.

Это был мужчина под четыре метра росту, а всё его тело состоит из потоков крови. Глаза полностью золотые, а внутри них горят белоснежные вытянутые зрачки.

У этого существа звериная пасть с острыми клыками, на руках — костяные когти, а по всей спине разрослись кровавые иглы, что, уходя вниз, обратились в самый настоящий плащ. Так же есть иглы чуть поменьше. Они торчат из его плеч, локтей и даже из головы, на которой находится багровая корона с острыми концами.

Это Ундэл — «Третий» Первородный. Но его облик… он какой-то другой. Помимо плаща и игл, его покров сросся с телом до такой степени, что теперь отчётливо видно кости и мышцы, а так же сам цвет стал багрово-фиолетовым. По его венам переливается само зло, из-за чего они извиваются, подобно змеям, а его звериная пасть стала в разы зловещей и силилась с головой в одно целое.

— Что такое, брат⁈ — сказал Ундэл не своим голосом, а так же его речь была на языке «забытой эпохи», — Не узнаёшь меня⁈

— Горот⁈… Как это воз… возможно…

Артём пригляделся к телу Ундэла, найдя на нём свежие колотые раны, внутри которых пульсирует багрово-фиолетовая жидкость, а так же виднеется сердце, окутанное чёрными венами.

— Ты всё верно понял. Перед тобой сам Горот — первенец света! Вот только мой облик потерпел катастрофические изменения. Понимаешь, я просто хотел встретить тебя, как и подобает твоему преданному другу!

Артём начал осматриваться по сторонам, ища взглядом Бора. Но он нашёл лишь красный портал, который расположен прямо за троном.

— Ты меня не слушаешь?..

— Да мне плевать на твой рассказ. Тут всё и так понятно. Ты сделал из Первородного «Убийцу Этажей». Только так он мог пройти дальше сорок пятого этажа!

Когда Горот напал на проходчиков, Артём понял, что это существо не может атаковать, так как у него нет физической оболочки. Он просто воплощение ожившего воспоминания, которое слилось с «Подземельем» и стало его основной частью… стало его сердцем! Но сейчас он вселился в тело одного из «Убийц Этажей». Артём предполагал, что такое возможно. Но вот что оболочкой станет Ундэл — это самый нереальный из всех сценариев. Ведь этот Первородный обитает в «Подземелье» так долго, что он сросся с ним в одно целое. Как он мог попасться в лапы этому существу⁈

— Ну, раз ты уже всё понял, тогда перейдём к самому интересному!.. — изогнулась острая пасть в дьявольской улыбке, — Я знаю, что ты ищешь. Ответ прямо над моей головой! — указал он когтистым пальцем во тьму.

Алый свет стал в разы ярче, словно в огонь бросили порох.

— А⁈…

Глаза Артёма округлились, а сердце ушло в пятки. Ведь над троном пролегает гигантская человеческая вена, покрытая склизкой полупрозрачной мембраной. И внутри неё покоятся Екатерина, Александр, Нильс и Бор.

Артём сделал шаг вперёд, но Горот тут же выставил в его сторону ладонь:

— Не спеши! Ведь последствия будут ужасными. Сначала выслушай меня.

Гнев начал туманить рассудок, но стоило Альраму ухватиться за плечо Артёма, как тот сразу же пришёл в себя.

— Выслушай его… — тихо прошептал Делюрг.

— Оу… — сощурил монстр глаза, — Твой голос! Твоё обожжённое лицо! Я тебя видел… я тебя знаю… — он вдруг призадумался, — Альрам Делюрг! Да! Именно так ты мне представился. И вот же сюрприз. Ты уже в третий раз попадаешься мне на глаза. Ты… бессмертный⁈ Или в «Подземелье» появилась лазейка, о которой я не знаю? Хотя подожди! Нет! Я видел, как тебя убили! Первый раз это сделали врата, а второй — алаволосая дева. Правда в твоё тело потом вселилась Лилит. Хм, а ты живучий, Альрам. Или же всё-таки ты бессмертный⁈

Делюрг не ответил. Он сжал зубы до скрежета и отвернул лицо в сторону.

— Ты ведь понимаешь мой язык. Почему молчишь? — в ответ очередная тишина, — Что ж, это твой выбор. К тому же ты мне не сильно интересен, — золотой взгляд упал обратно на Артёма, — Твои соратники ещё живы. Но… ненадолго. Моя кровь насыщает их лёгкие и не даёт им умереть от голода. Но в то же время она в них проникает… изменяет их…

— МРАЗЬ! — покрылся Артём тремя стихиями, а его глаза были как у дикого зверя, — В «Убийц Этажей» их хочешь обратить⁈

— В точку! — начал Горот хлопать в ладоши, — Но процесс этот можно остановить. Нужно всего лишь вытащить их из моей крови. Просто, да?.. Вот только… сумеешь ли⁈ Это уже совершено другой вопрос!

Горот поднялся на ноги, обрывая на спине длинные багрово-фиолетовые щупальца, что ветвятся прямо из трона. Причём эти отростки, лишившись своего хозяина, начали мерзко пищать и извиваться. Именно они передали в тело Первородного заразу, которая теперь полностью его контролирует.

— Пока ты добирался до сорок девятого этажа, я изучал и подчинял себе силу, что способна уничтожать целые народы! — начал спускаться Горот по ступеням, а реальность вокруг него завибрировала и размылась, — У тебя больше нет армии, способной остановить столь могущественное существо, а твоя сила — это лишь песчинка на фоне моих новых возможностей! Но всё-таки я спрошу тебя, брат… готов ли ты попросить у меня прощения⁈ Готов ли ты искупить свои грехи передо мной⁈ — он остановился на последней ступени, встав перед Артёмом, а так же задрал подбородок, показав надменный взгляд, — Моли меня о