Система SSS: Наследник Забытых Богов - Мэрроу

рану, прожигая тьму, разрывая плоть демона. Акризон закричал — по-настоящему, страшно, так, что у Алексея заложило уши, а стены пошли трещинами.

Здоровье Акризона: 76%

— СДОХНИ! — взревел демон, и чёрное пламя ударило во все стороны без разбора.

Алексей не успел уйти. Волна огня накрыла его, сбила с ног, прижала к полу, начала пожирать.

Здоровье: 42 %… 38 %… 33 %…

— НЕТ! — заорал он, вскидывая руки.

Свет и багровое пламя вырвались из него одновременно, смешиваясь в дикую, безумную комбинацию, которую он никогда раньше не пробовал. Золотое и алое переплелись, ударили в ответ, разрывая чёрное пламя на клочья.

Две силы столкнулись в центре зала.

Мгновение тишины.

А потом взрыв, который разнёс всё.

Гору тряхнуло. С потолка посыпались тонны камня. Колонны рухнули. Пол ушёл из-под ног. Алексей и Акризон разлетелись в разные стороны, врезались в стены, проломили их, провалились в соседние залы.

Алексей поднялся, пошатываясь, сплёвывая кровь. Руки дрожали, мана была на исходе, здоровье висело на волоске. Но он стоял.

Акризон тоже поднялся.

Они смотрели друг на друга через руины, через дым, через пелену боли и ярости.

— Ты… — выдохнул демон, и в его голосе впервые прозвучало нечто, похожее на уважение. — Ты не сдаёшься.

— Не умею, — ответил Алексей, вытирая кровь с лица.

— Жаль, — Акризон покачал головой. — Потому что я только начал.

Чёрное пламя вспыхнуло с новой силой. Багровые молнии ударили с потолка, заряжая демона энергией. Меч Теней засветился алым, готовый к финальному удару.

— Крик Бездны — полная мощность, — произнёс Акризон, и мир вокруг начал умирать.

Алексей почувствовал, как реальность истончается, как сознание гаснет, как тело перестаёт слушаться. Но Ледяное Спокойствие держало последний рубеж, не давая тьме поглотить разум.

Не сдохнуть. Не сейчас. Не здесь.

Он вскинул руки, собирая остатки маны, остатки сил, остатки воли в один последний удар.

— Свет… Пламя… — прошептал он, смешивая навыки в безумный коктейль. — …ВСЁ ВМЕСТЕ!

И ударил.

Золото-алый луч пронзил зал, пробил Крик Бездны, врезался в Меч Теней, разнёс защиту демона и вонзился ему в грудь.

Акризон закричал.

Алексей упал на колени, теряя сознание.

Алексей стоял на коленях, тяжело дыша, чувствуя, как реальность плывёт перед глазами. Золото-алый луч, пробивший грудь демона, погас, оставив после себя только тлеющий след на камнях и запах озона, смешанный с гарью.

Мана: 340/9000

Здоровье: 18%

Берсеркер: активен (2 минуты до отката)

Слишком мало. Слишком всё мало.

Акризон не упал.

Он стоял, пошатываясь, прижимая руку к груди, и смотрел на Алексея с таким выражением, от которого у нормального человека сердце остановилось бы на месте. В багровых глазах демона больше не было ни лени, ни превосходства, ни даже ярости. Там была бездна. Чистая, абсолютная, первобытная ненависть, способная пожирать миры.

— Ты… — прохрипел Акризон, и голос его звучал так, словно говорила сама тьма, из которой он был соткан. — Ты посмел… коснуться меня.

Чёрное пламя на его теле больше не металось хаотично. Оно замерло, застыло, превратившись в неподвижную корону, пульсирующую в такт чему-то глубоко внутри.

— Теперь ты умрёшь так, как не умирал никто, — пообещал демон, выпрямляясь. — Я вырву твою душу, буду жечь её тысячу лет, а потом соберу осколки и буду жечь снова. Вечность. Ты будешь гореть вечность, смертный.

Меч Теней в его руке начал расти.

Алексей смотрел и понимал — это конец. Не тот, когда можно выкрутиться. Не тот, когда есть шанс. А настоящий, чёрный, беспросветный конец, от которого не отбиться, не убежать, не спрятаться.

Но Ледяное Спокойствие держало. Даже сейчас, на грани смерти, оно работало, замедляя время, раскладывая ситуацию на атомы, ища выход там, где выхода не было.

Интеллект 47 (снижение от Берсеркера) — но даже этого хватало, чтобы не сдаваться.

Глим вдруг выскочил из своего укрытия.

— Алексей! — закричал он, бросаясь вперёд. — СЛИВАЙСЯ СО МНОЙ! СЕЙЧАС ЖЕ! ЭТО ПОСЛЕДНИЙ ШАНС!

Маленькое существо с серебристой шерстью бежало к нему через зал, через руины, через дым, не обращая внимания на чудовищную ауру демона, которая любого другого раздавила бы в лепёшку.

— НЕТ! — заорал Алексей в ответ, вскидывая руку. — НЕ ПОДХОДИ!

— Я СОЗДАН ДЛЯ ЭТОГО! — Глим не слушал. Он бежал, спотыкаясь, падая, поднимаясь и снова бежа. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ УМЕРЕТЬ ИЗ-ЗА МЕНЯ! Я — ИНСТРУМЕНТ! ПОЗВОЛЬ МНЕ ВЫПОЛНИТЬ СВОЁ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ!

Алексей рванул вперёд, перехватывая Глима за шкирку в последний момент. Поднял в воздух, заглянул в три глаза, полные слёз и отчаянной решимости.

— ЗАТКНИСЬ! — рявкнул он так, что эхо заметалось по руинам. — Ты слышишь? ЗАТКНИСЬ! И не смей мне больше говорить об этом!

— НО ТЫ УМРЁШЬ! — закричал Глим, вырываясь, молотя воздух крошечными лапками.

— Я НЕ УМРУ! — Алексей тряхнул его, заставляя замолчать. В голосе его не было страха. Была сталь, кованная в десятках боёв, закалённая потерями и болью. — Не здесь. Не сегодня. И не из-за этого. — Он перевёл дыхание, сжимая пальцы на серебристой шерсти. — НО ТЫ БУДЕШЬ ЖИТЬ. ЭТО НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ. ПОНЯЛ?

Глим замер, глядя на него снизу вверх. В трёх глазах плескалось такое… такое, чему нет названия. Смесь ужаса, надежды и чего-то тёплого, что разрывало крошечное сердце на части.

Алексей отшвырнул Глима в сторону, подальше от эпицентра, и повернулся к Акризону.

Демон смотрел на эту сцену с непередаваемым выражением на лице. В его глазах мелькнуло что-то странное — непонимание, смешанное с… завистью?

— Ты отказываешься от силы, — медленно произнёс он. — От силы, которая могла бы тебя спасти. Ради… этого? — он указал на Глима, забившегося в угол. — Ради жалкого создания, которое даже сражаться не умеет?

— Ради того, кто шёл со мной до конца, — ответил Алексей, выпрямляясь. В груди что-то жгло, но это была не боль. Это был огонь. Совсем другой. Не багровый, не чёрный. Просто огонь — живой, человеческий, отчаянный. — Ради того, кто боялся, но не сбежал. Ради того, кто готов был умереть за меня, хотя я даже имени его не спрашивал.

Глим всхлипнул в углу.

— Ты глупец, — констатировал Акризон. — Величайший глупец из всех, кого я встречал за тысячелетия.

— Может быть, — Алексей усмехнулся разбитыми губами. — Но я всё ещё стою.

— Недолго.

Акризон взмахнул мечом, и тьма рванула вперёд, готовая поглотить всё.

И