Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

— Подтверждаю, — произнёс я, прижатый к стенке. Отказываться от своих же слов меня не учили.

— Да будет так! Правом, данным мне Светом и советом епископов Заракской империи, я лишаю Макса статуса смертника. Пока ещё безымянный человек по кличке Макс выходит из-под юрисдикции Крепости. Отныне и впредь судьба этого человека будет зависеть только от матери Алии, его личного служителя. Она и только она отвечает за жизнь и действия своего подопечного. Ни церковь, ни империя, ни академия больше не имеют над ним власти. Если кто-то из присутствующих не согласен с моим решением, пусть скажет об этом сейчас, либо молчит до конца своей жизни!

И вновь тишина стала ответом отцу Ургу.

— Да будет так! Отец Двар, прошу, освободите мать Алию и обеспечьте ей лекаря. Очищение огнём завершено. Все могут быть свободны.

(Тридцать лет тому назад, кабинет епископа юго-западного региона.)

— Епископ Ург, вы должны это увидеть! С таким мы никогда не сталкивались!

— Магический камень? — епископ взглянул на протянутый ему камушек. — Что же в нём такого примечательного, что отец Грон решил покинуть свою мастерскую?

Обладатель тёмной мантии смутился, но быстро взял себя в руки.

— Это не просто магический камень! Это решение всех наших проблем с засухой! Я тут провёл небольшое исследование — с помощью этого камня можно вызвать дождь! Даже поразительно, что можно найти в старых архивах!

— Дождь? — нахмурился епископ. — Ты пришёл ко мне ради дождя?

— Не просто дождя! — насупился исследователь. — Этот камень может вызвать как небольшой дождик, так необходимый нашим посевам, так и чудовищный ливень, способный смести всё на своём пути. Никаких ограничений — весь вопрос только в количестве затраченной маны!

Дождь… Епископ Ург задумался — здесь, на юго-западе империи, с этим явлением природы всегда были проблемы. Слишком далеко от моря, слишком высокие горы окружают регион, задерживая дождевые тучи. По сути, большая часть территории являлась пустыней, неспособной принести достаточно продовольствия. Если в его руках появится возможность вызывать дождь, проблема с продовольствием будет решена. Однако, если про этот камень узнает верховный епископ или ректор академии, они потребуют его себе. Нет, этого допустить нельзя.

— Да, это ценный камень. Нельзя, чтобы он попал в чужие руки. Отец Грон, нужно сделать так, чтобы о существовании этого камня никто не узнал. С его помощью мы с тобой войдём в Крепость. Осталось только всё грамотно провернуть…

(Крепость, за два дня до казни)

— Полагаешь, они решат её уничтожить? — глава исследовательского отдела Крепости, отец Грон, оторвался от изучения доставленных из разлома камней.

— Уверен на все сто процентов. Тёмному сохранят жизнь, но епископы потребуют жертву. Чтобы другим стало неповадно. Завтра сестру Алию отправят на костёр. Мне придётся согласится с решением совета. Очищение будет назначено на три часа дня послезавтра.

— Думаешь, это тот самый уникальный случай? Второго шанса не будет, — предупредил отец Грон. — Ты же можешь своим решением спасти её жизнь. Отправить в смертники, в конце концов.

— Мне не нужен ещё один смертник. Мне нужна независимая сила, с которой Крепости придётся считаться и договариваться. Отец Двар подтверждает — кто-то из епископов работает с тёмными. Кто — неизвестно. Один, два, может даже все они. Если мне удастся вывести Алию и Макса из-под влияния Крепости, этому кому-то придётся действовать. Они не могут допустить, чтобы церковь вновь стала сильной.

— Подставляешь их под удар?

— Вывожу из-под гарантированного топора и даю полную свободу действий. Кроме того, хочу проверить верность отца Нора. Не размяк ли старик — в последнее время он стал слишком сентиментальным. Утратил былую жесткость. Его нужно встряхнуть. Да и саму девочку хотелось бы проверить. Сломается или нет? Способна она нести на себе груз ответственности, или ещё рано? Её к этому готовили пятнадцать лет, но кто знает, как она поведёт себя в критичной ситуации. Прежде чем действовать, нужно всё основательно проверить.

— То, что мне принесли для исследований из разлома, дорогого стоит. Обидно будет лишиться всего этого.

— Всё останется по-старому, изменятся только финансовые потоки. Они будут уходить на в регионы, а этим двоим. Епископам придётся действовать, показывать свою истинную натуру, чтобы не утратить влияние. И тогда мы точно будем знать, кто ходит в Свете, а кто продался Скрону.

— Что же… Три часа дня? Мне нужно подготовится. Начинать, как я понимаю, нужно издали, чтобы не возникло подозрений?

— Всё верно. Ровно в три я отдам приказ. У тебя нет права опоздать…

(Крепость, день казни)

— Сестра Алия, — верховный епископ приветствовал арестованную, лично спустившись в её камеру.

— Просто Алия, — улыбнулась девушка. — Меня лишили сана.

— Лишение произойдёт в момент очищения, — поправил отец Ург. — До этого момента ты остаёшься сестрой в Свете. Тёмному оставили жизнь.

— Рада слышать, — искренне обрадовалась Алия. — Надеюсь, он сможет найти точки соприкосновения со своим будущим личным служителем. Мне не удалось. Он видел во мне девушку, но никак не представителя Крепости.

— Это была моя ошибка, — вздохнул отец Ург. — Не стоило тебя отправлять на это задание. Не потому, что ты бы не справилась. Из-за возраста Макса и того, что Крепость совершила слишком много ошибок, пока поняла, каким ценным ресурсом он является. Мне жаль, что за нашу ошибку платить пришлось тебе.

— Важно то, кем он стал, а не то, каким образом это было достигнуто, — произнесла Алия. — Но вы ведь явились сюда не для того, чтобы рассказать мне о тёмном?

— Нет, не только, — согласился верховный епископ. — Я пришёл к тебе с просьбой. Последней просьбой старого человека. Вот, возьми.

— Что это? — Алия приняла небольшую баночку с мазью и флакон с синей жидкостью.

— Жидкость — обезболивающее. Мазь — средство для быстрого розжига. Решать только тебе, но я очень хотел бы, чтобы ты