Пари на дракона - Анастасия Милованова

– Простите, – с чего-то тушуется Клео и принимается оправдываться: – Замок и впрямь очень большой. Помимо парадной столовой, есть небольшие кафетерии на каждом этаже. Но господин ректор приказал отвести вас именно в главную.

– Ничего, Дру, тебе полезно пару часов не пожрать, – Лери отпускает ехидную шуточку, глядя на парня, и вокруг раздаются понимающие смешки.

Что правда, то правда. Дрударь если не пашет на полигоне, то постоянно ошивается в обеденных. Якобы для набора мышечной массы.

– Валейт, ты когда-нибудь договоришься, – огрызается парень.

– Я вся твоя, милый! – Лери раскидывает руки, а её губы растягиваются в более ехидной ухмылке.

Знает ведь, что Дрударь с ней в драку не полезет. И не потому, что девушка. С альвами Ночи в открытый бой мало кто вступает: усыпят разом. Тут нужны мощные защитные чары. А у нашего здоровяка только с лобовой атакой дела хороши.

– Э-э-э, – тянет Клео, следя за перепалкой огромными, как блюдца, глазами. – У вас всё в порядке? Может, тьюторов позвать?

– Не волнуйся! – Её тут же под руку хватает Мирра и тянет вперёд. – Это у нас обычное дело. Пар выпускают.

– Да? А то я думала, уже дуэль будет. Хотя какая дуэль между девушкой и парнем? – нервно хихикает Клео. – Это ж какой позор.

– Действительно, – киваю я. – Каким надо быть идиотом, чтобы драться против девчонки?

– О чём ты? – непонимающе смотрит на меня Клео. – У нас позор лёг бы на Лери. Мало того что она впуталась в сомнительную ситуацию, так ещё и сама свою честь отстаивала бы. Это просто несмываемое пятно на репутации.

Мы с девчонками переглядываемся, не веря своим ушам. Я подозревала, что у драконов царит патриархат, но чтобы настолько махровый?!

– Ну да ладно, – встряхивается Клео. – Хорошо, что ваши нравы всё же отличаются от наших. Всеединый, как я рада, что вы к нам всё же приехали! Это лучше, чем подарок на день Нового полёта!

Она даже подпрыгивает от радости и останавливается у больших двухстворчатых дверей.

Резные барельефы на их деревянной поверхности изображают шикарные застолья и вереницу дивных блюд. Но привлекают меня не аппетитные картинки. Я замечаю на каменном косяке знакомые наросты. Старые, почти окаменевшие, но я уверена: это грибы-сетевики.

– Клео, а что это у вас? – спрашиваю у драконицы, которая с широкой улыбкой пропускает наших внутрь.

– Что?

Она хмурится и ведёт взглядом по косяку, не совсем понимая, о чём я спрашиваю. Натыкается на серую шляпку и, чуть задумавшись, выдаёт:

– А, это наследие альв! Академия же очень старая, и больше ста лет назад тут жили ваши предки. – Она запинается, внезапно осознав, на каких ролях существовали те альвы, и тут же начинает сбивчиво тараторить: – Ну, не ваши. Те. Прошлые.

Она смотрит на меня со смесью испуга и жгучего стыда, а я, совсем как Мирра до меня, спешу успокоить драконицу:

– Клео, это дело прошлого. Нам, конечно, неприятно его вспоминать, но ты-то к тем временам никакого отношения не имеешь.

Девушка нервно кивает и спустя мгновение заметно расслабляется.

– Насчёт твоего вопроса, – прочистив горло, произносит она. – Эти грибы раньше опутывали почти всю академию, но с уходом альв практически сразу покрылись каменными чешуйками. Дядюшка сказал, что их срезать не стали, так как вреда они не несли, а лишних средств и сил на их устранение у академии не было. Вот так они и висят почти в каждой комнате и в коридорах замка.

– То есть вы не знаете, для чего они?

Я подхожу к двери и внимательно вглядываюсь в самую крупную из шляпок. Грибница выглядит мёртвой, но отчего-то мне кажется, что она просто глубоко спит.

– Вообще без понятия, – тянет Клео, заглядывая в зал.

Она отчётливо нервничает из-за того, что остальные уже отошли на приличное расстояние.

– Эти штуки используются для связи, – произношу я.

Протягиваю ладонь и легонько касаюсь шляпки. Едва заметная золотистая искра срывается с кончиков пальцев и тут же впитывается в гриб, окрашивая его в пастельно-радужные оттенки.

В ужасе отдёргиваю руку и кошусь на Клео. Но драконица так занята отслеживанием Мирры, что на меня совсем не обращает внимания.

– Да? – скорее из вежливости, чем из интереса, произносит Бетье. – Это как молниевые кристаллы? Они могут сообщения передавать?

– Что-то вроде того, – подтверждаю я, внезапно осознав, что всё это время за спиной стоит Ильке.

Он видел мои манипуляции с сетевиком и в курсе его пробуждения. Эрто приподнимает брови, предлагая мне объяснить произошедшее.

Теряюсь всего на секунду, но уже в следующий момент развожу руками, как бы спрашивая: «А что удивительного для альвы Матери?»

Такое проявление моей жизненной силы легко списать на проявление дара Матери. Хорошо, что Ильке не знает о судьбе Шуша. Вот там я бы не выкрутилась.

Но Эрто в ответ лишь хмыкает. И не понять: поверил или же зерно подозрения всё же дало росток в нём?

– Это всё, конечно, занимательно. – Клео надоедает наше топтание на пороге, и она с усилием вталкивает меня с Ильке в просторный, я бы сказала, огромный зал столовой. – Но ты мне потом расскажешь про эти ваши занимательные сетевики. А сейчас мы должны занять места и ждать прихода дядюшки.

На автомате киваю, а сама оглядываюсь, отмечая нюансы обстановки. Квадратной формы зал украшен витражами на окнах и множеством растений, свисающих с люстр и балок, поддерживающих высокий свод. У дальней стены расположен высокий подиум, на котором установлен длинный дубовый стол. Места за ним частично заняты мужчинами и женщинами в форме, похожей на ту, что носят здешние студенты. Только эта вариация выглядит более помпезной и богато украшенной. Этот нюанс, а также значительная разница в возрасте, подсказывает мне, что передо мной учительский состав академии Илларии. Не весь, но в большей своей части.

Мирра же, как и остальные ребята, стоит по центру зала и с интересом осматривается по сторонам. Меня радует, что ни у кого из наших ни следа робости на лице. Почему-то мне кажется, что дай драконам только повод – и начнутся нападки и придирки. Конечно, не явные, но нам только скрытой травли не хватало.

Направляюсь к подруге и украдкой посматриваю по сторонам. Здесь очень шумно, и кажется, собралась вся академия. По крайней мере столы, которыми уставлены практически все свободные площади, гудят от количества студентов.

И приглядевшись, замечаю странную схему рассадки учащихся. Не по факультетам и даже не по курсам. За одним столом могут сидеть студенты разных возрастов и, судя по нашивкам на их плечах, разных специализаций. Но то, что эти группки