Возвращение Тени - Джон Рональд Руэл Толкин

Об истории и ранних формах этих песен см. «Заметку о песнях в „Гарцующем Пони“», что следует ниже. — То, что в Бри будет песня, уже предусмотрено в первобытном наброске, данном на с. 126: «Они спят в трактире и слышат вести о Гэндальфе. Весёлый трактирщик. Застольная песня». ↩

12

В первоначальном тексте, где песней должна была быть Песнь о тролле, замечаний публики о кошке и скрипке, разумеется, нет. Вместо того, после «общество было не слишком разборчиво», следовало:

Они заставили его выпить и затем спеть всё сызнова. Изрядно ободрённый, Бинго заскакал по столу, и когда он во второй раз дошёл до «свой сапог пускать, где надо», он пнул воздух. Слишком уж натурально: он потерял равновесие и упал…

Строка «свой сапог пускать, где надо» (His boot to bear where needed) встречается в версии Песни о тролле, написанной для этого эпизода. ↩

13

Поскольку народ Бри на этой стадии мыслился так, как описано, неприглядная пара, по-видимому, была бы хоббитами, и в следующей главе Билл Ферни прямо таков (с. 165). Его спутник здесь — исток «косоглазого южанина», что пришёл по Зелёному Пути (FR, с. 168), но об этой составляющей пока нет и намёка на ещё весьма ограниченном полотне. ↩

1

От первоначального карандашного черновика, надписанного версией B, ныне мало что можно прочесть; он был набросан бледным карандашом, и, кроме как местами, текст чернилами его попросту стирает. Однако видно довольно, чтобы показать, что историей была история версии B (в которой письмо Гэндальфа было отдано хозяину трактира, а не Топотуну), и хотя это менее достоверно, я подозреваю, что на этой стадии не было упоминания о Чёрных Всадниках, приходивших в Бри прежде, чем прибыли Бинго, Мерри, Фродо и Одо. С другой стороны, совершенно ясно, что, когда мой отец писал версию B поверх первоначального черновика, перед ним лежала версия A.

Объяснение этого странного положения, думаю, можно усмотреть в том, что версия B много длиннее карандашного черновика и вовсе не тесно с ним связана; часть её — на вставных листках. Думаю, мой отец сперва написал версию A на основе карандашного черновика, но по ходу изменил историю (отдав письмо Гэндальфа Топотуну и введя рассказ Баттербура о Всадниках, приходивших в трактир); затем он вернулся к карандашному черновику и написал поверх него версию B, вернувшись к истории о том, что письмо было вверено Баттербуру, и снова введя рассказ о Чёрных Всадниках в Бри, но приписав его теперь Топотуну, что встретил их на Дороге. Для этого текста он использовал версию A и следовал ей очень близко, насколько позволяла изменённая история. Таким образом, текстологическая история была такова:

(1) Первоначальный карандашный черновик: письмо Гэндальфа оставлено у Баттербура; (вероятно) ещё нет истории о том, что Чёрные Всадники уже приходили в Бри.

(2) Версия A: история изменена: письмо Гэндальфа оставлено у Топотуна; Баттербур рассказывает о приходе Всадников в трактир.

(3) Версия B, написанная поверх первоначального черновика, но с использованием многого из формулировок A: письмо Гэндальфа оставлено у Баттербура; Топотун рассказывает о своих встречах со Всадниками на Дороге.

Наконец, некоторые новые обороты из B были вписаны обратно в A. ↩

2

Именно с этой фразы в FR начинается глава 10 «Бродяжник», но я включаю предшествующий пассаж сюда, поскольку он составляет часть повествования, поданного в двух вариантах (см. с. 156). ↩

3

Ср. с. 141, примеч. 7. Но, хотя старая мысль о том, что Бинго «подошёл к концу своего богатства» (и что смутной целью его «Путешествия» было добыть ещё, с. 62), исчезла, в FR (с. 175) осталось, что «с собой он взял лишь немного денег». ↩

4

Это было пять дней назад: см. хронологию на с. 160. Гэндальф со спутниками прибыл в трактир в воскресное утро, а теперь был вечер четверга. ↩

5

Они должны быть здесь ко вторнику: Гэндальф предположил, что они пойдут по Дороге от Брендивайнского Моста до Бри и потратят на это два дня. Ср. подсчёты Топотуна (с. 170–171): «От Брендивайнского Моста до Бри ближе к сорока, чем к тридцати, миль» и «Больше двух дней от Моста до Бри» (пешком). ↩

6

Откуда Чёрные Всадники это знали? См. с. 350, примеч. 7. ↩

7

Здесь мой отец написал: «Он описал вашу компанию очень точно, сударь, точнее, чем господин Гэндальф: масть ваших пони, обличье ваших лиц», — но вычеркнул, едва написав, вероятно, потому, что это не вязалось с его представлением о Чёрных Всадниках: он уже сказал (с. 75), что для Кольцепризраков «всё делается очень смутным, как серые призрачные картины на чёрном фоне, в котором ты живёшь, но обонять ты можешь яснее, чем слышать или видеть». Весьма вероятно, что мысль о «призрачном мире», в который в некотором смысле вступал носитель Кольца, надев его на палец, и в котором он тогда становился вполне видим обитателям того мира, уже возникла; намёк на это есть в словах Гилдора (с. 64) «думаю, что использование кольца помогает им больше, чем тебе», а в письме Гэндальфа в нынешней главе он настойчиво требует, чтобы Бинго ни для какой цели не надевал Кольцо — теперь, когда узнал, что Всадники в погоне. ↩

8

Эти слова — внизу рукописной страницы. У самого низа мой отец нацарапал карандашом:

19 нояб. Мотив: выслеживание Гэндальфа. Гэндальф уводит их [Всадников] прочь. Нет лагеря на Заверти, или же Гэндальф снова уводит их прочь.

Ср. с этим карандашное добавление на с. 153: «Впервые я увидел Всадников в прошлую субботу к западу от Бри, ещё до того, как наткнулся на Гэндальфа. Я вовсе не уверен, что они не шли и по его следу».

«19 нояб.», по-видимому, относится к дате заметки, то есть 19 ноября 1938 года; к тому времени мой отец давно