Реванш отвергнутой герцогини драконов - Марина Павельева

- Мы решим все ваши проблемы, - произнесла с убежденностью, не вызывающей сомнений, оценивающе оглядела Катю, отметила ее дорогое платье и продолжила. – Вам наверняка нужен лучший адвокат. И я думаю, господин Клобук старший примет вас сам.

- Спасибо, - улыбнулась Катя в ответ, а затем ее проводили к левой, с табличкой «Клобук Версонофий», белой двери, за которой оказалось довольно большое светлое помещение с двумя окнами и шкафами вдоль противоположной стены. - Здравствуйте, - поздоровалась с хозяином кабинета.

Тот оказался тощим, чрезмерно высоким, пожилым мужчиной, поднявшимся из-за массивного дубового стола ей навстречу. Одет он был в черный костюм-тройку, белоснежную рубашку с обтягивающей ворот черной бабочкой. Абсолютно лыс и кареглаз. А по причине худобы весьма морщинист.

- К вам посетитель, господин Клобук, - пискнула девушка-секретарь, аккуратно прикрыла дверь и упорхнула на свое место в приемном зале.

- Прошу вас, присаживайтесь, - адвокат показал рукой на мягкое из бордового бархата кресло, стоявшее перед столом. Сел сам, когда Катя устроилась напротив. – С какой проблемой, милая госпожа, вы к нам пожаловали? Здесь можете рассказывать всё-всё-всё. Ваши тайны умрут вместе со мной, - изобразил дежурную благожелательную улыбку и приготовился слушать.

- Я развожусь, - ответила Катя. – И хочу забрать у мужа половину имущества, - не стала темнить и выложила сразу, чего хочет.

- Похвальное желание… Ой, извините. Вы можете неправильно меня понять. Я имел в виду, что поделить имущество пополам, верное решение. А вот развод… Может, вы поторопились? Извините, я должен это спросить, - Клобук уставился клиентке в район переносицы, а вот прямо в глаза почему-то не смотрел. Возможно, манера общения у него такая… своеобразная.

- Он завел любовницу, и я не намерена измену терпеть, - буркнула Катя, решив, что с этого начнет свою слезливую историю про предательство мужа.

- О-оу, - причмокнул Клобук. – Тогда я с вами соглашусь. Это веская причина для развода, а с его стороны подлейшая подлость. Не буду спрашивать, как вы узнали. Спрошу только, он измену признал?

- В смысле? – Катя удивленно округлила глаза. – Он еще должен мне что-то по этому поводу говорить? Мол, я с ней сплю, всё так и есть? Вы в своем уме? – даже чуточку возмутилась.

- Ох, простите меня. И пожалуйста, не сердитесь. У меня работа такая, задавать неудобные вопросы, - адвокат сложил вместе руки, сцепив пальцы в замок, и прижал их к своей груди. Изобразил извиняющийся жест. Видимо. – Значит, не признал, - сделал логичный вывод. – Хорошо. Вернее, не хорошо. Но мы обернем это в вашу пользу. Что входит в разделяемое имущество? – достал из стопки папок, лежащих на столе слева, верхнюю и раскрыл ее.

- А я точно не знаю, - задумалась Катя, закатив в потолку глаза. – У нас в замке, - у адвоката при этом слове жадно загорелись глаза, - много чего есть, - почесала лоб. – Картины, гобелены, - вспомнила, что часть из них покорежила и усмехнулась. – Золото, бриллианты, - дополнила из одной старой комедии, где главный герой именно так перечислял сокровища, спрятанные в его загипсованной руке. – Я полностью не могу сейчас сказать. Надо, наверное, опись сделать.

- Не беспокойтесь, мы непременно так и сделаем. Извините, но я должен был это спросить, чтобы оценить вашу платежеспособность. Мои услуги стоят недешево.

Клобук выдвинул центральный ящик стола, покопался там, вытащил небольшой листочек вроде визитки и протянул Кате. Она его взяла, посмотрела и спокойно положила перед собой на стол кверху цифрой 6 с четырьмя нулями, которая ровным счетом ничего попаданке не говорила по простой причине – причине незнания, в чем измеряется, много ли это или вовсе запредельная сумма. В любом случае, останавливаться на первом встречном адвокате Катя не собиралась.

Увидев невозмутимую реакцию посетительницы, у которой на лице ни доли беспокойства по поводу оплаты не отразилось, хозяин кабинета удовлетворенно хмыкнул и стал еще более любезен, хотя куда уж там.

- И самое главное – прищурилась Катя. – Я обещала оставить мужа без трусов. Не забудьте включить их в опись.

- Непременно, - кивнул Клобук, продолжая сочиться радостью, что ему досталась столь солидная клиентка в дорогом платье и при замке. – Давайте теперь заполним дело. Как вас величать? – собрался записывать.

- Герцогиня Катрин Валлеор, урожденная Бристенсен, - назвалась Катя, как велела ей запомнить Ниртак, и увидела, что ручка в руке адвоката дрогнула, проехалась по листу, оставляя на белом синими чернилами сложную закорючку, и замерла.

- К-кат-трин Валлеор? – заикаясь, переспросил адвокат и поднял глаза. – О-о… - глаза забегали по сторонам и никак не могли остановиться на чем-то определенном.

- Что-то не так? – любезно осведомилась Катя, улыбаясь, но уже понимая, что произошло. Наверняка сидящий напротив господин слышал ее задорную историю про подмену метки. Не мог не слышать, если так засуетился. – Вам не нравится мое имя?

- О, нет-нет, - замотал тот головой. – С вашим именем всё хорошо. А вот с… - замолчал, обдумывая, видимо, как озвучить свои опасения. – С оплатой моих услуг, я думаю, у вас будут проблемы.

- Почему вы так решили? – Катя рассматривала в упор пытавшегося увильнуть от прямого ответа адвоката.

Ей даже показалось, что морщин на тощем лице стало в два раза больше, а карие глаза блеснули болезненной желтизной. Похоже, в глубине его души с неимоверной силой боролись друг с другом жажда денег и профессиональная помощь милой даме. И да, судя по всему, побеждала меркантильность.

- Исходя из вашего… м-мм… текущего состояния, - наконец, выговорил Клобук и остановил глаза на своих руках, которые сложил в замок на столе перед собой, - я считаю, вы вряд ли располагаете нужными средствами. Насколько знаю, герцог Валлеор не собирается разводиться.

Катя, теряя улыбку, изумленно вытаращила глаза. Вот так новость! А Климент вроде говорил – развожусь. Вроде да. Именно! Сразу вспомнилось, что об этом были его первые истеричные фразы, которые пришлось выслушать после попадания в новую реальность. Странно. К тому же, когда она сама говорила про развод, он с ней не спорил. Что-то после этого изменилось?

- Собирается, - не согласилась Катя. – Я точно знаю.

- Не совсем так, - мотнул головой адвокат. А потом еще пару раз поводил подбородком влево-вправо. – Он требует признать