Дневник благодарности - Наталья Куценко

— Ой, — раздается тихий вздох рядом. Я поворачиваю голову. Алиса сидит на стуле рядом со мной, поджав под себя ноги. — Привет, — улыбается она.

— Привет, — мой голос звучит очень сипло. И тело какое-то странное, будто что-то не так. Что вообще со мной было?

Я пытаюсь пошевелиться, привстать, и вдруг понимаю, что именно «не так». Я чувствую ноги.

«27.02

ДА! ДА! ДА! Я все-таки буду ходить! Черт, не то чтобы я совсем не верил, но я не ожидал, что чувствительность к ногам вернется так быстро! Врач тоже удивился. Сказал, что это поразительно быстро. Нет, конечно, ходить я пока не могу, ноги очень слабые, я сам попытался встать, ничего не вышло, но еще немного и я наконец распрощаюсь с этим идиотским креслом, а потом… Потом я могу ехать домой! Ведь если я буду ходить, мне тут больше нечего делать?!»

«28. 02

Сегодня поехал к Бурову, попросил позвонить от него. Думал вначале Вадиму, но… Нет, пока не буду. Позвонил Сашке. Рассказал ей, что мне значительно лучше и что уже скоро, наверно, буду дома.»

«5.03

Я встал на ноги!!! Сам стоял! Писать совершенно некогда. Я стараюсь заниматься все свободное время, правда, вечером жутко устаю. На улице наконец потеплело, сегодня всех на прогулку звали, но я остался. Потом буду гулять! Тут есть специальные тренажеры — дорожки для ходьбы с поручнями, и я сегодня ходил! Руками, конечно, опирался и больно безумно. Но черт, как же это круто! Даже Климов одобрительно хмыкнул. Ай, да черт с ним, скоро я больше его не увижу.»

«9.03.

Когда я сегодня сам, жутко довольный, при помощи специальных ходунков доковылял до столовой, даже Влад улыбнулся. Но когда я сказал, что скоро поеду домой, они все как-то странно переглянулись и замолчали. Вряд ли им так уж хочется, чтобы я остался. Скорее всего, просто завидуют. Ну и черт с ними. Мое хорошее настроение никто сейчас не испортит!»

***

Я мнусь какое-то время под дверью, не решаясь постучать. Сегодня 17 марта, и я сам дошел до кабинета Бурова. Чуть закусив губу, я все же стучу.

— Входите, — откликается хозяин кабинета. — А, Клим. Что-то случилось? — он улыбается, увидев меня в проеме.

— Нет, ничего. Я просто хотел поговорить… Эм, то есть спросить.

— Да-да, проходи, конечно, — Буров дружелюбно указывает мне на стул, откладывая какие-то бумаги. Я сажусь, сжимаю руки в замок и чувствую, что ладони вспотели. Да чего я боюсь-то? Глупость какая.

— Так что ты хотел?

— Я хотел сказать… Мне ведь уже гораздо лучше, я почти сам хожу… В общем, я хотел позвонить от вас моей тете или дяде Вадиму, чтобы меня забрали. Можно?

Буров сразу становится более серьезным.

— Клим, послушай… Дело в том, что я не уверен, что тебе…

— Постойте, вы что, считаете, что мне тут место? Я ведь уже почти здоров, разве нет? — я тут же напрягаюсь.

— Да, тебе уже лучше, но дело не в этом.

— Я хочу позвонить, можно?

— Хорошо, — Буров вздыхает, роется в телефоне, ищет нужный номер, и протягивает мне мобильный. — Хорошо, позвони.

Гудки идут долго, я бросаю взгляды на Бурова. Он что, опять никуда не уйдет?

— Алло? — по ту сторону трубки раздается взволнованный голос Вадима.

— Кхм, Вадим, это я Клим, — я отворачиваюсь от директора, чтобы он хотя бы лицо мое не видел.

— А, — кажется, Вадим не особо рад меня слышать. — Привет, Клим. Что-то случилось? Я собирался к тебе заехать на прошлых выходных, но у нас такой бардак сейчас…

— Я встал на ноги.

— О, здорово. Поздравляю! Так ты уже можешь ходить? — голос вроде радостный. Я немного расслабляюсь и говорю громче.

— Да. Когда вы за мной приедете?

— Эм, Клим, понимаешь, сейчас не очень подходящее время, давай я тебе попозже перезвоню.

— Нет, постойте! Вы же сказали, что мне надо пройти реабилитацию. Я прошел! Все нормально, я могу ходить и… Я тут думал, — я намерен использовать любые козыри. — По поводу тети я был не прав, я с ней помирюсь, честное слово. И курить не буду. Дядя Вадим. Я все понял…

— Клим, — Вадим устало вздыхает, — Дело не в этом. Понимаешь, я думаю тебе стоит еще немного там побыть.

— Немного… — тупо повторяю я. Из меня будто враз все силы выбили. — Немного — это сколько? До совершеннолетия? Я не понимаю, в чем дело, почему я не могу вернуться домой?! Вы не звоните, ничего мне не говорите, забрали мой мобильный! Что вообще происходит?! Вы ведь обещали! Обещали, что будете заботиться, потом обещали приезжать… — мой голос срывается. Только не реветь. Этого еще не хватало, я тут не один.

— Клим, дело не в этом.

— А в чем? Вы знаете, вы… вы просто лицемерный лжец! Вы просто врете мне, а сами.. я не знаю, что вы там! Может, вы уже договорились с моими родственничками и втихую там уже квартиру на них переписали…

— Клим, успокойся, это не так.

— А как? Почему вы тогда не хотите меня забирать? — я немного сбавляю тон, не хочу, чтобы он решил, что я не в себе. — Со мной уже все нормально, я могу ходить, сам о себе позабочусь, если хотите я даже в универ вернусь.

— Клим, тебе надо еще немного отдохнуть, так будет лучше для тебя же.

— Да что за бред! — я все же не выдерживаю и ору в трубку.

— Извини. Давай попозже поговорим, я завтра позвоню, хорошо?

— Да пошли вы… — я сбрасываю звонок, и бросаю телефон на стол.

Буров молчит, ничего не говорит по поводу того, что я чуть не угробил его телефон.

— Может, вы мне объясните? — спрашиваю я у него, изо всех сил сдерживая слезы.

— Клим, твой дядя прав. Я тоже думаю, что тебе стоит еще немного задержаться здесь.

— И вы туда же… Или, постойте. Может, это вообще вы? Вы наговорили ему что-то и теперь он не хочет меня забирать?! — я ошеломлен своей догадкой.

— Да, Клим, — он совершенно спокоен, — это я считаю, что тебе пока рано ехать домой.

— Но почему? Что со мной не так?

— Физически с тобой все в порядке, ты действительно идешь на поправку, дело не в этом…

— Постойте, это как-то связанно с тем, что про меня написал тот психолог? Да это все бред! Вы что, реально думаете, что у меня с головой что-то не так?

— Нет, я уже говорил, что не считаю тебя психом. Как и никого из моих подопечных.

— И тем не менее домой мне нельзя…

— Так будет лучше для тебя же. Клим, выслушай меня, пожалуйста, только очень внимательно. — Буров подается вперед, опираясь на стол, а я, наоборот, отстраняюсь. — Я правда не считаю, что у тебя что-то не в порядке с психикой. Наоборот, я очень не хочу, чтобы так подумал кто-то другой.

— О чем вы?

— Когда ты только сюда приехал, я не хотел сразу тебя грузить, да и надо было тебе восстановиться немного, но ты попал сюда не просто так. Точнее, не из-за ног. Если бы дело было только в этом, тебя действительно можно было бы определить в реабилитационный центр в твоем городе, но все не так просто… Понимаешь, это не совсем обычный интернат. Некоторые из тех, кто тут живут — не обычные люди и дети. Нет, все они, конечно, особенные, но некоторые — ну еще более…

— Особенные? — подсказываю я.

— Да. Это непросто объяснить, и ты, конечно, не сразу мне поверишь, но понимаешь, некоторые из тех, кто живут здесь, обладают некоторыми способностями.

— Способностями? Вы, вообще, о чем?

— Я говорю о том, что их способности выходят за рамки привычного. Ну если тебе