Люди и боги - Роман Евгеньевич Суржиков

Работа кипела полдня и целую ночь. Для стройки применили все рабочие руки, какие нашлись в Обрыве. Кайры и солдаты Эрроубэка трудились посменно, чтобы сберечь силы для битвы. Следовало укрепить две стороны городка: южную и западную. На юге, за крайней линией домов, лежало невозделанное поле. Именно с юга, по этому самому полю, подойдут основные силы Галларда. Данное направление укрепили особенно тщательно. Послали людей в лес за бревнами, заборы и сараи разобрали на доски, несколько домов в центре села развалили, чтобы получить камень. Дома по южной окраине превратили в бастионы: заколотили двери и окна, оставив лишь амбразуры для стрелков; обмазали стены и крыши сырой глиной; создали запасы воды. Улицы загородили бревнами, камнями, перевернутыми телегами, перед баррикадами вырыли ямы против конницы. В двух местах, как полагается у северян, устроили ворота: поперек улиц поставили днища от телег, которые можно сдвинуть и выйти в поле.

Западный край Обрыва внушал больше опасений. С той стороны мимо городка проходил Алериданский тракт. Обрыв смотрел на дорогу широкими устьями улиц, приветливыми верандами домов, многочисленными дверьми и окнами. Словом, на западе городок был прозрачен. За ночь никак не укрепишь.

— Выкопаем ров, — приказал Гордон Сью. — Вдоль всего городка, аж до самой пропасти.

Сделали разметку, раздали горожанам лопаты, велели копать. Скоро стало ясно: ров будет иметь три ярда в ширину, больший не выкопать до подхода врага. Хороший конь одолеет такое препятствие, даже со всадником на спине.

— Ничего, — сказал капитан. — Имею соображения.

В соседний городок Красильное послали гонцов и закупили сорок бочонков растворителя — все, какие нашлись на складах. Один бочонок для проверки вскрыли и подожгли. Горело ярким синим пламенем, кони шарахались в испуге. Дно канавы усыпали хворостом и сухой травой, бочонки разложили наготове, отработали поджог. Весь ров должен вспыхнуть за минуту.

Разобрали позиции, разместили отряды, подготовили засады. Две тяжелых роты Манфрида и Шрама примут бой верхом на западной окраине, вдоль рва. Резерв из трех сотен альмерских рыцарей также будет в седлах — на центральной площади, откуда его легко бросить и на юг, и на запад. Остальные позиции займут пешие воины: в домах за полосой укреплений, на баррикадах и в засадах.

Напоследок пришлось найти место для лошадей. Около тысячи коней — боевых и обозных — остались без дела. Их следовало расположить так, чтобы в случае испуга они не рванули с места и не протаранили позиции своих же хозяев. Половину коней отвели в глубокий тыл, к самому оврагу; другую половину поставили на нескольких улицах носом к неприятелю, и загородили улицы за конскими хвостами. Так лошади тоже стали частью укреплений.

Уже светало, когда Гордон Сью счел подготовку достаточной и дал отбой. Несколько дюжин горожан изъявили желание помочь святому воинству — их оставили в городке, а прочих выгнали к чертям. Северяне и рыцари Эрроубэка получили короткий отдых.

17–18 июня 1775 г. от Сошествия

Уэймар

Когда в город вошли войска генерала Ориса, Джоакин занимал почетное место. По феодальным обычаям союзную армию, пришедшую на помощь, должен встречать лорд-землеправитель с наиболее знатными вассалами. Чем выше ранг участников группы, тем больше уважения будет выказано союзнику. Вместе с графом Виттором навстречу закатникам вышли Мартин Шейланд, барон Доркастер, шериф и бургомистр города, четверо знатных рыцарей — и Джоакин. Он, перстоносец, занимал место за левым плечом графа: место доверенного телохранителя, воина с правом голоса. В иерархии делегации он был третьим после Виттора и Мартина. К чему скрывать: Джоакин наслаждался этим.

Они выдвинулись из западных ворот в открытое поле. Еще одна традиция: внутри городских стен ждет союзника тот, кто слишком важен, либо тот, чье положение — отчаянно. Граф Виттор не любил важничать, а его положение теперь, с приходом Льда, далеко было от обреченности. Граф смело выехал из ворот навстречу закатникам и расположился так, чтобы за его спиною виднелась во всю длину могучая западная стена города. То была, скорее, показуха: стена такой длины почти бесполезна, когда не хватает мечей для ее обороны, а враг все равно высадится в порту. Но величие Уэймара должно производить впечатление. Насколько знал Джо, города Закатного Берега укреплены гораздо хуже.

Пока войско закатников неспешно приближалось, граф Шейланд порадовал Джоакина вопросом:

— Как вы оцените эту армию, сир?

Теперь Джоакин Ив Ханна не возражал, если его именовали сиром. В известном смысле он стоял выше любого рыцаря.

— Хорошая армия, милорд. Как вы можете видеть, она состоит из разных родов войск. Здесь примерно поровну всадников, лучников, копейщиков и мечников. Обыкновенно армии запада тяготеют к кавалерии, а в нашем случае — при обороне города — чисто конная армия не слишком полезна. Разнородные подразделения гораздо успешнее смогут противостоять штурму, если он случится.

На всякий случай Джоакин пояснил, как именно.

Граф спросил:

— Полагаете, нам придется обороняться? Лед не сможет исполнить план?

Истинное имя Льда знала лишь горстка избранных вассалов. Шейланд старался всегда использовать прозвище.

— Я убежден, милорд, что Лед сможет убить герцога Эрвина. Лед производит впечатление исключительного воина. Если он сочтет нужным убить кого-либо, то исполнит задуманное. Кроме того, рядом буду я, а со мной — Перст Вильгельма.

— И после смерти Эрвина войско северян подчинится Льду?

Джоакин знал, что все сработает. Но выглядел бы глупцом, если б не предусмотрел худшего варианта, потому сказал:

— Существует очень малый риск, что этого не произойдет. Например, старший вассал Эрвина захочет сам захватить власть. Но, милорд, я полагаю, что присутствие войска Закатного Берега склонит кайров к подчинению Льду. Его право на власть подкрепят и Персты, и закатный полк.

— И еще кое-что… — обронил граф. — Сир Джоакин, какого вы мнения о Льде?

Джо не вполне поверил ушам, однако грудь его сама собою выпятилась, а широкие плечи расправились еще шире.

— Милорд, вы спрашиваете моего мнения о… таком человеке, как Лед?

— Отчего нет?

— Благодарю за доверие, милорд. Как я уже говорил, он — великий воин. Пожалуй, даже могу назвать его непобедимым.

— Вы не жалуете всех его родичей, но сам Лед удостоился высокой оценки. Это тем более странно, что при первой встрече он поколотил вас.

— Не поколотил, а только сбил с ног. Просто я не был подготовлен к атаке.

— Положим. Вопрос в другом: чем Лед лучше остальных?

— Он — на вашей стороне, милорд!

Граф ухмыльнулся:

— Сир, умение льстить не входит в длинный список ваших достоинств. Говорите прямо, не хитрите.

Джоакину пришлось задуматься. Сей очевидный вопрос до