Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле - Кира Рамис

Я молчала, как и гад, что крепко держал мою руку.

– Но там очень наглая и визгливая особа требует встречи…

– Всех пациентов приму позже! – Лев Маркович, теряя терпение, направился к двери.

– Господин, но она не к вам рвётся, а к графине Ольге Ивановне, – рыженький зажмурился. Может, ожидал, что его сейчас ударят?

К графине? К Ольге Ивановне? Ко мне? Что тут происходит, где я? Ужасно правдоподобный сон, мне такой первый раз снится, детальный, цветной.

– Отпусти мою руку! Больно, – я попыталась немного повернуться, но слабость не дала этого сделать. Чужие пальцы лишь на чуть-чуть ослабили хватку, но не выпустили моё запястье.

– Что ей нужно? Графиня очень слаба, только родила, пусть ждёт…

Резкий толчок, щелчок, и кудрявая голова исчезла из дверного проёма, а вместо неё появилась... Смерть? Тьфу ты! Так и заикой можно остаться.

В дверях стояла высокая худая женщина в чёрном платье, лицо которой было скрыто непроницаемой вуалью.

Ик…

– Да дайте же мне кто-нибудь воды, – тихонько постучав себя по груди свободной рукой, потребовала я.

– Вы кто, что вам нужно? – неожиданно на ноги вскочил Филимон Ильич, выпуская мою руку из плена, тут же ожил доктор.

– Воды, конечно, непременно, графиня, – он поднёс к моим губам стакан с прохладной жидкостью.

– Жива, – из груди женщины в чёрных одеждах вырвался вздох облегчения.

– Вашими молитвами, – почему-то вырвалось у меня.

– Выйдете за дверь! Не видите, что госпожа только родила и ей не до приёма гостей и просящих? И почему вы решили искать её у меня дома? – доктор, вспомнив, что он тут хозяин, пошёл в наступление.

– В доме графини Варшавской старый слуга сказал, что благородный господин увёз её к вам, доктор. Уж очень она была плоха. А моё дело совершенно не терпит отлагательства. Ольга Ивановна, я много времени не отниму. Это напрямую касается вас и вашего ребёнка, а также покойного графа.

Я перевела взгляд на мирно сопящего малыша. Он как-то незаметно успокоился и заснул.

Доктор посмотрел на Филимона, будто спрашивая у того разрешения.

– Говорите, но только быстро, – имперский дознаватель зыркнул глазами на женщину. – Вуаль поднимите. И если вы графиню побеспокоили напрасно, то… – похоже, он не нашёлся, какую кару в случае обмана применит.

– Меня зовут Марта Шульц, и я являюсь гувернанткой вот этой юной леди, – она одной рукой, словно фокусник из шляпы, вывела из-за своей спины белокурую девочку лет восьми-десяти. Знакомьтесь, Анастасия Варшавская.

И тут по закону жанра повисла гнетущая тишина. Я – понятно почему молчала, в этом сне мне была отведена странная роль роженицы, потерявшей память. Но вот почему замерли доктор и дознаватель? И фамилия у девочки, кажется, такая же, как героини, чью роль я играю. Варшавская. Что, сейчас она объявит, что это моя потерянная дочь?

– К чему вы клоните? – Филимон Ильич переводил злой взгляд с Марты на девочку и обратно.

– А я и не клоню, прямо говорю, что Анастасия – дочь почившего князя Варшавского. У меня и бумаги на то имеются, господин, – женщина в чёрном запустила руку в широкую юбку, похоже, где-то там находился скрытый карман.

– Покажите ваши доказательства! – Филимон резко подался вперёд.

Девочка вздрогнула от приказного тона мужчины и, прижавшись к гувернантке, испуганно посмотрела на меня.

– Нет. Я вас не знаю и бумаги вам отдавать не намерена. Я приехала к госпоже Ольге Ивановне, ей и покажу документы об отцовстве, если она потребует, – ответила Марта, в её голосе слышался еле заметный акцент.

И опять все замерли, а, значит, нужно мне что-то сказать.

– Проходите, присаживайтесь, расскажите, что вам от меня нужно, – я попыталась улыбнуться испуганной девочке. – Доктор, попросите Прохора присмотреть за ребёнком, пока мы с госпожой Мартой разговариваем.

– Я её никуда от себя не отпущу, – вскинулась женщина, крепче прижимая к себе девочку.

– Полноте, милая, никто маленькую леди не обидит. Я прикажу её накормить и развлечь, – Лев Маркович медленно подошёл к женщине, и я увидела, как с его пальцев сорвалось крошечное белое облачко. Морщины на лбу встревоженной гувернантки разгладились и она кивнула.

Я уверена, что доктор применил успокаивающую магию, но почему никто этого не заметил? Сон с элементами сказки?

– Хорошо, я вам верю, – Марта разрешила Прошке увести подопечную из комнаты.

– Рассказывайте, зачем вы искали госпожу Варшавскую? – имперский дознаватель при каждом слове так стискивал челюсть, что ещё немного усилий – и его зубы начнут крошиться.

Что, милый Филимон расстроен тем, что нарисовался ещё один наследник? Теперь не резон меня убивать? Но зачем я понадобилась этой женщине?

Нет, это не сон, это фантасмагория. А может, я уснула, смотря слёзный мыльный сериал? А как же тогда операция? Скоро глаз начнётся дёргаться от реалистичности происходящего вокруг. Скорее бы проснуться и прийти в себя.

Нет, вы только подумайте! Оказывается, я, графиня Ольга Ивановна Варшавская, в девичестве Шершнева, была замужем за престарелым ловеласом. Да-да. У него была не одна, а целых две любовницы и это притом, что сам граф не имел выдающегося роста и прекрасного лика. Чем же он мог заинтересовать такую нежную фиалку, как Ольга? Для меня так и осталось секретом, как оказывается и то, что семидесятилетний маг содержал двух девушек и одна из них восемь лет назад родила счастливому мужчине дочку, которую тот всего за несколько дней до грустных событий признал официально и внёс в завещание.

Когда Марта открывала мне глаза на правду жизни, у неё был такой торжествующий взгляд, будто ткнула во что-то невозможно интересное. Мол, все знали, а ты, глупая девица, лишь глазами хлопала. Вот теперь и расхлёбывай упавшее счастье большой ложкой. Не на ту напали!

– Марта, послушайте, – я попыталась остановить словоизлияния гувернантки. – Всё это занимательно. Престарелый маразматик граф Варшавский содержал двух любовниц. И что?

– А… а… а… – похоже, гувернантка надеялась на другую реакцию.

– А что вы так на меня удивлённо смотрите? – я обвела всех присутствующих взглядом. – Его больше нет, если вы пришли за наследством, то не я его раздаю. Вы можете обратиться к нотариусу и потребовать долю, принадлежащую вашей подопечной.

– Но я не за этим пришла, – Марта поджала губы, её бледное лицо ещё больше побелело.

– Возможно, на мгновение вы вызвали во мне интерес. Рассказывайте, что вас привело к родившей женщине, что совсем недавно стала вдовой не самого праведного мужчины, – произнеся монолог, я выдохнула и попросила у доктора ещё воды.