Нулевая станция - Лилия Ким

class="p1">Неподалёку от меня стали скапливаться остальные пассажиры. Все жались от холода и пытались хоть как-то укрыться от ветра, который кидал снежные вихри прямо в лицо. Только в этот момент я обратила внимание, что на мне надето довольно тёплое худи, и, обнаружив капюшон, поскорее накинула его на голову, после чего натянула пониже рукава. Однако, скажу я вам, довольно неприятно выходить из тёплого вагона в не слишком гостеприимную погоду, в явно непригодной для сезона одежде.

Пока мы ждали остальных, ветер усилился, завывая где-то над головами, и стоявшие рядом люди начали возмущаться. Большая часть до сих пор не понимала, что происходит.

— Быстрее, быстрее, — поторопили последних пассажиров два, одетых в зимние куртки, стюарда, которые встречали нас на улице.

Когда все оказались на перроне, из вагона вышла та самая девушка, будившая нас своим прелестным голосом. Этим же голосом она произнесла следующее:

— Дамы и господа! Пару дней назад прошла ежеквартальная лотерея, по итогам которой сорок счастливчиков получили возможность доказать миру, что они лучшие: самые сильные, умные и одарённые. Если вы пройдёте с честью все испытания, то получите обратный билет. Ровно через три месяца наш поезд вернётся и заберёт тех, чей браслет будет гореть ровным зелёным светом. Мы же будем рады видеть вас снова на этом самом месте, если вы останетесь в живых.

Со стороны кучки сгрудившихся перед вагоном людей послышались разрозненные возгласы:

— Останемся в живых?

— Вы в своём уме? Что за шутки?

— Именной браслет? Что за браслет?

— Перестаньте издеваться над людьми!

— Мне это всё не нравится. Я хочу обратно!

Проводница поправила шапочку и, игнорируя вопросы, как ни в чём не бывало, продолжила:

— Каждому из вас был выдан так называемый «дорожный набор», который включает в себя предметы первой необходимости. В пакете находятся несколько тёплых вещей, сменное бельё, фляга для воды, набор сухих галет и одна рандомная вещь из сорока возможных. Но самое главное — это именной браслет. При активации он покажет ваш индивидуальный номер, и только благодаря ему вы сможете вернуться обратно. Это важная вещь, и я рекомендую надеть его сразу же, как только вы окажетесь на нулевой станции. Нулевая станция прямо за вами, — девушка показала рукой куда-то за наши спины.

Все машинально повернули голову. Выданная информация была за гранью понимания. Какая к чёрту лотерея?

Лично я до сих пор не верила, что происходящее — это реальность. Никто не верил. Тем временем наша сопровождающая продолжила говорить:

— Как только вы активируете браслеты, то увидите обратный отсчет, поэтому всегда будете знать, сколько вам осталось до того, как вы сможете вернуться. Сегодня у нас пятое марта, а соответственно, к пятому июня мы ждём вас на этом самом месте. Сегодня мы заберём только одного человека. К сожалению, из предыдущей партии игроков, лишь он один оказался достоин пробуждения. Давайте встретим его аплодисментами.

Через заслон из столпившихся людей протиснулся молодой человек со шрамом через всю щёку. На его спине висел грязный, повидавший жизнь рюкзак. Парень зыркнул на вновь прибывших и поднялся в вагон. Стюарды ему скупо похлопали, тогда как пассажиры всё ещё пребывали в ступоре. Стоявшая рядом со мной блондинка постоянно зевала. В её глазах не было даже проблеска осознания того, что она понимает, где именно сейчас находится.

Тем временем наша сопровождающая закончила свою речь словами:

— Каждый выживший получит не только право на пробуждение, но и сертификат на получение квартиры в ставшем единственным оплотом человечества городе. Ревивэл примет вас в свои объятия. Желаем успеха всем и каждому, и помните, что только ум, хорошая реакция и выдержка помогут вам остаться в живых. Удачи!

С этими словами стюардесса слегка поклонилась и, развернувшись, поднялась в вагон. Следом за ней вернулись в вагон и два стюарда.

— Эй! Что значит «остаться в живых»? — крикнул им вслед один из мужчин.

Но отвечать на его вопрос никто не собирался. Двери вагона закрылись, раздался гудок, и поезд тронулся с места.

— Эй! Постойте! Что значит «остаться в живых»!? — мужчина уцепился за поручень. — Мне всё это не нравится! Я не собираюсь оставаться!

Он попытался забраться на ступеньки, однако поезд довольно быстро начал набирать ход, и ему пришлось разжать руки, чтобы не попасть под его колёса. Надо сказать, что поезд оказался не современной электричкой, как я подумала в начале, а вполне старинной версией с паровозом во главе. Более того, он состоял всего лишь из двух вагонов, а когда отошёл, стало видно лишь одно железнодорожное полотно. Получается, что поезда здесь ходят только по этому пути. Других не имеется.

Сигнальные огни скрылись в снежной пелене, и рельсы стало заметать. По ту сторону пути было серое ничто: ни огней, ни других опознавательных знаков. Просто открытое поле, простирающееся до самого горизонта, который темнел на глазах. Я повернулась по направлению, где должна была находиться нулевая станция. Ей оказалось прямоугольное, ярко-освещенное здание, построенное словно из стекла.

Из него оно и оказалось.

Когда я вместе со всеми подошла ближе, то увидела при входе небольшой тамбур. Внутри работал кондиционер, создавая тёплую завесу, но, шагнув в само помещение, я поёжилась. Здесь отопление едва ощущалось.

На первый взгляд, станция была метров восемь-девять в ширину и около двадцати в длину. Три стеклянные стены и только задняя из красного кирпича. Слева и справа от центрального входа стояли металлические сиденья, похожие на те, которые обычно ставят в залах ожидания. Их было по пять в ряду, а рядов имелось четыре, итого по двадцать сидений с каждой стороны. Если, нас здесь сорок человек, то получается по одному на каждого.

Я повертела головой. Обстановка и в самом деле как на вокзале, только здесь не было ни кафе, ни камер хранения, ни охранников при входе. По углам стояло по одной большой мусорке и фонтанчику с водой. В противоположной стороне виднелся проход в узкий коридор, ведущий, по всей видимости, к туалетам. По крайней мере, сопутствующая табличка обозначала именно это. В сложившейся ситуации довольно ободряющая информация, учитывая, что непогода разыгралась во всю и выходить на воздух, даже по нужде, совсем не хотелось. Кроме вышеперечисленного, никаких удобств на этой станции больше не имелось, если не брать в расчёт электронное табло, которое показывало текущее время, температуру воздуха, и надпись: «Нулевая станция».

К моменту, когда я закончила исследовать периметр, в здание вошли последние, задержавшиеся в тамбуре люди. Некоторые из них были легко одеты и тряслись от холода. Они немного согрелись под ветродуем, но места в тамбуре