Путь трёх совершенствований. Том 5 - Дмитрий Крам

— Глядите! — закричал вдруг Ликтор. Все проследили за тем, куда указывает его палец. На тёмном склоне в рассветной тени даже мне с трудом удалось разглядеть темные провалы на отвесной скале.

Я припал к биноклю. Там словно стрижи в норах укрывались виверны. Небольшие, но их было очень много. Они выглядывали, вытягивали шеи, и чего-то ждали. Вот первая из них выпала из гнезда и камнем рухнула вниз, прижав крылья, и расправила их перед самой землей, взлетая на восходящем потоке ветра. Остальные зашипели и завизжали, выпрыгивая следом и ринулись в нашу сторону.

Я увидел, как у Элен на руке встали волоски, а она уже давно не робкого десятка.

— Спокойно! — гаркнул я, глянул на Рин. Она была очень сосредоточена, регулируя эмоциональное состояние отряда. — Мы им не уступим. Не сейчас! Не тогда, когда мы так быстро движемся к дому!

Народ спешно пытался в тесноте перестроиться, чтобы пустить вооруженных и одарённых ближе к борту.

— Мбаку, Афоня, Шон, — левый фланг. Тор, Кайрат, Заур — правый фланг. Томас, Лиза, Лапа, Ликтор — вы с огнестрелом держите задницу. Дайте мне два пистолета, я возьму на себя передок.

Только сейчас дошло, что нам надо отстрелять по пути вообще все патроны, ибо их нельзя с собой проносить в Кадию. Производство-то иномирское. И лучше даже и оружие сбросить, ибо на нём следы внеземного алхимического пороха. Надо потом подумать, как это мотивировать.

Виверна-заводила первая пошла на сближение, остальные же словно не спешили, смотрели, что с ней произойдёт.

— Дротиками давайте, — скомандовал я. — Не стоит им все карты раскрывать.

— Такую попробуй усыпи, — сказал Тор, пытаясь прицелиться.

— С плеча, дружище, — подсказал я.

Парень положил ствол на плечо Кайрата и по очереди засадил в крылатую бестию пять дротиков. Взмахи её стали всё медленнее.

— Мбаку, сейчас просто оттолкни её, чтобы она врезаться в нас не смогла.

— Я кинетические стены ещё не учил, — возмутился парень.

— Я в тебе верю, — подбодрил я его. — Давай! Мы тут все ничего не учили! Давай же!

Одарённый вскинул обе руки, и я виверна словно муха в стекло долбанулась о воздух и пошла на снижение, чтобы обойти нас и атаковать по второму разу.

— Ну вот, а ты боялся! — воскликнул я. Перегнулся через борт. Яд действовал. Заводила медленно снижалась, явно не понимая, что с ней.

Остальные твари пошли на сближение, не обратив на товарку внимание.

— А вот теперь огонь из всех орудий!

Наш маленький шар стал огрызаться во все стороны. Я вскинул два пистолета и поймал в прицелы виверну с оплавленной дырой от фаербола, она боролась с воздушными потоками и пыталась встать на курс. Две пули перебили крыло, и гадина рухнула вниз, закрутившись штопором.

Первая волна монстров по большей части попадала. Несколько полетели на второй круг. Парочке подранков удалось сесть на близлежащие склоны. Новая группа виверн пошла не в лобовую атаку, они разделились, одни ушли вниз, чтобы ударить под шар, другие вверх, чтобы обрушиться на купол.

И тут в небесах раздался уже знакомый орлиный клич. Грифон порвал облака и в лучах рассветного солнца сиял будто обрамлённый золотом. Он разодрал крыло одной виверне, расколол череп ударом клюва другой, а затем вцепился в шею когтями третьей.

Монстры истошно завопили и ринулись к своим гнёздам. Грифон огласил небеса победным криком.

— Спасибо! — заорал я, махая ему. Но гордый гриф уже скрылся.

— Думаешь он всю дорогу будет нас защищать? — спросила Аманда.

— Нет, — сказал я. — Горы кончаются, и его владения тоже. Дальше мы сами по себе. Оружие на предохранитель поставьте. Не хватало ещё пробить купол по забывчивости. И одевайтесь. Идём в вышину, там будет холодно.

— Может, на связь попробуем выйти, — сказала Лиза.

— Обождём чутка. Боюсь, локаторы у местных механоидов длинные и загребущие.

Хотя, конечно, не их я опасался, а Реатума.

Саманта совсем побледнела.

Я глянул на Элен.

— Ты как? — спросила та у неё.

— Да нормально, только укачивает.

— А так вообще бывает? — удивился я.

— Морская болезнь где угодно может начаться, — сказала Элен. — Это ведь не про воду, а про устройство внутреннего уха.

— Сэм, — сказал я. — Ты давай ближе к борту, на всякий случай.

Девушка ослаблено кивнула и ребята сразу образовали ей коридор.

— А ты ей помочь не в силах? — спросил я у лекаря. Та лишь покачала головой.

Ветер усилился, мы стали лететь куда стремительнее. Оделись. Погрели еду прямо на горелке и передавали друг другу дымящиеся куски мяса и заготовленные съедобные коренья.

— Баллон кончается, — сказал я. — Значит, уже около получаса летим. Можно пробовать связь поймать.

Я врубил радейку и сначала в эфире были только помехи, потом она начала мигать оранжевым. Все наблюдали за ней, выглядывая из-за спин друг друга.

— Поставь запись на отправку, — нервно попросила Лиза.

— Не спеши. Сейчас, может, прямой поймаем.

Прямого не поймали, так что я всё же зажал тангенту и проговорил:

— Говорит Океаник Семь Четыре Семь. Мы живы. Повторяю. Мы живы. Сигнал перехватывали механоиды, но теперь мы летим на воздушном шаре домой. Направление с севера.

Едва я отключился, как обернулся на характерный звук, Саманту стошнило через борт. Я посмотрел на Элен, неужели, это Сэм беременна?

Она как сморщилась и закрылась от яркого солнца и на четвереньках уползла поближе к горелке. Бедная девчонка.

— Терпи, Сэми. Совсем чуть-чуть до дома осталось.

Ли Джун одним ухом слушал аудиокнигу, а второе было закрыто наушниками. Он по большей части пропускал мимо ушей информационный шум, который прилетал в центр, и машинально распределял сигналы по адресатам.

В книге всё было куда интереснее. Там члены научной экспедиции наконец починили корабль и плыли домой. Вот-вот их путь завершится, и Ли хватал каждое слово, не желая пропустить важные детали финала истории. Вот радист собрал антенну из жестяных банок и проволоки, команда не очень верила в задумку, но всё же решила испытать устройство.

— Говорит Океаник Семь Четыре Семь. Мы живы. Повторяю. Мы живы. Сигнал перехватывали механоиды, но теперь мы летим на воздушном шаре домой. Направление с севера.

Ли Джун недоумённо нахмурился. Неужели чтец при записи допустил ошибку и вставил кусок из другой книги? Он отмотал назад, но прежде, чем нажал запись по новой, до него дошло.

— Океаник, мать их! — он даже подскочил на стуле. Реальности в голове разделились, и книжный мир отошёл на второй план. Теперь реальный проступил куда как отчётливее. — Океаник! Да быть того не