Долгие дороги сказок (авторский сборник) - Александр Павлович Сапегин

— Поехали уж, наездница.

Жены дома не оказалось, может оно и к лучшему. Наверно уехала к матери, пока они с дочкой спали, где пропадала Ирина, одному Богу было известно. Илья Евгеньевич сидел на стуле и смотрел как Ольга, обжигаясь, практически не жуя, глотает пельмени и запивает их апельсиновым соком.

— Ещё хочу, — расправившись с первой порцией, заявила ненасытная малышка.

— Ого! А ты не лопнешь, деточка?

Со второй порцией было покончено едва ли не быстрее, чем с первой, в маленьком ребёнке проснулся просто зверский аппетит. Глядя на дочь, Керимов не мог отделаться от одной навязчивой мысли:

— Дочуня, ты не можешь сказать, как там Андрей? — бросил он пробный шар.

Ольга перестала есть, закрыла глаза (по спине отца побежали холодные мурашки):

— Живой.

— Солнышко, а ты не могла бы помочь найти его? У папы на работе есть специальная поисковая установка, — покатился второй пробный шар, Ольга пожала плечами:

— Ты хочешь взять меня к себе на работу? Ух-ты, клёво! Не надо будет в школу в понедельник идти. А как Дюшу искать? Я не знаю.

— Ничего, может, на работе, по ходу пьесы что-нибудь придумаем.

Мысль, терзавшая его весь вчерашний и сегодняшний вечер, обрела, наконец, форму и воплотилась в действие.

* * *

— Сашок, а ты правильно всё рассчитал?

— Верно, Лёша, сколько можно повторять — не держи меня за дебила!

— Ладно, сорри, не бери в голову. Удивляюсь я тебе, Сашок, ты как овечка, настолько доверяешь шефу? Ладно Чуйко, тот как выкладки новые увидел, так мы его от компьютера полдня оторвать не могли, сейчас вот блоки по его схеме раскатываем. Что поделаешь, фанат от науки, шило в заднице так сказать, но ты! Ты же математик!

Из-за блока накопителя вышел Максимушкин Олег:

— Хорош базарить! Вы будете нам помогать? — указующий перст ткнул в установленный на тележку поляризатор. — Учтите, в переходной камере будете разбираться сами и малые блоки придётся таскать на собственных горбах. Мне ещё точку фокуса регулировать.

— Идём, уже, идём, — отмахнулся Алексей.

— Вот скажи мне, бандарложья морда, — толкая тяжеленную тележку, обратился Сашок к Алексею, — Ты, до того момента, как устроиться в эту шарашку, что-нибудь слышал о теории Буркхарда Хайма? Что ты на меня вылупился? Значит, не слышал, но шеф просветил, что был такой физик, — Ремезов кивнул, — Ага, а знаешь ли ты, поедатель гнилых бананов, что Дрёшер и Хойезер, которые, как и наш незабвенный шеф, обратили внимание на теорию Буркхарда, пока что находятся на этапе теоретических изысканий?

— Знаю, ты дело говори, а не языком чеши, — защёлкивая разъёмы кабеля, откликнулся Алексей.

— Дело, так дело. Многие маститые физики уверены, что современная техника едва ли способна дать такую напряжённость поля и обеспечить прочие равные условия, необходимые для «прокола пространства», то есть они не могут дать практическое подтверждение теории Буркхарда. Попытки привлечь к исследованиям Z-машину из американской национальной лаборатории Сандия[1]окончились пуком. Пиндосы без баблоса никого на свою машинку не пустят.

— Ты, мартышка в очках, к чему, вообще, разговор завёл?

— К тому, дубина стоеросовая, что шеф, опираясь на работу озвученного выше товарища, начал работу ещё в восьмидесятых. Понял? На западе ещё бумагу марают, а в России вовсю ведутся практические разработки, корни которых уходят в эпоху Союза! И ведём их мы, а не Вася Пупкин. Читал я работы Дрёшера, так вот, ему до выкладок Керимова, как до луны пешком. Так что ты мне Олежека Чуйко не тронь, он нас ведёт прямой дорогой к нобелевке! Блин, кому я это говорю? Господин ядерщик, вы хоть слушаете, о чём я талдычу?

— Сашок, ты ж математик вроде?

— С вами, остолопами, хочешь, не хочешь физиком станешь. Готов поспорить, что расход энергии уменьшится, а система двойной подпитки контура позволит держать «окно» несколько часов. На что спорим?

— На щелбан!

— Щелбана мало! — подкатив очередной блок, влез в разговор Максимушкин. — По щелбану в день от Сашка всю следующую неделю, а мы с Олегом даём тебе по подзатыльнику. Зря мы, что ли, убиваемся здесь все выходные, от работы должен быть моральный выхлоп.

— А если Сашок облажался в расчётах? — не сдавался «вожак» «бандарлогов».

— Тогда ты нам выдаёшь по подзатыльнику.

— Странная математика получается. Вы мне хотите навесить ежедневно по два подзатыльника и один болючий щелбан, получается как бы три акта членовредительства, а я вам должен выдать всего по одному? — подключив второй блок к системе электроснабжения, почесал маковку главный обитатель джунглей.

— Скажи, сдрейфил, мы поймём, — свесившись с фермы, на которой крепились приборы контроля, подначил друга Сашок.

— Чёрт с вами, бабуины, согласен.

— Олеги Тёзковичи, вы свидетели!

Через пять часов работа по расстановке аппаратуры была закончена. Чуйко Олег провёл первую юстировку установки.

— Какого хрена, давайте запустим блоки под нагрузкой, — внёс предложение Алексей — и погоняем на разных режимах.

* * *

— Как дела в джунглях? Что может поведать великий народ «бандарлогов»? — зайдя в комнату приёма пищи, спросил Керимов попивающую кофе молодёжь.

Сашок, гений цифр и зубодробильных формул, загадочно улыбнувшись, поправил на носу очки. Максимушкин Олег сделал вид, что не расслышал вопроса, так как был занят разглядыванием чаинок на дне кружки, он единственный из молодых учёных не признавал «кофий».

— Ну? — Илья Евгеньевич вперил тяжёлый взгляд в Ремезова Алексея. — Или мне станцевать танец смерти Каа? Колитесь, обезьяньи морды, что вы натворили!

— Так всегда, — грустно сказал Алексей и дал подзатыльник Олегу Чуйко, четвёртому члену «бандарложьей» компании. — Говорил я тебе, что нет пророка в родном отечестве, и никто не оценит тебя по заслугам. Хоть в лепёшку расшибись, никто этого не заметит. Что, Олежек, думаешь, наш звероватый шеф выпишет тебе премию за то, что ты решил проблему с расходованием энергии накопителями? Или тебе, Сашок, подарят новые очки, чтобы ты не путал ананасы и бананы? А на что надеяться мне? Я ведь опять изменил, без согласования, компоновку установки. Кому какое дело, что мы теперь можем держать «окно» в один небезынтересный вам мир в режиме наблюдения полтора часа и две минуты открытым. Всё одно, наша судьба сгинуть в ненасытном желудке старого удава…

— Сколько? — удивился «старый удав».

— Полтора часа в режиме наблюдения, мы тут придумали одну схемку и опробовали её вчера, — пояснил Ремезов.

Керимов шагнул вперёд и порывисто обнял Алексея.

— Шеф, я не из этих, — начал отбиваться тот.

— Можете подыскивать для Сашка новые очки, бананасов я вам отсыплю! — Илья Евгеньевич отвесил второй подзатыльник Чуйко Олегу и резко сменил тон. — Даю вам два дня для доведения схемы и установки до