Под солнцем забытого мира - Татьяна Гер

Дальше начались пляски, хороводы во круг костров, а также прыжки через них.

Когда кто-то прыгал через костер, то тут, то там слышалась вот такая кричалка:

Кто прыгнет высоко

У того смерть далеко.

Некоторые, водят хороводы напевали, что-то вроде:

Коло яри светом зарим

Мару борем, благодарим

Ярило, Ярило, яви свою силу!

На небольшом расстоянии от основного веселья, расположились пара мужичков преклонного возраста, а полукругом перед ними сидели дети, а некоторые из них только подтягивались.

Из объяснений бабушки, я узнала, что сейчас старшее поколение, будет просвещать ребятню касательно праздника, богини и всему что с этим связано.

Так, как через костер, я честно, говоря не горела желанием прыгать, (по секрету скажу, мне было страшновато) я отправилась просвещаться.

Подойдя ближе, услышала, что говорит один из старцев.

— По легенде Жива явилась людям в образе кукушки, отсюда и поверье, если спросить эту птицу, то она прокукует количество оставшихся лет жизни.

Предстать перед народом Жива, могла в одном из своих трех образов — Лады, Лели и Макоши. Леля была юной девушкой, которая любила играть и очаровывала окружающих. Лада представляла собой замужнюю даму, которой предстояло быть хранительницей домашнего очага. Макошь — мудрая и опытная женщина, которая продлевала жизнь всем поколениям.

Жива была красивой голубоглазой и русоволосой девушкой. Она обладала голубыми глазами, со снопом колосьев в руках. Зачастую, одета богиня в зеленых одеждах, которые символизируют приход весны. Жива направляет нас по светлому правному Пути и призывает всегда находиться в потоке действий и помыслов чистых. Тому, кто следует по Пути Прави, неведомы болезни, потому что он не нарушает гармонию в самом себе. Если Живе не создаются препятствия, то есть жизненная сила течёт свободно, то человек не болеет, и его силы не иссякают. Когда же движение жизненной силы вовсе прекращается, постепенно сознание становится пассивным, и приходит Мара, чтобы забрать душу из Яви. Так, Жива передаёт душу Морене, в обители которой она пребывает до следующего воплощения на Земле в Явном мире.

Две неразлучные сестры символизируют цикличность бытия, круговорот рождения и смерти, творения и разрушения. Эти две силы природы действуют всегда сообща, одна не может существовать без другой. Именно весной можно увидеть Живу и Живиц, ее молоденьких прислужниц. В виде прекрасных дев они летят над землёй, бросая на нее такие ласковые взгляды, что она еще пуще цветет и зеленеет. Кукушка принималась нашими предками за воплощение Живы. Прилетая из Ирия, из той заоблачной страны, откуда исходят души новорожденных, куда удаляются усопшие и где пребывают девы судьбы, кукушка считает часы рождения, жизни и смерти.

— Дед Белгар, а расскажи историю про трех сестёр. — Выкрикнул один из мальчишек, сидевших ближе всех к рассказчику.

Обведя всех слушателей внимательным взглядом, он прищурился и спросил: — Рассказать, о трёх сестрах?

— Да-а-а-а. — Раздался гомон не стройных голосов...

— Ну, тогда слушайте. В «Песнях птицы Гамаюн» повествуется легенда о том, как побывала Жива в Царстве Тьмы, но спасена была своим братом Перуном и воссияла над мороком тёмным.

Три сестры — дочери богини Лады: чарующая сердца и завораживающая своей красотой небесной любовь-Леля, жизнь-Жива — огненная, весёлая, радость дарящая, прекрасная Хозяйка мира Яви, а также хладноликая смерть-Морена — суровая и неумолимая красавица мира Нави, — были похищены Скипер-зверем, который уволок их в своё Царство Тьмы. А сам надо всем миром власть установил. Мощнодланный, непобедимый, силушкой неодолимой наделённый сын Лады — Перун-громовержец, брат трёх сестриц, спрятанных от бела света Скипером в своей обители тёмной, спустя триста лет увидел, как пасут они стадо змеиное по воле Скипера, заколдованные и мороком опутанные, позабывшие кто они да откуда и брата родного не признавшие. Одолел храбрый Перун злого Скипера и отвёл сестёр своих к горам Рипейским в Ирий Светлый, дабы искупались они в реке Молочной. Священные воды омыли их лица прекрасные и вернули трёх богинь прекрасноликих к их сути светлой. Так избавил Перун мир Явный от напасти тёмной, а с тремя сестрицами вернулись в поднебесье четыре времени года: Леля — Лето Красное, Жива — Весна Ярая, Морена — Осень Златая да Зима Седая. Морена делает мёртвую воду — Жива, живую. «Желания и деяния нашего мира — от того, каковы они, зависит,

живую светлую или мёртвую чёрную воду из источников жизни и смерти, что хранит в долине меж гор чета безмолвных духов с начала мира, предстоит испить человеку».

(С. В. Жарникова «Путеводная нить»)

— Не думал, что тебя так интересуют, детские сказки... — Раздался практически над самым ухом, очень знакомый голос.

Повернув голову, увидела Ивана. Он сидел рядом со мной на корточках.

Одет он надо сказать был практически, как и девушки, только рубашка покороче, да портки светлые надеты.

— А, что, разве это плохо? — Прошептала я, стараясь не мешать рассказчику.

— Это не плохо, это скучно. — Сморщив нос, он продолжил. — Не хочешь прогуляться?

Окинув взглядом свое место нахождения, задумалась на пару секунд. Стоит ли? Глупо, наверное, боятся Ивана, ведь он мой учитель, наставник... Да и бабушка его знает. Это дома мы пересекались только на тренировках.

Подробностями личной жизни не делились, только учёба и его язвительные комментарии. Тяжело выдохнув, решила всё-таки согласиться на его предложения. Что я теряю в конце концов?

— Хорошо, давай прогуляемся...

Тут же, мне галантно подали руку, помогая встать.

Молча, мы прошли с десяток шагов, прежде, чем Иван заговорил.

— Ты, через костёр уже прыгала?

— Нет...

— Почему?

— Не хочу...

— Так нельзя, надо обязательно прыгнуть, это важный ритуал в сегодняшнюю ночь…

— Не хочу...

— Да, ладно тебе Алёнка, пошли...

— Я, что не понятно сказала? Я не хочу!

Парень резко остановился и внимательно на меня посмотрел.

— Ты боишься?

— Нет, с чего бы? Я просто не хочу...

— Ты боишься. — Заглянув мне в глаза, он улыбнулся. Схватив меня за руку, потащил в сторону костров. — Пошли вместе, я буду рядом и обещаю, все пройдёт хорошо. Хочешь, сделаем это вместе?

Пару секунд, я буравила его взглядом, и в конце концов, сдалась.

— Хорошо.

Привел он меня кстати, к одному из небольших костров.

Встав в небольшую очень, очередь из желающих, мы так и стояли. Он держащий меня за запястье и я, смущающаяся и краснеющая.

В отблесках огня, казалось, что просто тень от огня падает на мои щеки, а не предательский румянец смущения.

Когда подошла наша очередь, он взял мою руку в свою...

Большая, горячая, шершавая ладонь от постоянных