Пламя возродится из искр - Ян Ли

Охотница клана Воды попыталась связать меня водяными цепями, но вода испарилась, не успев коснуться кожи. Культиватор клана Металла метнул металлические лезвия — они расплавились в полёте, превратившись в капли жидкого металла, которые упали на землю, шипя. Я двигался через площадь, не бежал — шёл, медленно, неумолимо, как надвигающийся пожар. Каждый шаг оставлял расплавленные следы. Волосы поднялись, превращаясь в языки настоящего пламени, колеблющиеся вокруг головы как корона живого огня. Глаза, я чувствовал, светились изнутри — золотым светом, который освещал всё вокруг.

Культиватор клана Земли попытался создать каменную стену — она рассыпалась в пыль от одного касания моей руки. Длань Первородного Пламени выжгла саму идею твёрдости из материи, заставив камень забыть, что он когда-то был горой. Схватил охотника за плечо. Он закричал, пытаясь вырваться, но было поздно. Пламя перетекло из моей руки в его тело, сжигая изнутри. Плоть чернела, глаза взорвались от внутреннего давления, крик оборвался, когда огонь достиг лёгких.

Ещё одна душа поглощена. Ещё один голос в хоре. Ещё больше силы.

Трое инквизиторов всё ещё держали Мэй Инь. Лидер развернулся ко мне, и в его глазах впервые за весь бой я увидел… ещё не страх, но уже опасение. Я не ответил. Не мог ответить — горло горело, язык превратился в огонь. Слова потеряли смысл. Остался только жар, ярость, желание сжечь всех, кто угрожал.

Лидер инквизиторов активировал технику Святого Пламени — фирменный огонь Ордена. Его аура взорвалась, расширяясь, заполняя пространство багровым светом. Печати материализовались вокруг него — дюжина сложных формаций, каждая направленная на подавление искажённых сил.

Техники столкнулись. Багровое против золото-белого. Святое против Первородного.

Мир замер.

И Солнечное Пламя сожрало Святое. Просто поглотило, как старший огонь поглощает младшего. Багровый свет потускнел, потом погас. Печати треснули, рассыпаясь в пыль. Лидер инквизиторов упал на колени, кашляя кровью. Его техника обернулась против него, выжженная изнутри силой, которую он не мог понять.

— Тварь, — прохрипел он. — Святое Пламя… не может быть побеждено демоническим…

Он был прав. Святое Пламя не могло быть побеждено демоническим. Но Солнечное Пламя не было демоническим. Оно было древнее, фундаментальнее, существовало до того, как понятия «святое» и «демоническое» получили значение.

Я шагнул к нему, протягивая руку.

И замер.

Цепи обвились вокруг тела — не светящиеся оковы инквизиторов, но тяжёлые металлические цепи, пропитанные энергией подавления. Культиватор клана Металла, последний выживший охотник, использовал момент моего отвлечения, чтобы активировать технику Оков Пяти Гор — связывание, использующее вес самой земли для удержания жертвы. Цепи затянулись, вдавливая меня в землю. Я попытался разорвать их Солнечным Пламенем, но металл был особым — сплавом, созданным специально для удержания опасных культиваторов, пропитанным формациями подавления.

Охотник затянул цепь сильнее. Колени подогнулись, тело начало опускаться.

— Держите его! — крикнул лидер инквизиторов, поднимаясь на ноги. — Пока он связан, мы можем…

Мэй Инь.

Несмотря на Цепи Очищения, всё ещё сжимавшие конечности. Несмотря на раны, из которых текла кровь. Несмотря на истощение, делавшее каждое движение пыткой. Она встала на колени, подняла руки — и активировала знаковую технику клана.

Зеркало Тысячи Отражений.

Путь Сияющих Душ — это поглощение и искажение восприятия. Работа с душами и иллюзии. Древние мастера клана Бесконечного Соцветия разработали техники для различных целей, и одна из самых сложных была предназначена для усиления союзников. Поглощенные души образовывали сложную структуру, преломляли и многократно усиливали техники определённых стихий — света, огня, солнца.

Воздух вокруг неё засветился фиолетово-золотым. Десятки, сотни зеркальных поверхностей материализовались из ничего, окружая площадь, каждая ориентированная под точным углом. Свет начал отражаться между ними, усиливаться, фокусируясь, превращаясь в линзы чистой концентрированной энергии. Я почувствовал резонанс. Моё Солнечное Пламя откликнулось на технику Мэй Инь, начало синхронизироваться, усиливаться отражённым светом. Каждое зеркало улавливало частицу моего огня и возвращало её умноженной, усиленной, очищенной.

Синергия была… невероятной. Наши пути, такие разные на поверхности, на глубинном уровне дополняли друг друга идеально. Её техника света и отражений превращала моё пламя из разрушительной силы в абсолютное оружие.

Но чтобы использовать это полностью, мне не хватало скорости. Зеркала двигались, углы менялись каждую секунду, создавая постоянно смещающиеся точки максимальной концентрации. Чтобы использовать их эффективно, нужно было видеть, просчитывать, реагировать быстрее, чем позволяло обычное восприятие.

Активировал все три способности одновременно.

Очи Пламенные показали жизненную силу во всех врагах, слабые точки, места, где один удар будет смертельным.

Корона Гаснущей Звезды материализовалась над головой — не видимая физически, но ощутимая как присутствие, давление мёртвой звезды, гравитация которой искажала время вокруг меня. Мир замедлился. Враги двигались как во сне. У меня было время думать, планировать, действовать.

Провидец Сожжённых Путей открыл тысячу возможных будущих. Я видел, как противники будут двигаться, где окажутся через секунду, две, три. Видел оптимальные траектории для атак, моменты, когда зеркала Мэй Инь достигнут идеального выравнивания.

Три техники вместе создавали нагрузку, которая должна была разорвать разум. Информация хлынула потоком — слишком много, слишком быстро, слишком детально. Обычный человек сошёл бы с ума за секунды.

Но голоса павших помогали. Десятки сознаний, живущих в пламени, разделили нагрузку. Каждый брал часть информации, обрабатывал, передавал результат. Сюй Фэн отслеживал движения врагов. Чжан Хао просчитывал оптимальные точки атаки. Старейшина Янь координировал всё, направляя хаос данных в единую картину.

Мы стали единым целым. Я и голоса. Живой и мёртвые. Человек и пламя.

Цепи Пяти Гор всё ещё держали тело, но это не имело значения.

Луч Последнего Солнца.

Техника, которую я едва пару раз за бой мог использовать раньше. Концентрация всей силы Солнечного Пламени в единый луч, температура которого превышала поверхность звезды. Стоила она почти всю энергию, оставляя истощённым на грани смерти.

Но теперь у меня были зеркала Мэй Инь. И души павших врагов, ждущие поглощения.

Сформировал технику в правой руке. Луч золото-белого света вырвался наружу, но не по прямой — отразился от первого зеркала, усилился, отскочил ко второму, умножился, третье зеркало разделило луч на пять копий, четвёртое слило обратно в один, но мощнее во много раз.

Луч ударил в культиватора клана Металла, державшего цепи. Он не успел даже закричать. Тело просто перестало существовать, испарилось, превратилось в облако пепла. Металлические цепи расплавились, капая на землю жидким металлом.

Я освободился. Пламя пульсировало внутри, истощённое использованием Луча, но тут же начало восстанавливаться, поглощая душу убитого охотника. Энергия влилась, заполняя пустоту, возвращая силу.

Второй Луч. Зеркала перестроились, предугадывая мои намерения. Техника вырвалась, отразилась, умножилась, слилась. Два инквизитора, державших Мэй Инь, попытались увернуться. Бесполезно.