Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

— Жалко, — немного огорчилась землянка.

— Не жалей, — поспешил утешить подругу эльф. — Наши невесты не блюстительницы, а тебе защита джайги пригодится.

— Машьелис о Либеларо! Почему я вынуждена искать тебя по всему Дрейгальту?! — Властный голос леди, привыкшей повелевать, оборвал дружескую болтовню. Все, не только студенты АПП, повернулись, чтобы увидеть статную блондинку в длинном голубом платье из загадочно мерцающей, очень дорогой даже с виду ткани. Никакого плаща, будто и не царила в мире Игиды прохладная погода, леди не носила.

— О, ясного дня, бабушка. — Дракончик вздрогнул от знакомых звуков, привстал и поприветствовал родственницу.

Команда также встала и почти хором исполнила традиционное драконье приветствие:

— Ветра в крылья, леди Левьерис!

— Прости, я не думал, что ты решишь навестить меня именно сегодня, — начал возводить бастионы оправданий Лис.

— Не думал он, хм, после всего, что мне написал, — будто себе под нос, но достаточно громко буркнула красавица.

При ее появлении к столику, за которым обедала компания, со всех ног кинулись сразу три официанта и, кажется, сам хозяин.

— Приличный согревающий напиток в вашем заведении есть? Принесите! — выгнув бровь, распорядилась леди и опустилась на предупредительно отодвинутый Лисом стул.

— Яне надо было заколки купить, — продолжил оправдываться Машьелис, банально перевешивая вину на подругу.

— Украшения для невесты — это достойный повод, — неожиданно согласилась сменившая гнев на милость дама.

— Рады были встрече, леди Левьерис. Машьелис, мы отойдем в книжную лавку, — встал из-за стола Хаг, мгновенно нашедший более-менее подходящую причину, чтобы смыться и не мешать беседе.

Левьерис благосклонно кивнула и повела рукой с грацией королевы, отпускающей вассалов в поход. Ребята вскочили со стульев и испарились так проворно, словно использовали лист Игиды для переноса.

— А ты, голубушка, останься. Мы теперь как-никак почти родственники, — краем рта усмехнулась леди, возвращая на место привставшую Яну. Драконша приняла с подноса, преподнесенного лично хозяином ресторанчика, высокий непрозрачный бокал, в котором дымился какой-то неизвестный, терпко пахнущий специями напиток.

Яна осторожно опустилась обратно на стул, заслужив благодарно-признательно-виноватую улыбку дракончика, которого не оставила в одиночестве на растерзание бабушке.

— Итак, я тебя слушаю, — распорядилась леди, легчайшим наклоном головы дав понять подавальщику, что напиток одобрен и его услуги более не требуются, а заодно и возвела какую-то магическую защиту, заставившую всех посетителей потерять к ним интерес.

— А… — Лис набрал воздуха в грудь, выдохнул, сдулся как проколотый воздушный шарик и снова виновато покосился на Яну.

— Ты забыл слова или прикусил язык, внук? — насмешливо фыркнула бабушка.

— Нет, — помотал головой дракончик и выпалил: — Я люблю Яну и хочу на ней жениться!

Девушка, никак не ожидавшая такой речуги, икнула и едва не потянулась, чтобы пощупать лоб приятеля. Не заболел ли, не скушал ли какой пакости в Дрейгальте? Но потом Янке в голову пришла мысль, что все происходящее сейчас — какой-то далекоидущий план друга, о котором тот не успел ей рассказать. Бабушка явилась раньше времени.

— Кажется, невесту ты со своими чувствами и намерениями познакомить не успел, — строго проронила леди-бабушка. Янка покосилась на величественную драконшу, ожидая бури, грома и прочих стихийных явлений глобального масштаба. После таких-то слов единственного внука, которому прочили в невесты принцесс и прочих богатых особ благородных кровей! Но в голубых глазах Левьерис совершенно очевидно плясало не пламя кровожадного гнева, а… и ой… смешинки!

— Как? — в отчаянии взвыл Машьелис. — Она же меня не слушает! Я ей говорю, что люблю, а она: «Я тебя тоже люблю, ты настоящий друг. И вообще, дождь начинается, и ты простудишься, поэтому пошли горячий чай пить!» Всю романтику на корню рубит! А я… Я ее и в самом деле люблю.

— Смотри-ка, сообразил, — насмешливо фыркнула бабушка, пока Яна, впавшая в ступор, переводила взгляд с Лиса на Левьерис, с Левьерис на Лиса и обратно. — Не прошло и вечности.

— Сложно понять, когда самое нужное все время рядом. Его тогда и не замечаешь, — покаялся Лис и, упрямо вскинув голову, высказался: — Яна, я хочу, чтобы ты стала моей женой, когда АПП закончим, а пока считалась настоящей невестой. И, бабушка, даже если ты против, я все равно этого хочу. А если ты, Яна, против, я буду очень долго тебя убеждать, и ты все равно согласишься, я упрямый, поэтому лучше соглашайся сразу!

Леди Левьерис поставила полупустой бокал на стол и от души расхохоталась. Звонко, как девочка, и зааплодировала.

— Браво, внук, это самое оригинальное признание в любви, какое мне только доводилось слышать. Право слово, Яна, тебе и в самом деле лучше согласиться сразу, боюсь, Дрейгальт и стены АПП не выдержат полета фантазий юного радужного дракона.

— О, а… — Вконец запутавшаяся, смущенная, красная, как помидорка, землянка подняла на бабушку взгляд и наконец произнесла единственный здравый вопрос, пришедший в голову: — Вы же были против выбора Лиса.

— Одобри я его, он бы еще лет пятнадцать, если не четверть века, в своих чувствах путался, — припечатала бабушка, звонко хлопнув ладонью по столу. — Ненавидит давление. Чуть прижать попытаешься, на дыбы, как жеребчик необъезженный, встает. Сам должен был выбрать, проверить и поверить — тоже сам. Вот от противного и пришлось действовать. Кинтэора подбила, чтобы в академию заскочил, намекнул в беседе, что помолвку пора разрывать, поудачнее кандидатуры, дескать, сыскались. Словом, Машьелису я лишь альтернативу показывала, чтобы не расслаблялся и не вздумал на потом поиск суженой отложить. Немало пришлось потрудиться, чтобы этот шалопай сделал окончательный выбор. Вы будете чудесной парой, девочка. Танец аур столь гармоничен — истинная услада для очей и духа.

— Но я не дракон, совсем не богатая и не знатная, — растерянно пролепетала Яна.

— Богатства и знатности нашего рода хватит на всех. Зато душа у тебя яркая, щедрая! Настоящая радуга! — прижмурилась леди Левьерис, будто и в самом деле видела душу собеседницы (а может, и впрямь видела). И практично добавила: — К тому же бедра широкие, детишек родишь легко. Внуку моему род придется восстанавливать. Я уже слишком стара, чтобы дать потомство.

— Но я человек, — снова попробовала возразить Яна, упирая на расовое несоответствие. В голове шумело, жизнь казалась рассыпанным пазлом, вместо привычной картины складывающимся в какой-то дикий узор. Поверить в него было столь же невыносимо желанно, как и страшно.

— Дети крайтарского радужного дракона, рожденные в любви, всегда драконы, — снисходительно пояснила старшая женщина. — И ответь наконец моему внуку, пока он не обернулся в дракона прямо здесь и не разнес милый ресторан по бревнышку. Ты его любишь?

— Люблю, — тихо согласилась Яна.

— Ох, дети, какие же вы