Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

Но всё же «подержаться за руку» — весьма низкий порог, и даже если что-то подобное с принцем случалось, ничего предосудительного за этим не следовало. Ши Цинсюань тут же решил исправиться:

— Ну даже если держался, то уж точно никогда ни с кем не целовался.

И Се Лянь вновь захотел ответить «Да», но на этот раз перед его глазами будто бы замелькали вереницы пузырей, похожих на нити хрустальных бусин, а когда пузырьки рассеялись, принц увидел невыразимо прекрасное лицо с закрытыми глазами, над лбом у которого вырисовывался маленький мыс красавицы, весьма привлекательный.

На этот раз он не просто не смог выдавить из себя ни слова, но даже весь залился краской.

Повисла неловкая тишина.

Присутствующие мгновенно всё поняли и сухо прокашлялись. Ши Цинсюань уже пожалел, что вмешался — ударил себя легонько веером по голове и незаметно шепнул Се Ляню по сети духовного общения:

— Ваше Высочество, уж простите. Я лишь хотел убедить всех, что вы чисты и непорочны в своих помыслах, но никак не мог подумать, что это не так. Оказывается, у вас случался подобный опыт, а сразу и не скажешь!

Его фраза «никак не мог подумать, что это не так», разбила вдребезги всю непоколебимость Се Ляня. Тот не без труда ответил:

— Не будем об этом. Это была… случайность…

Цзюнь У поднёс ко рту ладонь, сжатую в кулак, и кашлянул чуть громче:

— Что ж, хорошо. Думаю, за эти годы ты не нарушал своего обета?

Тут Се Лянь наконец вздохнул спокойно:

— Истинно так.

— В таком случае, вопрос решить легко. У меня в коллекции есть меч по имени Яньчжэнь[199], обладающий волшебным свойством: кровь девственного тела стекает по клинку, не оставляя следов, и даже делает его блеск более ярким. От тебя потребуется лишь капля крови, и мы всё выясним.

Небожители многие годы прекрасно знали об увлечении Цзюнь У коллекционировать разнообразные редкие и необычные драгоценные мечи, но в тот момент всё же подумали: «И откуда у тебя столько всяческих странных мечей? Зачем ты вообще подобное собираешь…»

Се Ляню сложившееся положение казалось весьма неловким, поэтому он хотел поскорее закрыть тему. Линвэнь принесла тот самый меч тончайшей работы, «Яньчжэнь», и принц тут же провёл пальцем по лезвию. Бесчисленные взгляды уставились на меч, Ши Цинсюань хлопнул в ладоши:

— Ну вот и всё, правда раскрылась!

Как и ожидалось, капелька крови скатилась по металлу, не оставив ни единого следа. Доказательства были неопровержимы, так что небожителям пришлось отступиться:

— Ах, вот оно что.

— Но кто же тогда?..

Их постигло разочарование, и всеобщий настрой явно пошёл на спад.

Линвэнь вежливо обратилась к Лань Чан:

— Госпожа, прошу вас честно ответить, кто же всё-таки тот небесный чиновник? Если дух в вашей утробе останется таким же беспокойным, а ваших магических сил для этого недостаточно, боюсь, только его настоящему отцу под силу мягко его перевоспитать. Я…

Но к всеобщему удивлению, не успела она договорить, как Лань Чан снова ткнула пальцем, теперь уже в саму Линвэнь:

— Ты! Тем человеком был ты!

Линвэнь так и остолбенела с немым вопросом на лице. Вероятно, она явилась на собрание прямиком из своего храма, поскольку пребывала в мужском обличии. И когда Лань Чан вдруг узнала в ней отца ребёнка, на лице Линвэнь отразилось трудноописуемое потрясение. Остальные все как один прыснули со смеху. Пэй Мин даже высказался:

— Дражайшая Цзе, так значит, ты закончила с бумагами и спустилась в мир смертных, заделать какой-то девушке ребёнка? Ха-ха-ха-ха-ха…

Возможно, именно это и называется мгновенным воздаянием. Линвэнь покачала головой, с благодарностью отказалась от милосердного жеста Ши Уду, который протянул ей красный конверт с деньгами для «племянника», и, вернув себе серьёзный вид, произнесла:

— Ещё не закончила. У меня нет на это времени.

Неразбериха продолжалась, а поскольку подозрения падали то на того, то на этого, разумеется, уже никто не верил женщине. Фэн Синь, не в силах больше наблюдать за действом, тоном, не предвещающим ничего хорошего, произнёс:

— Я всё понял. Эта демоница просто сумасшедшая и намеренно устроила нам здесь скандал, привязываясь с обвинениями ко всем подряд.

Лань Чан хихикнула, чем стала ещё больше походить на безумную. Небожители, опасаясь, что если так пойдёт и дальше, женщина, не ровён час, укажет на них тоже, изменили свою политику:

— Верно! Кто знает, может быть, она выкрала золотой пояс…

— Говоря по справедливости, у меня тоже хранится не один такой пояс, я и сам не могу сосчитать, сколько их, и припомнить, все ли до сих пор на месте.

Лань Чан же, уперев руку в бок, всё не унималась:

— Что, теперь решили прикинуться невиновными? Поздно! Деваться некуда! Это ты, ты, и ты!

Затем она и вовсе принялась в приступе гнева не глядя указывать на каждого. Даже Мин И, который с равнодушным, но сосредоточенным видом молча стоял в углу и, запихнув что-то за щёку, успевал жевать, против своей воли оказался признан отцом ребёнка. В зале на короткое время поднялся переполох, и небожители, пытаясь укрыться от обвинений, заголосили:

— Уведите её, уведите!

— Не давайте ей болтать попусту!

— Сестричка, мне нравятся совсем другие девушки, не такие как ты, не стоит возводить на меня напраслину!

— Да это же никуда не годится!

Цзюнь У сделал знак рукой, и младшие небожители немедля подбежали, чтобы увести Лань Чан. Когда они волокли женщину из зала, она всю дорогу пронзительно хохотала. Затем небожители наконец вернулись на свои места, ещё не оправившись от испуга, охваченные головной болью. Первоначально каждый считал, что это дело его не коснётся, и пришёл лишь поглазеть на представление. Но теперь неизвестно, не повесят ли на них этот ушат грязи, и очень может статься, что в следующий раз в мире людей появится новая постановка с ними в главной роли, где также будет фигурировать размалёванная демонесса-возлюбленная и погубивший несчётные жизни демон-сынок. Почувствовав себя в опасности, все лишь отмахнулись:

— Здесь до истины не докопаться!

— Мне думается, у неё просто не всё в порядке с головой. Здесь нечего расследовать, только зря потратим время. Нужно заточить её под стражу, и дело с концом.

— Очень может быть, что её намеренно прислали из мира демонов, чтобы мутить здесь воду.

Се Лянь, однако, не согласился:

— Но по дороге сюда госпожа Лань Чан явно вела себя совершенно нормально и пребывала в здравом уме. Почему же, едва явившись во дворец Шэньу, она стала вести себя подобным образом? Боюсь, дело не объясняется одним лишь «сумасшествием».