Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

уже закончил рисовать поле Сжатия тысячи ли. В прошлый раз Нань Фэну понадобилось в разы больше времени, а рисунок получился грубым и небрежным. Здесь же всё совершенно иначе — Мин И управился быстро, но при этом не допустил ни единой помарки, каждый штрих был точно выверен, и от руки изображённый круг казался даже ровнее, чем если бы его рисовали при помощи измерительных приспособлений. Иероглифы также вышли безукоризненно ровными, будто оттиск гравировки. Се Лянь невольно поразился в душе.

Закончив рисовать, Мин И произнёс:

— Идём.

И Ши Цинсюань лёгким выдохом задул свечу.

Хуа Чэн шёл впереди, он первым и толкнул дверь, которая со скрипом открылась. Снаружи оказалось совершенно темно, будто бы они перенеслись в старое, много лет заброшенное помещение, где в воздухе стоял запах плесени и пыли.

Следом за Хуа Чэном шёл Се Лянь, который тихо поблагодарил Хуа Чэна за то, что тот вызвался идти впереди, затем — Ши Цинсюань, и замыкал процессию Мин И, который закрыл за ними дверь.

Именно в тот миг, когда дверь закрылась, в темноте внезапно послышался голос, зловеще прошипевший из-за двери за их спинами:

— Место, куда ты собираешься пойти, станет кошмаром, который ты никогда не захочешь вспоминать!

При первых же звуках голоса Се Лянь развернулся и пинком вышиб дверь.

Дерево тут же проломилось от удара, но магическое поле уже потеряло свою силу, и за дверью не оказалось монастыря Водных каштанов, а только груда бесполезного ржавого барахла. Воинственный жест принца поднял в воздух клубы пыли, и Се Лянь закашлялся, возрадовавшись, что не испортил дверь, сработанную руками Хуа Чэна. Прикрывая лицо рукавом, он спросил:

— Это и был тот самый истинный Божок-пустослов?

Ши Цинсюань крепко сжал в руках свою метёлку и веер.

— Это его голос! Он что… всё это время находился рядом со мной?

Се Лянь, отмахиваясь от пыли, возразил:

— Невозможно. Только что в комнате было три небожителя и один Князь Демонов. Если бы что-то увязалось за вами, неужели мы бы не заметили этого? Наверняка он возник только что.

Мин И также произнёс:

— Успокойся.

Ши Цинсюань ответил:

— Я спокоен. Я совершенно спокоен. Я уже давно спокоен!

Хуа Чэн впереди неторопливо сказал:

— Спокойствие не помешает, но вот всё ли в порядке, ещё вопрос. Кто-нибудь знает, что это за место?

Се Лянь огляделся по сторонам и тоже спросил:

— Мы ведь собирались отправиться в лучшее питейное заведение столицы?

Как ни погляди, а заброшенная лачуга не походила на питейное заведение, о котором говорил Ши Цинсюань. Они прошлись по помещению и нашарили дверь, запертую на несколько больших замков. Се Лянь вновь вышиб дверь ногой, замки разбились, и дверь открылась. А после перед ними предстали никакие не горы мечей и море огня, не загадочные места обитания нечистой силы, а совершенно обыкновенный, ничем не примечательный маленький посёлок.

Хуа Чэн поднял бровь:

— Не думаю, что столица выглядит вот так.

Се Лянь полностью согласился с ним, облик и величие столицы ни в какое сравнение не шли с маленьким посёлком, подобным этому. Обернувшись, принц спросил:

— Ваше Превосходительство Повелитель Земли, может быть, вы ошиблись в начертании поля?

Мин И возразил:

— Не ошибся. Первоначально конечной точкой назначалось не это место.

Се Лянь сразу же всё понял. Это означало, что постаралась тёмная тварь. Это он прислал их сюда.

Ши Цинсюань спросил:

— Он проник в монастырь Водных каштанов после нашего отбытия и злоумышленно изменил начертание поля? — но тут же сам отверг это предположение: — Нет! Так случиться не могло.

Се Лянь согласился:

— Это невозможно. Мы уже открыли дверь и вышли из неё. Даже если он проскользнул в монастырь после и внёс изменения, мы всё равно должны были оказаться в назначенном месте, ведь когда магическое поле пришло в действие, менять начертание бессмысленно. Поэтому у него оставалось всего одно мгновение на исполнение своего плана.

Тот самый, короткий миг, когда Мин И дорисовал поле, Ши Цинсюань задул свечу, и монастырь Водных каштанов погрузился в темноту!

Но тогда это вновь расходилось с предыдущим суждением Се Ляня. Ши Цинсюань произнёс:

— Но ведь совершенно ясно, что в монастыре находились лишь мы вчетвером.

На клочке пространства монастыря Водных каштанов уместились три небожителя и один Князь Демонов. Появись среди них кто-то лишний, разве могли они не заметить? Но если предположить, что кто-то из четверых, воспользовавшись темнотой, подтасовал карты, на кого падёт наибольшее подозрение?

Ши Цинсюань бросил невольный вгляд на Хуа Чэна. И хотя тут же отвёл глаза, от внимания последнего это не ускользнуло. Хуа Чэн улыбнулся:

— Что вы на меня смотрите? Если спросите моего мнения… вам не кажется, что Повелитель Земли вызывает многим больше подозрений?

Мин И тоже одарил его взглядом вскользь. Хуа Чэн продолжил:

— Не ходите вокруг догадок о том, что кто-то внёс поправки в магическое поле. Что если он изначально нарисовал его неверно?

Мин И не выразил протеста. Он не выразил вообще ничего. А вот Ши Цинсюань не пожелал слушать:

— Градоначальник Хуа, погодите-ка минутку! Я понимаю, что между вами случались конфликты. Но всё же, Мин-сюн вовсе не такой человек. В этот раз я попросил его о временном содействии, и у него нет никаких причин так поступать.

Хуа Чэн парировал:

— Чтобы что-то сделать, причина вовсе не обязательна. На самом деле, даже на Ваше Превосходительство ложится немалое подозрение.

— А?! — Ши Цинсюань никак не ожидал такого поворота, он указал на себя: — На кого? На меня?!

Хуа Чэн хмыкнул:

— Ага. Вор кричит «держи вора», такое сплошь и рядом случается. Для чего же именно вы явились? Если вы с вашим уважаемым братом действительно настолько сильно боитесь истинного Божка-пустослова, для чего намарали кучу бесполезных свитков? Если предположить, что это вы сговорились и придумали план, чтобы ввести нас в заблуждение и заманить сюда… такое тоже вполне вероятно.

Судя по его взгляду, становилось ясно — он лишь беззастенчиво городит всё, что взбредёт на ум, но делает это с таким видом, что любой слушатель исполнится подозрений. Ши Цинсюань и сам начал колебаться:

— Я… неужели мне настолько нечем себя занять?

Хуа Чэн усмехнулся:

— Аналогично. Мне не настолько нечем себя занять.

Он отвечал тем же выпадом, с каким нападали на него самого. Се Лянь же как раз задумался над важным делом, поэтому помахал рукой:

— Ну полно вам, перестаньте. Мы ещё не разобрались с проблемой, а вы уже начали подозревать своих.

Хуа Чэн лишь хохотнул, но ничего не сказал. Его отношение