Реванш отвергнутой герцогини драконов - Марина Павельева

- Ой, я все время забываю, что ты не она. Метла это твоя. Под кроватью лежит. На ней в свое имение и полетишь. Ты ж… ой, она ж ведьма.

- А что, кареты не будет? – Катя представила себя на метле с чемоданом в одной руке и зеркалом в подмышке другой и расхохоталась.

Короткая инструкция, как управлять магическим гаджетом, была более-менее понятна. И когда в дверь постучали, сигнализируя, что час прошел, Катя подхватила свои вещи и широко распахнула дверь.

- При разделе имущества я оставлю тебя без трусов, - гордо заявила герцогу.

- В каком смысле? – тот удивленно приподнял брови.

- Конечно, не в том, в котором ты подумал, - усмехнулась Катя.

- Я об этом не подумал.

- По глазам вижу, что подумал.

- Нет, - герцог категорично мотнул головой и поджал губы.

А Катя на него вдруг засмотрелась. Ну, какой же он красивый! Правильное овальное лицо. Четко очерченные скулы. Полноватые губы, которые вызывают желание их целовать. Черные в разлет брови. Желто-карие глаза, в которых можно утонуть и на которые свешивается взъерошенная короткая челка. Могучие широкие плечи, распирающие пиджак. И, наверное, кубики пресса. Так. Стоп. Лучше голым его не представлять.

- Ты со мной спал, и тебе всё нравилось, - дерзко заявила Катя, предположив, что целых два месяца после свадьбы они чем-то в постели да занимались.

- Убирайся! – рассердился дракон, показывая волевым подбородком в сторону коридора перед собой. Похоже, крыть было нечем. В точку попала.

- Конечно, конечно, - Катя повела плечиком, поддернув зеркало повыше. Тяжелое, зараза, и норовит из руки выскользнуть. – Вопрос. Ты меня голодную выгоняешь, заранее зная, что там из еды ничего? Совесть позволяет, господин Валлеор? – уперлась своими голубыми глазами в глаза опешившего от ее наглости дракона. Поняв, что тот не знает, как ответить, смягчилась, улыбнувшись. – На счет пообедать вместе не намекаю, сама тебя больше видеть не хочу, а вот с собой бы чего-нибудь вкусненького прихватила.

- А-аа… Ну да. Сейчас распоряжусь, чтобы тебе корзину собрали, - отмер муж и решительно зашагал по коридору с каменными желтовато-серыми стенами к лестнице, ведущей на первый этаж. – У входа жди, - кинул не оглядываясь.

- Вот и верь после этого мужикам, - сказала Катя в спину уходящего. – Даже не помог вещи вынести, - пожаловалась своей подружке. – Нир, ты почему молчишь? – хотелось услышать слова сочувствия, но вместо этого отозвалась тишина.

Подумав, что при переносе в гаджете что-то встряхнулось и сломалось, Катя похолодела. «Только не это, только не это», - зашептала в надежде. Поставила чемодан на пол, бросила туда же метлу и, вцепившись обеими руками в раму зеркала, выставила его перед собой. Лишиться единственного знакомого, много знающего об этом мире, было страшно. Ведь тогда она осталась бы одна одинешенька как случайно выросшая зеленая травинка среди желтого песка.

На блестящей поверхности отразилась Катрин с глазами, полными ужаса.

- Не молчи, пожалуйста, - взмолилась она.

Зеркало тотчас подернулось волнами, и выглянувшая оттуда Ниртак озабоченно произнесла:

- Наконец-то. Догадалась?

- Не совсем.

- Ясненько. Значит так. Во-первых, я могу говорить, когда в отражении есть лицо человека. А не его бок в бирюзовом платье или голый локоть. Чем я, по-твоему, говорить-то буду, если у меня рта нет?

- А-а…

- Ну, извини, забыла предупредить.

- Ладно, проехали.

- Во-вторых, меня лучше нести зеркалом наружу, а не обратной стороной. Так я хоть видеть буду, куда тебя несет.

- Понятно. И говорить сможешь?

- Фух… - глубоко выдохнула Ниртак, опустив плечи. – Чем? – постучала костяшками пальцев себе по лбу.

- А-а, ну да.

- Просто буду знать. А потом смогу тебе поведать о том, чего ты по своей привычке проглядела. Ой. Ты же не она. Хотя особой разницы не вижу.

- Ты тяжелая, у меня рука отваливается. Еще и метла мешается, - посетовала Катя, чтобы сменить тему. – А этот ящер даже не удосужился предложить помочь.

- Да, болван великосветский, мужлан, - кивнула Ниртак. – А ты его ловко так на счет еды поддела. Виртуозно. С издёвочкой. Я думала, он тебя после этого взашей вытолкает, а смотри-ка ты, побежал за корзиной. Все-таки он к тебе не равнодушен.

- Толку-то, - вздохнула Катя, вслед за ней Ниртак, и обе замолчали.

- Слушай, а ты же можешь нас на метле вынести. Пусть она и тащит, - первой прервала возникшую тишину виртуальная подруга. – Вдень в ручку чемодана черенок, меня в подмышку, сама верхом на метлу, а свободной рукой рули. И вперед! Держать придется только меня. Всё легче.

- А что? – задумалась Катя. – Можно, - зачем-то согласилась, до этого решив, что летать на метле будет учиться как-нибудь потом. Наука же. Даже у великого мальчика-волшебника не с первого раза получилось. А она вообще ни разу не ведьма. – А-аа!!! – понеслась по коридору, виляя веником из тонких прутьев как раздраженная кошка хвостом и отскакивая то от правой, то от левой стены, больно ударяясь то одной стороной попы, то другой.

Будь сейчас у Ниртак рот, она наверняка тоже бы заголосила на всю питерскую от страха, что разобьется. Но ее-то как раз Катя держала крепко, вцепившись в зеркало с такой силой, что побелели пальцы.

Кстати, управлять метлой оказалось на самом деле просто, подружка не соврала. Вот только практический навык все-таки нужен. Потому что, пытаясь лететь по длинному коридору ровно посередине, приходилось все время корректировать полет, а, следовательно, маневрировать концом черенка. Вот с этими маневрами и проблема. Надо точно знать, на какой угол отклониться, чтобы не врезаться в стены. А получалось ровно наоборот.

Стоило чуть мотнуть вправо, как метла лихо сворачивала в ограждение. Катя тут же рулила влево, чтобы не шмякнуться лепехой, но от испуга дергала слишком резко, и гаджет быстренько накатывал на противоположную стену согласно распоряжению хозяйки. Так что попе досталось прилично. Да и не только попе. Всё, что висело на стенах – гобелены в тяжелых рамах, портреты людей в старинных одеждах, несколько круглых светильников – были покалечены. В разной степени убоя.

Что-то просто перекосило. У одного портрета треснула рама и отвалился ее нижний угол. Два гобелена рухнули на пол, издавая звук раскалываемого ореха. Понятно, что им кирдык. Ну а светильники зазвенели разбитым стеклом. Из них выпорхнули светящиеся