Игрок, забравшийся на вершину. Том 12 - Дмитрий Владимирович Михалек

Имя: Мантикора 1

Ранг: Безумный граф.

― Хм… ― Продолжая вливать в неё энергию безумия, Ворон рассматривал зверя, пытаясь понять, поменялось ли что-нибудь, но казалось, что всё осталось как раньше.

По прошествии ещё одного часа парень нахмурился, так как тело мантикоры вновь не претерпело изменений, в отличие от излучаемой ею силы.

Глядя на неё, создавалось ощущение, будто стоишь перед плотиной, которая вроде бы выглядит весьма крепкой и надёжной, но тебя всё равно не покидает чувство опасности.

«А вот это уже странновато… Да и страшновато».

Следующим шагом Ворон ступил на территорию, которую не рискнул исследовать, преобразуя Шимираза.

Это было то, о чём он переживал тогда и сейчас. Дело в том, что парень не имел абсолютной уверенности в том, что сумеет убить такого монстра.

«К счастью, я продумал этот момент, и, помимо личей, у меня есть эти шестеро». ― Разбойник посмотрел на мирно стоявшую шестёрку мобов из двух последних партий, которым была отведена роль защитников.

Хотя справедливости ради, скорее, небольших препятствий, так как по силе они не шли ни в какое сравнение с Безумным герцогом 177 уровня.

Минута тянулась за минутой, и чем дальше, тем напряженнее и внимательнее становился Ворон, готовый в любой момент вступить в битву.

На тридцатой минуте начали происходить первые мутации. Мышцы мантикоры внезапно начали вздыматься, словно взрываясь изнутри. Под влиянием этих странных мутаций шкура ходила волнами, начиная постепенно плавиться и чернеть, образуя похожие на чешую мясистые наросты.

Сорок минут.

Зверь дёргался, скулил, рычал и визжал. Моментами он пытался укусить себя, а затем вздрагивал и начинал кататься по земле, будто пытаясь сбить пламя. Его хвост, лишенный воли, извивался и хлестал бока, впивался в тело, впрыскивая яд, и снова начинал бешено крутиться.

Пятьдесят.

Как бы мантикора ни пыталась прекратить свои страдания, её тело продолжало трансформироваться, становясь больше и в конце концов принимая новое обличие, глядя на которое, Ворон, не осознававший того, что уже минут пятнадцать старается дышать как можно тише, сглотнул, чувствуя, как вязкая слюна с трудом протискивается в горло.

59 минут.

Зверь эволюционировал. Хотя, скорее, прошёл через какую-то демонификацию.

Львиная голова приобрела ветвистые рога, с кончиков которых сочилось что-то фиолетовое. Скорее всего, яд. Пожелтевшие глаза излучали чистое безумие, и казалось, что лишь незримая стена удерживает монстра от того, чтобы броситься на Ворона. Её тело сделалось явно прочнее за счёт слоя из толстых треугольных пластин, а хвост, наконечник которого стал напоминать копьё, теперь был длиннее в два раза.

Это всё выглядело как машина для убийства, что не способна отличить врагов от друзей, и, чувствуя её мощь, Ворон, поглядывающий на часы, приготовился к смертельному бою.

55 секунд… 57… 1 час.

Внимание! Статус вашего подчинённого изменился.

Имя: Мантикора 1

Ранг: Безумный герцог.

*Шимираз: проклятый орг, которого подчинил Ворон. Первое упоминание: 211 глава

Примечание автора: В процессе написания данной главы я обнаружил небольшую сюжетную дыру.

В главе 303, когда герой использует череп для заражения Шимираза, он применяет его в течение двух часов, что не соответствовало описанию черепа. Речь идёт о перезарядке артефакта.

Перезарядка: 4 дня

*Перезарядка активируется после получения ядра в процессе заражения.

Поэтому после некоторых размышлений я принял решение немного скорректировать описание черепа, так как это будет проще принять, нежели все сцены с Шимиразам до момента его смерти, так как, по факту, он достиг ранга «маркиза», что сыграло большую роль в приключениях Ворона.

Потому с этого момента описание будет выглядеть так:

Перезарядка: 1 час

*Перезарядка активируется, после того как будет прекращен процесс заражения.

Глава 598

Ох уж это искушение…

В этот момент доли секунд, словно молчаливые судьи, наблюдающие за Вороном и зверем, решали, позволить ли произойти схватке между ними, пока воздух, казалось, вибрировал от натянутого словно леска напряжения.

Ситуация была непредсказуемой, но, несмотря на то что мантикора (или кем она там стала) могла напасть в любой момент, разбойник думал о том, стоит ли ему продолжать накачивать эту демоническую тварь безумием?

Монстр ранг [герцог] бесспорно силён, но что, если тот сможет стать [принцем]? Сердце Ворона заколотилось. Но не от страха. От фантазии.

Его друзья иногда рассказывали, насколько могущественны эти существа, и одна мысль о том, что кто-то подобный станет его слугой, заставляла парня чувствовать мандраж.

На кону стояла возможность заполучить существо, чьё присутствие значительно повысит его шансы достигнуть своих целей.

Владеть таким слугой… это не просто преимущество. Это, можно сказать, ключ к тому, чтобы воплотить свою давнюю мечту объединить весь двадцать четвёртый этаж. Враги? Наверное, только единицы смогут что-то противопоставить ему.

Но.

Всё это был чистый азарт. То, что он так не любил.

Если такое существо выйдет из-под контроля, да ещё и рядом с его страной… Если он не сможет убить его, погибнет множество невинных, а Ворон не хотел быть ответственным за такую резню.

С этими мыслями парень, вздохнув, отменил воздействие [черепа] и полностью сосредоточился на мантикоре, так как до сих пор понятия не имел, как происходит потеря контроля. Есть ли задержка во времени? Может ли она перестать подчиняться внезапно или только по завершении мутации?

― Отойди к тому дереву и жди. ― Дав простое поручение, он не терял бдительности, продолжая оставаться наготове.

Зверь послушно выполнил команду и замер возле указанного дерева. Прождав пару минут, он не увидел каких-либо отклонений в поведении мантикоры и, кивнув, пробормотал:

― Кажется, обошлось. ― Но, подумав ещё немного, решил временно спрятать мантикору в пространстве [кристалла]. ― Ладно, посмотрим, что будет с остальными, а сейчас…

Он много раз думал о том, как будет выглядеть форма демона безумия? Насколько сильно та будет отличаться от предыдущих? Из-за этих мыслей Ворон активировал её с долей предвкушения.

Миг — и кожа на его руках затрещала, как пересушенный пергамент, и из лопнувших швов хлынул багровый свет — густой, вязкий, словно жидкий кошмар.

Пальцы неестественно вытянулись, суставы хрустнули, перестраиваясь под новую, чудовищную анатомию. Ногти почернели, превратившись в серповидные крючья.

Позвоночник с жутким скрежетом удлинился, придав фигуре жутковатую, паучью грацию, в то время как лицо расползлось в гримасе, которая начиналась как улыбка и заканчивалась где-то у мочек ушей ― слишком широкая, полная игольчатых зубов, трущихся друг о друга с металлическим скрежетом. Глаза, казалось, взорвались, как перезревшие плоды, и из-под век хлынула тьма, сгущаясь в пульсирующие спирали зрачков,