Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

выискивая тех, кто мог от меня спрятаться. Таких не было. Обращённые после ауры заводили тёмную песнь, а обычные тёмные под аурой бились в истерике, шумя похлеще сотни бегущих бегемотов. Явились ещё и неприметные люди в обычной одежде, деловито начавшие заносить всё увиденное в блокноты. Они-то и обнаружили вход в сокровищницу и вскоре на свет подняли всё то, что не успел прикарманить я. Единственным светлым пятном этой вакханалии явилась моя Алия. Девушка спрыгнула с кареты и бросилась ко мне на шею, сжав с такой силой, словно я был утерянным и внезапно найденным родственником. Но и это светлое пятно было омрачено огромной чёрной кляксой. К нам подошёл Кималь Саренто. Его геометрически правильная борода выглядела так, словно ректор только что вышел от брадобрея, а неизменная улыбка реально начинала бесить.

— Не часто мне доводится путешествовать по нашей империи, — произнёс ректор. — Я настолько привык к своей академии, что забываю, насколько огромен наш мир.

— Искатель Максимилиан Валевский, позвольте ваш рюкзак для досмотра, — в наш разговор нагло вмешался смутно знакомый мне человек. Где-то я его точно видел, но где — совершенно не помнил. Мужчина пятидесяти лет, обычная походная одежда дознавателя и, собственно, всё. Неприметный, обычный, совсем как Алехандро Сервольский, что когда-то именовался Буравчиком.

— У вас нет права досматривать моего подопечного, — Алия резко развернулась и сделала несколько шагов, становясь между мной и незнакомцем.

— Боюсь, дорогая, такое право у него есть, — картинно вздохнул Кималь Саренто. — Можно бумаги?

— Слован Уминский, полковник тайной канцелярии его императорского величества, — представился мужчина и продемонстрировал жетон с изображением сидящего на цепи пса. Я вспомнил, где видел этого человека — он выгнал меня из поместья баронов Ческонских, когда мы пытались искать обращённых.

— Жетон не даёт вам права обыскивать виконта! — Алию не смутила должность следователя.

— Приказ императора, — полковник протянул бумагу, на которой стояла императорская печать. — Провести полную опись найденного имущества. Обратите внимание на третий пункт — включая всего имущества искателя Максимилиана Валевского. Всё, что подлежит изъятию, согласно предыдущим приказам, должно быть передано в пользу империи, остальное будет занесено в отдельный реестр. Кималь Саренто предоставил нам опись всего, что он передал искателю Валевскому перед его отправлением на поиск магических камней. Всё, что будет найдено выше этого списка, будет описано, классифицировано и оценено. Согласно закону об искателях, найденные камни принадлежат магической академии, но тридцать процентов их оценочной стоимости должно уйти в пользу империи. Что касается остальной добычи — искателю придётся доказать своё право владения тем, или иным предметом. Всё, что было найдено во время миссии по поиску магических камней и не относится к предметам первой необходимости, является собственностью империи. Если вы не знакомы с законом об искателях, присутствующий здесь Кималь Саренто может подтвердить мои слова. Поэтому я прошу ещё раз — искатель Максимилиан Валевский, прошу предоставить нам рюкзак для досмотра. Личный досмотр мы проведём чуть позже.

Глава 3

— Досмотр? — я какое-то время смотрел на полковника тайной канцелярии и во мне боролись несколько желаний. Первое — врезать по его наглой безликой морде и придать ей хоть какую-то индивидуальность. Второе — разнести к Скрону всю деревню со всеми явившимися сюда войсками и заявить, что никто сюда не приезжал. Третье — наотрез отказаться и до последнего защищать свою собственностью. Будь что будет. Желания сменялись одно за другим, становясь всё более экзотичными, пока я, наконец, не сообразил, как правильно поступить. Мне просто нужно время и немного свободы. Алия была против того, чтобы я активировал камни без участия механизмов академии или Крепости? Что же, я до последнего старался выполнить её просьбу. Видимо, не судьба.

— Знаете, полковник, вынужден признать, что вы совершенно правы — я не знаком с законом об искателях. Как-то не довелось его изучить. Ведь меня собирали на миссию в такие сжатые сроки, что даже не удосужились ознакомить с основополагающим документом. Мать Алия, тебе известен текст закона об искателях? — я посмотрел на покрасневшую от гнева Алию.

— Нет. До меня не доносили текст данного закона, — в голосе девушки слышалась неприкрытая злость. Она готова была взорваться и лично разорвать полковника тайной канцелярии, но пока сдерживалась.

— Очень жаль. Полковник, прошу отметить — я не отказываюсь от досмотра, но прежде, чем вы к нему приступите, потрудитесь исправить одно небольшое недоразумение и предоставьте, пожалуйста, полный текст закона для изучения. Понимаете, запросто может оказаться так, что в тексте сказано, что как искатель я не имею права под страхом смертной казни предъявлять найденные предметы кому-бы то ни было. Даже императору. Мать Алия, как думаете, может быть в законе такой пункт?

— Вполне возможно, ничего нельзя исключать, — умная девочка, кажется, поняла, что я делаю и включилась в игру. — Мой подопечный прав. Отец Двар, очень хорошо, что вы проходили мимо. Прошу засвидетельствовать — мой подопечный не отказывается от прохождения унизительной процедуры досмотра, но прежде хочет убедиться, что таким образом он не нарушит каких-либо пунктов данного закона, что могут негативно сказаться на его дальнейшей карьере.

— Как я уже сказал, присутствующий здесь ректор магической академии может подтвердить мои полномочия и право на досмотр, — начал было Слован Усминский, на что Алия только усмехнулась:

— Специфика работы охотника на тёмных заключается в том, что ему нельзя никому верить, кроме своей личной служительницы. Присутствующий здесь отец Двар может подтвердить мои слова. Видите — одно слово против другого. Нет, полковник, так не пойдёт. Если вы желаете досмотреть вещи охотника на тёмных, вам придётся предоставить закон об искателях, чтобы мы убедились в том, что не нарушим таким образом ни одного из его пунктов. Заодно посмотрим, действительно ли все найденные предметы принадлежат империи?

— Я сейчас же отправлю гонца в Турб, — Слован Усминский явно умел держать удар. Полковник уже придумал способ, как выполнить возложенное на него поручение, как неожиданно слово взял Кималь Саренто.

— Не нужно никого никуда отправлять, полковник, — ректор вздохнул, закопался в своей сумке и вытащил небольшую книгу. — Нас сорвали сюда ни свет, ни заря, так что нормально подготовится у меня времени не было. Вот, схватил