Рыцарь или трус - Саша Мэри Миллер

Мастер Лорган не удивился, когда Оберн появился у него на пороге и попросил снадобья.

— О да, — сказал он. — Очень хорошо, когда столько народу заботится о том, чтобы она получила свое лекарство. Как ваша супруга?

— Намного лучше, — ответил Оберн.

— Пусть так и будет, когда я в другой раз приду посмотреть ее. Сейчас я очень занят, но через семь дней непременно загляну.

— Мы будем очень вам рады. — «К тому времени Ясенка действительно начнет быстро поправляться», — решил Оберн.

Он не хотел думать о том, как неожиданное выздоровление Ясенки объяснят королю. Но у него в голове начала зарождаться некая идея.

Ясенка взяла кубок и осушила его.

— Странно, совсем не так горько, как раньше. Мастер Лорган, наверное, примешал сюда более свежих листьев.

— Или просто вымыл ступку и пестик, — зловредно заметил Рохан. — В Новом Волде Дагдья истолчет, бывает, какую-нибудь горькую дрянь и забудет. А потом начнет прямо там же толочь сахар, который в мою кашу добавляет. Женщины все время жаловались, да и я тоже.

Ясенка хихикнула.

— Ну, тебя трудно в этом винить, — сказала она и посмотрела на Оберна. — Может, уедем из замка на время? Я так давно не бывала на свежем воздухе.

План, созревавший в голове у Оберна с тех пор, как он сумел обуздать свой гнев, нуждался лишь в предлоге. Он рассмотрел его со всех сторон и знал, что он сработает.

Или должен сработать. И если в результате ему придется поплатиться жизнью, то ради Ясенки он готов был и на это. Как только он покончит со злобным молодым королем, Ясенке ничто больше не будет угрожать. Если все пойдет как надо, то он сделает это уже сегодня. В предвкушении события Оберн оделся как можно наряднее — в темно-зеленый дублет, который надевал на свадьбу, белую рубашку с кружевами и прикрепил на шляпу золотую брошь в виде кораблика.

— Сегодня тебе придется лишь посидеть у окна, госпожа моя, — сказал он. — Нынче тебя должен навестить мастер Лорган. Я послал ему напоминание. И если он скажет, что можно, — завтра отправимся на прогулку. Это я тебе обещаю.

— А мне можно будет с вами? — спросил Рохан, умоляюще глядя на отца.

— Конечно. А пока пойди разыщи Латрома и скажи, что я разрешил тебе покататься верхом за городом. Развлекись — ты долго в четырех стенах просидел.

Рохан взвизгнул от радости и стремглав понесся к дверям, забыв как следует откланяться. Оберн хотел было окликнуть его, но Ясенка остановила мужа.

— Он еще ребенок, — сказала она с улыбкой. — Пусть его. Не надо на него сердиться.

Оберн поймал ее руку и поцеловал.

— Я схожу, велю ему взять плащ на случай, если дождь пойдет.

Покинув комнаты, из которых уже начал уходить запах болезни и лекарств, Оберн сразу же направился в Большой Зал. Он знал, что Латром присмотрит за Роханом, и понимал, что раз решился, то надо идти до конца. Ясенка и Рохан сейчас в безопасности и не помешают ему, стало быть, лучшего времени не найти.

Подойдя к большим дверям, неплотно закрытым, он услышал изнутри лязг оружия. Хорошо. Занятия под руководством мастера Седерна в разгаре.

Он открыл дверь и вошел. Мастер расставил учеников по парам и теперь ходил, поправляя кому стойку, кому положение ног. Флориан заметил Оберна и поднял руку в знак приветствия.

— Привет, братец! — сказал он. Гнусоватый выговор снова заставил Оберна подумать о капризном ребенке. — Как ваша жена?

— Плохо, ваше величество, — сказал Оберн, как можно естественнее изображая печаль. — Похоже, она скоро умрет. Я пришел сюда развеяться, если только такое возможно.

— Да пожалуйста! Хочешь с кем-нибудь помериться на мечах?

— Наверное. Но я давно не упражнялся. Вряд ли я могу просить кого-нибудь из ваших друзей уделить мне внимание.

Флориан рассмеялся или, вернее, издал короткий лающий звук. Оберн мог и не упоминать о болезненном состоянии Ясенки.

— Говорят, Морские Бродяги рождаются с мечом в руке. Ты скромничаешь.

— Куда мне до вас, ваше величество. Говорят, вы — лучший боец в Ренделе.

Это было неприкрытой ложью, но Оберн уже научился скрывать истинные чувства за время жизни в столице. Он затаил дыхание, поскольку все зависело от следующих слов короля… и осторожно погладил рукоять Ринбеллова меча — как близкий родич монарха, он имел право носить оружие в присутствии короля.

— Да, у меня дело хорошо идет, — сказал Флориан. — Но мне хотелось бы испытать свое умение с тем, кто не каждый день торчит при дворе. С тем, кому нечего терять и кто не станет мне поддаваться. С кем-нибудь вроде тебя. Не составишь ли мне компанию, братец? Этакий официальный поединок? Кто первый нанесет три удара — тот и выиграл.

Оберн не смог сдержать улыбки.

— Это и правда развлечет меня, ваше величество. Но мы с вами не готовы к официальному поединку.

— Да ладно, ты же при мече. Снимай плащ, надевай маску и колет. Найди себе по мерке, а я пойду и оденусь так же, чтобы прилично было при всем дворе биться. К тому же мой любимый меч у меня в покоях, я не хочу портить его в каждодневных упражнениях. Ну, начнем, когда я вернусь?

— Идет, ваше величество. По рукам?

— По рукам.

Оберн плюнул в ладонь и протянул руку королю. После секундного замешательства Флориан пожал ее. Сделка была заключена. Король приказал расстелить ковер, принести помосты для зрителей и разнести по замку весть, что Флориан Ренделский и Оберн Морской Бродяга намерены сразиться на мечах, дабы выяснить, кто из них искуснее, — и все, кто пожелает видеть сие состязание, вольны прийти и посмотреть.

Флориан ворвался к себе, едва не на крыльях от радости. Не только его до смерти надоевшая сестрица, того и гляди, подохнет, так подвернулась еще и возможность отделаться от деверя! Флориан был уверен, что, овдовев, этот тип создаст ему не меньше неприятностей, чем сестрица.

Король быстро сбросил пропитанный потом камзол для учебных боев и надел свежую рубашку и темно-красные штаны — цвет Дома Дуба. Оберн очень эффектно смотрелся в темно-зеленом, и король не хотел уступать ему. Он быстро вымыл лицо и руки и наспех причесался.

Выбрал чистый колет, который еще ни разу не надевал. Сшит он был так, что казалось, будто у короля на груди бугрятся мышцы. Флориану это казалось весьма привлекательным, так что он уже с полдюжины таких износил. Этот колет защищал гораздо лучше, чем было бы нужно сегодня, но все равно ведь им придется сражаться на боевых мечах — без тонкого защитного слоя свинца на лезвиях, так что кое-какая опасность существовала, пусть и небольшая. Король пристегнул к поясу длинный кинжал — парное оружие для предстоящего боя. Затем достал из ножен меч с украшенной драгоценными камнями рукоятью.