Лучшая бабушка. Империя Железной леди - Арина Теплова

Наконец, он выпрямился и, заглядывая мне в глаза, проникновенно произнес:

— Так долго я не делал этого. Почти позабыл, какая у тебя нежная кожа.

От этих слов я немного растерялась.

Неужели Нина запрещала Баскакову целовать ей руку? Отчего? И как долго? Действительно, вчера он ни разу этого не делал. А ведь в это время было принято целовать руку женщине.

— Возможно мы снова сможем стать друзьями, Нина, как и прежде?

— Да. Почему бы и нет.

Кивнула я, не понимая, отчего Нина разорвала эту дружбу. Ведь было видно, что Баскаков ей точно не враг. Я же хотела, чтобы наши отношения стали не просто дружескими, а переросли в нечто большее.

Владимир некоторое время смотрел на меня долгим, пронзительным взглядом.

— И всё же, что-то произошло. Да, Нина? Ты стала другой. Ты простила меня наконец? Ты смогла?

За что простила? Меня так и подмывало спросить.

Глава 36.

За что простила? Меня так и подмывало спросить, но этот вопрос прозвучал бы глупо. Прежняя Нина знала обо всем, а я — нет.

Поэтому я только кивнула:

— Да.

— Благодарю. Я так ждал этого. Знал, что твоё сердце когда-нибудь смягчится.

Отчего-то я подумала, что между Баскаковым и Ниной когда-то давно произошла некая история, после которой они рассорились. Оттого она не только держала его на расстоянии, но и даже руку не позволяла целовать.

Что опять за очередные тайны мадридского двора? Надо будет как-нибудь узнать, какие претензии Нина имела к Баскакову. Не зря же она на него сердилась, и, похоже, долгое время. Может, он всё же не так идеален, как мне показалось ещё вчера?

Так и распирало узнать, в чём же он накосячил в прошлом.

— Давай уже займёмся нашими делами. Владимир. Я вот думаю, возможно ли забрать все наворованные деньги у Антона? Возможно, это бы помогло нам.

— Можно попробовать наложить арест на его счета в банке, но вряд ли там много денег. Они все вложены в его балерину-кокотку. Драгоценности, наряды, особняки на её имя. А дары, как ты понимаешь, не отнять.

— Даже через суд? Доказать, что куплено на его, а то есть на мои деньги?

— Конечно и это можно, Нина. Но на судебное разбирательство могут уйти годы. А чтобы спасти твои финансы и репутацию от банкротства, нужны деньги сейчас.

Я тяжко вздохнула.

— Ты вчера говорил, что мой муж, точнее Михаил, жаждет купить гостиницу. Всё же я думаю, лучше её продать.

— Умное решение, Нина. Тогда я начну с ним переговоры. Постараюсь выторговать у Михаила Андреевича лучшую цену для покупки.

Мы говорили долго, несколько часов, обсуждая, что и как лучше сделать, как поступить с тем или иным имуществом. Неликвиды, которые только приходилось содержать и которые не приносили прибыли, решили продавать: типа загородной усадьбы под Москвой и каких-то складов на южной окраине столицы. И зачем Нине были эти склады? Непонятно.

Мы выискивали, откуда можно взять чистые деньги от продажи, чтобы набрать достойную сумму и вложить их в какое-то прибыльное дело, которое бы приносило ощутимый доход.

Как я и ожидала услышать, всё это Нине предлагал Баскаков и раньше, но она не хотела вмешиваться в дела. Как я поняла, сначала Нина во всём доверяла своему отцу, который вёл дела, потом первому мужу, а теперь сыну и второму мужу. И если первые два заботились о благосостоянии семьи, то последние два только воровали и пускали деньги на ветер и балерин.

Я сидела рядом с Владимиром за столом, и его близость немного смущала. Его парфюм, и какой-то приятный мужской запах — гвоздики и можжевельника — нервировал меня, вызывая странные желания придвинуться к нему поближе.

И это пугало. Я же всё же не девочка так реагировать на мужчину. Поэтому старалась смотреть на документы, которые он мне показывал, и не смела смотреть ему в лицо.

— Ты уже думала, куда вложить деньги? — спросил меня Баскаков в какой-то момент.

— Я даже не знаю. Но у меня есть одна идея.

— Говори.

— А что, если вложить деньги в… — я чуть замялась и всё же взглянула в его глаза и выдохнула: — В автомобили.

— Автомобили?

— Ну да. Смотри, они стоят от пяти до двадцати тысяч рублей. Довольно прибыльный бизне…. дело.

— Не знаю даже, — растерянно протянул Владимир. — Но мне кажется, это слишком рискованно. Во-первых, для этого надо будет обустраивать целый завод по сбору автомобилей, нужны запчасти, колеса, механизмы и прочее. Всё это трудно пока найти у нас в империи. А поставлять из Европы слишком дорого. Во-вторых, нужны специалисты, конструкторы, механики и инженеры, которые бы умели создавать технические схемы и вообще собирать этот самый автомобиль. У нас нет таких специалистов. А иностранные компании вряд ли поделятся своими сотрудниками. И представь, какая будет себестоимость нашего автомобиля? Точно не десять тысяч. А в разы больше. Никто такой «золотой» автомобиль покупать не будет.

— Пожалуйста, Владимир, только не отвергай на корню мою идею. Она мне так нравится.

— Нина, не обижайся. Но я реалист и прагматик, а не мечтатель с воздушными замками. Сразу говорю: это скорее провальное дело, чем прибыльное. К тому же, нужен изобретатель, который бы смог сотворить новый автомобиль. Я таких у нас не видел. Даже на ярмарке в Москве, откуда я вчера приехал. Были, правда, несколько любопытных изобретений, типа самодвижущиеся велосипедов и всё.

— И тогда куда ты предлагаешь вложить деньги? — кисло спросила я.

— Сейчас очень хорошо идёт сахарная промышленность. Или шоколад в моде, с каждым годом прибыль в этих секторах продовольствия растёт. А ещё концессии на железные дороги. Тоже очень любопытная вещь и быстро развивающаяся отрасль.

Он говорил что-то ещё. Но перед моими глазами стоял автомобиль. Эта идея вдруг стала моей мечтой. Я хотела воплотить её в жизнь. Видя, что я слушаю его вполуха, он все понял и опять начал объяснять:

— Наши русские автомобили — это утопия, Нина. Может, когда-нибудь они и появятся. Но пока в империи нет ничего для этого. Даже дорог нет. Понимаешь? Выйди за пределы столицы — там грязь и бездорожье, любой автомобиль увязнет. Только гужевой транспорт может преодолеть всё это. Ну и железные дороги. За ними будущее. А автомобили — баловство.

Когда к