Лучшая бабушка. Империя Железной леди - Арина Теплова

Я подошла к ней и, наверное, несколько минут стояла молча рядом, не зная, как поступить. Но уговаривать её вернуться в церковь было самым глупым, что я могла сделать в данной ситуации. Она явно страдала и Феликса не любила. Иначе бы сейчас стояла у аналоя с радостными глазами. А теперь...

Теперь, конечно, опозорились мы по полной. И заказанный в ресторане «Дюссо» банкет на триста человек, и свадебный оркестр, и украшения в нашем саду для гуляний — всё напрасно. И куча денег на ветер.

Я вздохнула. Конечно, Аня могла и раньше отменить всё, но, видимо, до последнего не могла решить, что ей делать.

Меня окликнул Владимир, который спустился за нами на паперть.

— Нина, что с венчанием?

— Ничего, — ответила я мрачно, подходя к нему. — Ты же видишь. Невеста выходить замуж не хочет. Можешь объявить это гостям и жениху. Пожалуйста решите это без меня. Извинись, конечно, перед всеми.

В этот момент на лестнице появился Пётр под руку с Клавдией. Увидев мой тревожный пронзительный взгляд, Ростопчин быстро спустился ко мне.

— Я нужен, Нина Георгиевна? — спросил он напряженно.

— Не хочешь поговорить с ней? — тихо прошептала я ему, указывая головой на склоненную головку Ани, так и сидящей на подножке автомобиля.

— Я не мальчик, чтобы без конца бегать за ней, — ответил Петр мрачно, сжав кулак.

— Ясно, — сухо ответила я, больше не желая говорить с ним.

Итак все понятно. Он сейчас был обижен на Аню, и притом сильно, а она опозорилась перед всеми гостями.

Я быстро подошла к своей «Нинель» и строго велела Ане:

— Садись в машину!

Дочь подняла на меня голову и тут же залезла на сиденье рядом со мной.

Я завела автомобиль и надавила на газ, мы вихрем понеслись прочь от церкви.

— Матушка, прости меня. Я тебя опозорила, — всхлипывала Аня со своего места.

— Перестань, — отмахнулась я, выворачивая уже на мостовую. — Лучше передумать сейчас, пока не поздно, чем потом всю жизнь мучиться, понимая, что совершила ошибку.

— Спасибо, что все понимаете.

— Ну все, прекращай плакать. Едем домой.

Что будет далее, я даже боялась загадывать. Позора не избежать, сплетни поползут по Петербургу. Но что уж теперь. Переживем. Все же лучше так, чем сломать жизнь дочери.

Я надеялась, что Владимир и мой сын успокоят гостей, пришедших на венчание, и все им объяснят. Надо было еще решить что-то с заказанным пиршеством в ресторане на триста человек. Наверное, придется послать Клавдию с Ростопчиным урегулировать этот вопрос. Возможно, удастся часть готовой еды забрать домой, а остальное, конечно, надо будет отвезти в благотворительные столовые. Деньги пропали, но зато накормим обездоленных.

Всю дорогу Аня молчала, и только при подъезде к дому тихо заявила, что только в церкви поняла, что Феликс совсем не вызывает у нее любовных чувств. Как представила себе брачную ночь с ним, так сразу же осознала, что не сможет жить с ним как полноценная жена.

— А раньше ты не думала, что надо будет исполнять супружеский долг? — спросила я Аню.

— Думала. Вчера на прогулке Феликс впервые поцеловал меня, а я ничего не почувствовала, матушка. Мне было противно даже, и я хотела, чтобы он прекратил. А сегодня в церкви, когда встала напротив него, посмотрела в глаза и вспомнила вчерашний поцелуй. Затем твои слова вспомнила, матушка. И все поняла. Все наконец сложилось в моей голове.

В ответ я только вздохнула.

Домой мы вернулись с дочерью через час. И там меня ждал еще один неприятный «сюрприз».

Дворецкий удивился нашему внезапному возвращению и тут же доложил:

— Нина Григорьевна, вас уже час дожидается одна молодая дама. Я ей сказал, что у нас свадьба и вы не сможете принять ее, но она заявила, что никуда не уйдет, пока не поговорит с вами.

— Похоже, настырная.

— Да, Нина Георгиевна. Я проводил ее в гостиную.

— Как ее имя? Кто такая? — спросила я, отдавая перчатки и сумочку Рите, подошедшей к нам.

— Она не сказала. Но заявила, что дело у нее срочное и важное.

— Хорошо. Я поняла.

Я быстро прошла в гостиную и увидела молодую женщину лет тридцати в застиранном зеленом платье и простой шляпке.

— Здравствуйте, что вам угодно?

— Я Мария Литвинова, — ответила дама. — Я жена вашего покойного сына и мать Людочки. И я пришла забрать свою дочь!

♥♥♥КОНЕЦ♥♥♥