Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

твоего брата — Водяной самодур, и тебе это тоже известно. Сколько раз я шёл против правил, сколько волн вздымалось по моему приказу, если не тысяча, то восемь сотен уж точно наберётся. На Небесах и под ними — повсюду я нажил врагов. Если я умру, будет не столь ужасно. Моя смерть разрешит все проблемы, они тебя не коснутся. Но если я останусь жив и при этом лишусь всего, тогда-то меня и ждёт жизнь, что хуже смерти. Потеряв статус водного божества, я никак не смогу о тебе позаботиться, даже о себе не смогу. И тогда, боюсь, не пройдёт и пары дней, и нас с тобой… Возьми!

Ши Цинсюань чуть не плакал от страха, срывающимся голосом он закричал:

— Нет! Нет, нет, нет, нет, брат, я правда не смогу! Не заставляй меня, не впихивай мне этот тесак!!! Спасите, спасите, спасите!!!

В такой момент он вдруг принялся изо всех сил звать на помощь, срывая голос.

Ши Уду воскликнул:

— Не волнуйся! Не надо бояться, Цинсюань, это не так больно, как поменяться судьбой и лишиться магических сил…

Хэ Сюань терпеливо наблюдал до этого момента, но тут вдруг отвесил Ши Уду пинок. Тот, совершенно не готовый к этому, прокатился по полу, истекая кровью изо рта, и замер, будто не мог больше подняться.

Ши Цинсюань, прикованный к стене, завопил:

— Брат!

Хэ Сюань со злостью прошипел:

— Закрой рот! Довольно показывать мне это тошнотворное представление о ваших братских чувствах, оно здесь никого не растрогает!

Внезапно Ши Уду, выплюнув полный рот крови, перевернулся и одним прыжком оказался возле Ши Цинсюаня, схватив того за горло. Се Ляня обуяло потрясение, он почувствовал, как не хватает дыхания, как кровь приливает к лицу мощным потоком.

Ши Цинсюань с трудом проговорил:

— Брат?..

Ши Уду, сжимая зубы, сквозь которые сочилась кровь, ответил:

— Цинсюань! Я не смогу уйти спокойно, зная, что ты в таком положении! Если я умру, ты тоже наверняка не выживешь в этом мире. Лучше уйдём вместе!

Он вдруг сильнее сжал пальцы, и перед глазами у Ши Цинсюаня потемнело, а из горла вырвался сдавленный стон, словно он лежал на смертном одре.

Се Лянь потрясённо подумал: «Неужели Повелитель Вод и впрямь задушит Повелителя Ветров?!»

Но вскоре руки на его горле вновь ослабли, внутрь ринулась волна воздуха, и Ши Цинсюань зашёлся кашлем, насилу отдышавшись. Теперь перед ним стоял Хэ Сюань. Он разом оторвал Ши Уду обе руки в районе предплечий, которыми тот только что сжимал горло брата.

Раздался его холодный голос:

— Разве я давал тебе третий путь?

Обе руки Ши Уду были оторваны, кровь хлестала как из фонтана, и всё же он громко расхохотался. Хэ Сюань бросил его руки на пол, словно какой-то мусор, и спросил:

— Над чем ты смеёшься?

Ши Уду встряхнул пустыми, промокшими от крови рукавами.

— Я смеюсь над тобой! Думаешь, одержал верх?! Тебе кажется, что месть, свершённая спустя столько лет, проведённых в тени, принесёт тебе радость?

Хэ Сюань ответил ему:

— Видеть тебя на последнем издыхании действительно приносит немалую радость!

— Правда? Тогда я скажу тебе, что и мне весьма отрадно! — Обрубками, из которых фонтаном лилась кровь, он «схватил» Хэ Сюаня за ворот. — Потому что я вижу, как ты сейчас разгневан, как ты страдаешь, как ненавидишь — ненавидишь так, что едва не стираешь зубы в крошево, но тебе всё равно уже не вернуть своих близких, ты всё равно остаёшься тем же демоном из сточной канавы, и как ни топай ногами, толку от этого не будет, потому что они давным-давно мертвы, каждый из них! А я и мой брат прожили так долго, столько лет занимали посты небесных чиновников! И пускай теперь всё кончено, как и наша жизнь, он остался в выигрыше, и я всё-таки победил! Разве мне сейчас не радостнее, чем тебе? Ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Пока Хэ Сюань слушал эти речи, его бледное лицо постепенно менялось, словно в мёрзлой пустоши разгоралось демоническое пламя. Атмосфера в помещении, где они находились, кажется, даже сделалась намного холоднее.

Ши Цинсюань, не в силах пошевелиться от ужаса, хрипло проговорил:

— Брат, перестань, перестань, пожалуйста! Брат, во имя Небес, что ты такое говоришь?.. Что за чушь ты несёшь…

Хэ Сюань резким движением схватил Ши Уду за шею.

— Ты… нисколько не раскаиваешься!

Ши Уду разобрало безумным смехом.

— Раскаиваюсь? Пфф! Сейчас умру от смеха! И не совестно тебе, Хозяину чёрных вод, непревзойдённому Князю Демонов, говорить со мной о раскаянии? Я скажу тебе, такого не бывает на свете!

Ши Цинсюань издал крик ужаса, но Ши Уду лишь выше вскинул голову.

— Всего, что у меня было, я добился в борьбе. То, чего я не имел, за то боролся сам; судьбу, что не была предначертана, я менял сам! Моя судьба зависит от меня, а не от Небес!

Се Лянь впервые слышал подобное объяснение фразы «моя судьба зависит от меня, а не от Небес», и даже сквозь накатывающие волны страха ощутил немалое удивление. Хэ Сюань тем временем тоже расхохотался, будто те уверенность и бесстрашие, а также смертельное нежелание признавать ошибку, что звучали в речах Ши Уду, буквально открыли ему глаза. Его лицо становилось всё более устрашающим.

Ши Цинсюань на грани срыва заговорил:

— Брат… Умоляю тебя, умоляю, хватит говорить, пожалуйста, скорее замолчи. Спасите!..

Заносчивое выражение на лице Ши Уду не померкло ни на миг.

— Цинсюань, брат уйдёт первым и будет ждать тебя внизу. Ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Не дожидаясь, пока он договорит, Хэ Сюань положил ладонь на голову Ши Уду и схватил за волосы. Ши Цинсюань, у которого душа была готова вылететь из тела, звенел железными цепями о стену и кричал:

— Мин-сюн! Мин-сюн! Прости, прости-прости-прости-прости-прости! Это всё моя вина, это я виноват! Мой брат поступил так лишь из-за меня! Он сошёл с ума, он сошёл с ума! Ты разве не видишь?! Я… я… ты… ты…

Ши Цинсюань хотел бы молить его о милосердии, но мольбы никак не сходили с языка, получалось лишь взглядом бить земные поклоны. Хэ Сюань посмотрел на него, и вдруг, будто его посетило какое-то смутное воспоминание — движения, чуть затронутые спокойствием, застыли.

При виде этого Ши Цинсюань, словно схватился за последнюю нить надежды, с облегчением выдохнул, и слёзы наконец покатились из его глаз. Но ни одна так и не успела разбиться о пол.

Раздался холодный, бессердечный голос Хэ Сюаня:

— Ты не к тому обратился.

В следующий миг он резким движением руки оторвал голову Ши Уду