Элирм VIII - Владимир Посмыгаев

— Мразь… гребаная ты мразь… — колени и кисти Кэрту мелко дрожали. Не от страха — от тонны адреналина, впрыснутого в кровь. — Клянусь Пантеоном, я прикончу тебя как бродячую псину… Утоплю в крови не только тебя, но и весь твой гнилой род…

— Вижу, твои войска по-прежнему здесь, — флегматично зевнул эльф. — Стало быть, мы продолжаем.

Солдаты Доминиона вытолкнули вперед Флина.

Перепуганного гнома, при взгляде на которого Аполло снова почувствовал, как все внутри него болезненно сжалось.

Впрочем, не только у него. Я тоже был знаком с Флином. Виделся и общался несколько раз. Более того, ощущал львиную долю ответственности за происходящее прямо сейчас. Ведь именно с моей подачи дворф повел солдат на войну, оказавшись в итоге там, где он есть.

Наблюдая со стороны, мы с Эстиром пытались взломать защиту. Применяли различные заклинания, шаман генерировал тотемы с абсолютно несвойственным ему уровнем концентрации, но все было тщетно — божественный артефакт оказался сильнее чего бы то ни было.

Возможно, мегалодон был в состоянии помочь — мог протянуть бедолаге спасательный круг, уничтожив барьер. Но Диедарнис бездействовал. Оставался глух ко всему, что происходило вне его интересов.

— Это всего лишь секретарь, — брезгливо отмахнулся глава Меридиана. — Пользы от его убийства тебе никакой.

— Да неужели? Думаешь, я не в курсе, что из всех присутствующих он твой лучший и, не побоюсь этого слова, единственный друг? — Эрдамон довольно оскалился, как если бы услышал превосходную шутку. — Разумеется, формат ваших взаимоотношений весьма необычен. Ты без конца его третируешь, увольняешь по пять раз на дню и никогда не признаешься, что он тебе дорог, но так и есть. Именно он все это время был с тобой рядом и всегда поддерживал. А значит, смерть этого низушка принесет тебе особую боль. Что, несомненно, будет только началом. Твоим наказанием за глупость и дерзость!

— Тронешь его, и я тебя, сына пятидесяти отцов, не просто обнулю! Я тебе рожу обоссу и хер об мантию вытру!

— Закрой свою поганую пасть, чертов выскочка! — Белар переменился в лице, демонстрируя всю серьезность намерений. — У тебя ровно три секунды на то, чтобы приказать офицерам отвести войска и оставить нас с Вергилием наедине. И раз…

Аполло грозно нахмурился, но с места не сдвинулся.

— Два…

— Выкуси, старая гнида.

— Три…

— Ладно, сучье вымя… ЛАДНО! — вдруг проорал дворф. — Мы отойдем!

Секретарь облегченно выдохнул, а «панк», тем временем, повернулся к нам.

— Простите, парни, но я не могу. Это была славная битва, но боюсь, что дальше вам придется одним.

Я молча кивнул.

Разумеется, подобный маневр качественно все усложнит, но злости не было. Умом я понимал, что ради Германа и остальных сделал бы то же самое.

— Что и следовало доказать, — усмехнулся Эрдамон. — Глупый, эгоистичный слабак. Готов подставить союзников ради того, кто так или иначе скоро подохнет.

— Вели солдатам отпустить Флина и отойти на полсотни шагов. Мой отряд «пятисотенных» заберет его сразу же, как барьер исчезнет.

— А знаешь, пожалуй, нет. Я не стану этого делать.

— Что значит не станешь⁈ — глава Меридиана покраснел от гнева. — Ты сказал, чтобы я отвел войска! Я согласился! Так чего еще тебе от меня надо?

— Ты опоздал, — холодно отчеканил эльф. — Я давал тебе время. Драгоценные секунды, которые ты только что потратил впустую. Твоя армия не сдвинулась ни на метр, и я более не намерен заключать с тобой сделку. Твой друг умрет.

Не без труда, но Белар выпрямился в полный рост. В его глазах вспыхнула жгучая ненависть, и все присутствующие неожиданно поняли: он просто издевается. Глумится и унижает врага тем же способом, как это делал Диедарнис во время испытания.

— Ясно, — Аполло вновь подошел вплотную к барьеру. — Так чего же ты хочешь на самом деле? А? Хочешь кланхол? Забирай. Забирай его, забирай острова, забирай прииски! Только не трогай Флина!

— Мне плевать на твои острова и жалкие прииски. Однако ты прав, есть кое-что. Я хочу, чтобы вся твоя гордость была уничтожена, — поддерживаемый телохранителями под руки, Эрдамон вышел вперед. — Желаешь спасти его? Тогда на колени.

— Чего⁈ — «панк» обомлел от столь неслыханной наглости. — Ты совсем из ума выжил, старый ублюдок⁈ Твоя армия окружена, оставшиеся в живых солдаты вот-вот сдохнут, и ты еще смеешь мне ставить условия⁈

— Либо ты встанешь передо мной на колени, либо твой секретарь умрет. Третьего не дано.

— Ты явно не в себе! И ты чертов идиот, если думаешь, что я когда-либо на это пойду!

— А почему нет? — вдруг рассмеялся Эрдамон. — Участники рейда видели, как титан издевался надо мной. Заставил унижаться, чтобы спасти сына. Так и что мешает тебе это сделать? Разве твоя гордыня стоит дороже жизни лучшего друга?

— Это какой-то бред…

— Я ведь даже не прошу передо мной извиняться. Просто встань на колени, и обещаю: Флин покинет это место в целости и сохранности. У тебя тридцать секунд. Время пошло.

Гигантское окровавленное поле битвы вновь погрузилось в звенящую тишину.

Часы на поясе Белара тикали. Солдаты нервно переглядывались и скрипели доспехами. А Аполло всю дорогу метался в своих мыслях словно раненый зверь.

Он чувствовал подвох. Знал, что остроухий подонок играется с ним, однако выхода из сложившейся ситуации просто не видел — ему придется это сделать. Хотя бы потому, что в противном случае он останется абсолютно один. Потеряет единственного, кто по-настоящему был ему дорог.

— Мать твою… — в конечном итоге прошептал он. — Хорошо. Будь по-твоему.

— Господин Аполло, я запрещаю вам это делать! — неожиданно послышался голос Флина.

Тысячи пар глаз метнулись в его сторону и подобно мячикам для пинг-понга тотчас же отскочили обратно в главу клана, выглядящего мрачнее тучи.

— Проклятье, ну вот и кто просил тебя вмешиваться, гадкая ты сварливая морда…

Подняв глаза выше, глава Меридиана посмотрел на друга.

— Зачем? Скажи, зачем?

— А разве вы не поняли? — печально улыбнулся тот. — Эрдамон Белар все равно меня убьет. Он просто тянет время. Ждет, когда воскреснут те, кого Диедарнис убил в самом начале.

Услышав последнюю фразу, «панк» крепко зажмурился, как если бы пережил мучительную вспышку головной боли. Он понимал, что гном прав. Но в то же время испытывал смешанные чувства. До тех пор, пока секретарь не произнес это вслух, ему казалось, что пускай и мизерные, но шансы на спасение есть. Надо лишь их не «спугнуть». Убедить самого себя и искренне верить, что все обойдется.

Однако теперь все разрушилось словно карточный домик.

Старый эльф отнюдь не