Время Удачи - Дмитрий Романов

— Кого там к дьяволу принесло⁈ Пошел вон!

Стук повторился вновь. Все такой же уверенный и громкий.

Ну, суки! Такой момент испортили! За последний год в эту дверь стучали лишь единожды, но, зная суровый нрав хозяина, стучали аккуратно. Труба тогда протекла, а…

Стук раздался еще раз.

Мужчина сунул револьвер во внутренний карман пиджака и тяжелой походкой отправился к двери. Кто бы там ни был — он пожалеет!

Двое. Распахнутая дверь явила двоих подростков. Уже готовясь обрушить на нежеланных гостей поток брани, он замер и прищурился. А ведь эти лица смутно знакомы — мелькали недавно на периферии зрения. Опыт никуда не пропал за годы пьянства.

Это они следили за ним!

— Добрый день, Николай Егорович. — с вежливой улыбкой поприветствовал худощавый белобрысый мальчишка. — Меня зовут Андрей Михайлович Орлов — последний из рода Орловых и я являюсь графом по праву рождения. У нас к вам крайне важное дело. Позволите войти или у вас нет секретов от соседей?

Ефимов посторонился, но насторожился. Когда что-то идет не так, то оно не всегда к добру, даже если только что собирался вышибить себе мозги. Или…

Да что с ним такое⁈ Из-за чего он расстраивается? Из-за того, что мозги себе выбить не успел?

Настроение упало совсем уж в никуда.

Пацан по-хозяйски расположился за столом, а девчонка приткнулась рядом. Оба с любопытством смотрели на него, а хозяин квартиры почувствовал себя идиотом — за столом стояло всего два стула и оба заняты гостями. Если сесть на потрепанный и провалившийся диван, то эти двое будут глядеть на него сверху вниз. Не пойдет!

Мужчина запер дверь и прислонился плечом к стене.

— Ну?

— Николай Егорович, я представляю интересы группы детей от шести до пятнадцати лет. Беспризорники с Заводского района. Мы открываем частный детский дом и нам нужен директор. — блондинистый парень спрятал улыбку. — В обязанности директора будет входить легализация самого детдома, наша легализация, подготовка по общим дисциплинам и специальным дисциплинам. Я имею в виду боевые навыки и навыки организации специальных операций. Ну и всякое другое.

— Долго речь учил? — в Ефимове проснулся интерес.

Кто-то решил поиграть с ним? Кто может действовать столь нелепо? Врагов хватало, но они выбрали не то время, не тех исполнителей и не ту жертву. Того, кто все для себя решил, злить опасно. Терять-то уже нечего.

— Он не верит! — с восторгом воскликнула девчонка. — Плакса, я прям почувствовала — не верит!

— Вижу. Прошу меня простить, Николай Егорович — забыл вас представить. Моя спутница — Евгения Альбертовна Боголюбова. Чудесная девушка и по совместительству — Эмпат. — парень о чем-то задумался и уточнил. — Начинающий Эмпат.

— Целый Эмпат у меня в гостях. Надо же. — усмехнулся Ефимов. — А вы, граф?

— Мой первый Дар — Анализ. — ничуть не смутившись ответил белобрысый. — Что-то вроде ускорения сознания и повышения уровня интеллекта. Второй Дар — Сияние. Он позволяет видеть мир иначе и действует только в связке с Анализом. Сияние позволяет видеть мир энергий, аур и многого, с чем я еще не разобрался. Если вы смотрели мультфильмы, то был один персонаж, обладающий Истинным зрением. Не смотрели? Тогда сложно будет объяснить. Настоятельно советую посмотреть.

— Обязательно посмотрю, граф. — настроение офицера стремительно улучшалась. — Как только закончим наш разговор. Сбегаю и куплю телевизор, а то мой, к сожалению, сломался. Ну а бегаю я быстро — домчусь до магазина, как ветер.

Ефимов громко топнул деревянным протезом.

— Бежать в магазин не надо — вы будете проживать в интернате на постоянной основе, а телевизор у нас уже имеется. — парень спрятал улыбку и положил на стол самую обычную папку, которую все время держал в руках. — Здесь записан адрес нашего дома. Также здесь план участка, составленный кадастровым инженером, заключение эксперта по развалинам на участке и другие документы. Земля муниципальная и отведена под объекты спортивного или образовательного назначения. Кадастровая стоимость аренды участка — триста четырнадцать рублей в год с минимальным сроком аренды в десять лет. Первый арендный платеж составит полную годовую сумму и еще столько же уйдет на «правильное» оформление документов. Нам важна скорость, Николай Егорович, а за скорость нужно платить. Пусть будет тысяча на все, но оформлять нужно очень быстро. Участок приводится в порядок прямо сейчас, а дом проходит полное восстановление. Нельзя допустить, чтобы кадастровая стоимость «вдруг» выросла. И да — наш с вами разговор я действительно репетировал.

Поверх папки аккуратно легла тонкая стопка сотенных купюр. Однако Ефимов не спешил приближаться к столу и проверять деньги. Все происходящее ему очень не нравилось и больше всего тем, что он верил словам этого мальчишки. Верил, но не понимал — картинка не складывалась, хотя об этом парне слышать приходилось. Пропажа Вальцовых, надо же…

— Откуда деньги? — мрачно спросил офицер.

— Изъяты вчера у убитой нами шпионки. Скорее всего, вы на днях прочитаете об этом в газетах, но скажу сразу — она бы в любом случае умерла. — Вальцов или Орлов побарабанил пальцами по столу. — Видите ли, Николай Егорович, мой Дар позволяет видеть тех, кто своей смертью может поспособствовать Прорыву кого-то другого. Евгения Альбертовна — яркий пример успешности подхода и смерть шпионки, в первую очередь состоялась ради ее Прорыва, а уже во вторую ради Отечества.

— Отечества… — проворчал Ефимов. — Вот теперь я верю, что вы из старой крови, граф. Именно на таких мелочах вы и прокалываетесь — породу не спрячешь. Дар откуда?

— От Вячеслава Романовича Ставского. К сожалению, главный архитектор Красноярска страдал Туманным синдромом. Он затащил меня в свое гм-м… В свою пыточную камеру с вполне определенными целями, но я выжил. Он нет. Вы не могли не читать об официальной версии произошедшего — негодяи похитили и убили одного из виднейших людей города. На самом деле все было совсем по-другому.

— И вы хотите, чтобы я поверил, что вы сумели справиться с одним из старейших и сильнейших Одаренных Красноярска в его же логове?

— Ты уже веришь, дядь!

— Евгения! Я прошу тебя не забываться и вспомнить, о чем мы договаривались.

— Прошу прощения, Николай Егорович. — без капли раскаяния и с широченной улыбкой заявила девчонка. — Вы внутри верите, а вслух вредничаете!

— И