Все еще десятник - Алекс Бредвик

Дальше пошли подобные доклады по потерям. У нас не было единого командира, так что совещание, а точнее, предоставляемая информация на нём была какой-то спонтанной. Но со временем необходимая база для планирования примерно через час была создана. Были понятны примерные потери, точные в данный момент подсчитывались, были понятны места, где ещё оставался противник, а где его ещё нет. Было уточнено местоположение всех Легионов и тысяч, которые входили в тот или иной Легион. Пришлось уже во время совещания отдавать первые приказы на перемещение, ибо часть тысяч, иногда сотен, была в отрыве от своих Легионов, а это… плохо, команды могли по пути к ним просто потеряться.

После того как стал понятен баланс сил, мы начали думать, что можно сделать с засевшим в городе гарнизоном. Месяцами торчать — не наш вариант. В Афинах, я был уверен, что именно там находятся наши союзники, которым требуется помощь, которых просто необходимо спасти. Когда мир узнает о том, что у нас похищен царь… вот тогда будет настоящая задница. Государство без царя — как тело без головы, ну или её части. Так что… нужен был дерзкий план нападения, но такой, чтобы враг просто не опомнился и не смог уничтожить храм Деметры. Это будет сильный удар как по самой богине, так и по всем верующим.

Но пока мы отложили этот момент, так как сейчас нужно было думать о другом — о защите. Противник в любой момент мог начать штурмовать нас, организовать контрудар. Он мог, мы не сомневались вообще. Поэтому разделили обязанности.

Легионы с первого по пятый занимали оборону «внешнего края», на подступах к Аспропиргосу. Враг там засел более чем основательно. Но самое противное, что между этим городом и Элевсином было не более трёх километров. Благо, все знали, что значит это.

— … поэтому между этими городами нужно создать устойчивую полосу обороны, — заканчивал по этому моменту Мелл. — Осадные орудия с той стороны располагать опасно, а вот различные укрепления — необходимо. Обстрелы и набеги будут систематическими. Возле Аспропиргоса больше наблюдательных пунктов, а внутри лагерей больше укрытий от обстрела. Возможно размещение скорпионов, чтобы уничтожать осадные орудия противников прицельным огнём. Астер… твои бойцы, скорее всего, понадобятся именно там.

— Ну, если будем нужны там, будем, значит, там, — пожал я плечами. — У нас два малых отряда, учти это. Можем разделиться сразу на две точки. Кстати, чья зона?

— Пятый легион, — приподнял руку Диадарх, командир второй тысячи, ибо командир первой тысячи погиб во время последней битвы. Он был вместе со своей тысячей во время битвы, из-за чего не смог прибыть на сбор заместителей… и погиб от случайной стрелы.

— Так, ясно, — кивнул я. — От гор до берега стоят с первого по пятый. А кто прикрывает дорогу, ведущую в Центральную Грецию?

И вот тут словно камень преткновения, просветление… и вновь начали менять планы. Количество Легионов в сторону Афин не поменяли, но у всех остальных легионов отняли по тысяче и направили на северные рубежи будущего фронта. Сами Полисы там были условно нейтральными, но посылали наёмников со своей земли на помощь Афинам. Ну и предоставляли в найм свои флотилии. И это… сказалось на нашем успехе в первые дни.

И вновь посыпались приказы, вновь начались перемещения. Но, благо, вроде как финальные. За трое суток мы должны были полностью подготовиться к возможным действиям со стороны противника и при возможности всё же захватить любыми способами Аспропиргос. Город важен, с его стороны противник может пробить коридор в Элевсин и сломать нам все планы.

Я по большей части задавал лишь уточняющие вопросы, думали те, кому положено было думать — временно исполняющие обязанности Легатов. Вот они уже через два часа после начала совещания выглядели как выжатые лимоны — уставшие, понурые. Усталость копилась, но не только они работали, это и помогало им стоять на ногах.

В конечном итоге я покинул совещание раньше времени, особенно когда началось уточнение различных аспектов по типу дежурств и так далее. Обязанности тысячников с них никто не снимал, так что такая головная боль у них оставалась. А мне же нужно было обрадовать своих да переместиться в сторону дорог между Аспропиргосом и Элевсином. Всего-то пешком пройти примерно километров семь. Пешочком при особом желании можно и за час управиться.

Мои подчинённые сидели буквально на мешках с вещами. Успели в какой-то момент сбегать до нашего прошлого жилища, видимо бегом, а потом вернуться сюда. Я на самом деле удивился их прыти и скорости, но потом вспомнил, что они такие же, как и я… поэтому удивляться, в принципе, было нечему. Ну сбегали и сбегали.

— Куда? — поднял усталый взгляд Палиас, который сегодня израсходовал очень много магической энергии, из-за чего устало и его тело.

— В сторону Аспропиргоса, — ответил спокойно я. — На самый опасный участок. Решили, что будет так же две группы: одна — со стороны внешней линии фронта, а другая — со стороны Элевсина.

— Дерьмо! — пнул клочок земли Алкид. — Вообще отдохнуть не дадут. Плох тот воин, что не может держать меч в своих руках.

— Полностью с тобой согласен, брат мой, — положил я руку на его плечо, подойдя к нему, — но когда у нас такая задница происходит… не до отдыха. Думаю, вы в курсе последних не самых радостных слухов.

— И это бесит ещё больше, — кивнул сын Ареса.

— Так что, ноги в руки и вперёд, — схватил я свою поклажу, после чего медленным шагом обозначил направление.

Спустя буквально минуту рядом со мной тихо и мерно вышагивали остальные. На лицах каждого не было, как бы это сумбурно и глупо ни звучало, лица. Тяжёлые думы поглотили каждого из нас, в груди засело переживание, а ведь нам нужна была твёрдая рука.

И, словно чувствуя это… девушки, не сговариваясь либо сговариваясь мысленно, запели. Какая-то простенькая песня про воина, который ушёл на войну и вернулся победителем. Простенькая, но с грустным мотивом. Ибо вернулся он в дом… пустующий. Его семья была уничтожена противником, которого он уже победил.

И, по сути, смысл её был в том, что мы должны сражаться ещё усерднее, чтобы вот такого не допускать. Чтобы Легионы не отступали, а шли вперёд, не забывали, для кого и ради кого они сражаются. Не за