Игрок, забравшийся на вершину. Том 12 - Дмитрий Владимирович Михалек

лицевые мышцы иногда подёргивалась, но девушка, похоже, не знала об этом, в то время как её руки, заметно вздрагивали, если раздавался какой-то звук. Казалось, Яоми стала параноидальной, пережив то, о чём не расскажешь даже по пьяни.

Сердце Дальтаро сжалось, но одновременно он испытал облегчение, поняв, что дочь ничего не услышала:

― Спасибо, что не стал прислушиваться к моим словам. Я просто даже представить не мог, что ты затронешь эту тему. Яоми сейчас… Она… Не в порядке. Её разум нестабилен, и не стоит лишний раз тревожить её плохими воспоминаниями. Поэтому, кстати, прошу в будущем не акцентировать внимание на её поведении.

Голос мужчины звучал очень беспокойно, из-за чего разбойник, бросив краткий взгляд на девушку, подумал о том, что тут нужен как минимум психотерапевт, а как максимум один хороший знакомый. Речь, разумеется, шла об Ульфмаре, который успел обзавестись прекрасной репутацией, благодаря своим способностям.

― Всегда пожалуйста. Советую отвести её к Ульфмару. Предвещая твой вопрос…

Быстро рассказав Дальтаро о встрече с Дорганом, парень замолчал, давая другу время на обдумывание, но казалось, тому оно не нужно.

Не колеблясь, он тут же собрался сорвать с шеи крохотную ампулу с лекарством, но замер на полпути.

― Знаешь, нам и вправду стоит вернуться в столицу, ― сказал он вслух, а затем, используя [бусы], ответил Ворону: ― Я не могу позволить кому-то ещё страдать так же, как мы с Яоми, поэтому отдам лекарство, но не на глазах у дочери.

― Я всё понимаю.

Вскоре, вернувшись в замок и получив обещанное, Ворон напомнил Дальтаро, что нельзя затягивать с визитом к Ульфмару, а сам сосредоточился на следующем шаге по подготовке к рейду.

А именно, на поиске артефакта, который мог стать спасительной соломинкой, если вся эта затея станет близка к тотальному провалу…

Глава 602

О филактериях

После получаса настроек подходящих критериев, Ворон вроде как получил что-то удовлетворяющее его запросам. Правда, из-за сложности задачи пришлось не только расширить территорию поиска, но и исключить самые простые пути. В итоге, помимо очень высокой цены, за которую он объективно мог нанять ещё шесть или семь подходящих наёмников, он также не знал, где тот окажется и что потребуется, для того чтобы заполучить данный артефакт.

Артефакт мог оказаться наградой за прохождение квеста, лотом на каком-нибудь аукционе или же вообще покоиться в чьей-нибудь сокровищнице.

Не торопясь с решением, парень закрыл консоль и всерьёз задумался, чувствуя внутренний диссонанс от происходящего. Выходило всё как-то уж слишком сложно. Ему не хотелось тратить столько сил, внимания и очков влияния на то, чтобы избавиться от какой-то там секты во главе с личем (пусть и непростым).

На фоне всей той информации, которой он уже владел, это выглядело пустой тратой времени.

«За исключением, конечно, спасения священника и получения души. Было бы проще, знай я название какого-нибудь подходящего арте… Хм… Погоди…» ― Ворон, не желая спугнуть наваждение, стал быстро обдумывать все имеющиеся факты касательно Аштас-Ира и в какой-то момент застыл, широко раскрыв глаза.

«Ящик Пандоры!»

Парень даже встал и начал ходить из стороны в сторону, прокручивая пришедшую мысль в голове, желая убедиться, что действительно нашёл выход.

Почему он не подумал об этом раньше?

Всё казалось таким элементарным. Ему нужна была душа лича, которая, если он правильно понимал, должна храниться в филактерии или какой-нибудь похожей ерунде. Что мешало Ворону просто забрать её? Правильно, то, что её обладатель был жив, могуществен и не собирался с ней расставаться. Но если бы удалось изолировать тело лича… Возможно, это стало бы ключом к получению души без необходимости идти на смертельный риск.

«Правда, требовалось поговорить с Танатосом и остальными касательно нюансов хранения их душ, чтобы убедиться, что, заключая тело лича, я никак не повлияю на его душу. И, что самое главное, уточнить касательно связи души и тела. ― В этот момент он подумал ещё о кое-чём. ― Столько времени и нервов можно было бы сохра… Чёрт!»

Тут он вспомнил, как тратил очки влияния на поиск наёмников, причём не один, а два раза!

Разбойник упал на кресло и закинув руки за голову, прикрыл глаза, пытаясь найти положительные стороны во всём этом.

«Ну, как минимум я не смогу добраться до Аштас-Ира незамеченным. Нужен будет кто-то, кто сможет отвлечь хотя бы часть сил некромантов. Наёмники хорошо справятся с этой ролью, к тому же, если всё пройдет как надо, им даже не придётся сражаться с личем, из-за которого я их, собственно говоря, и нанимал. Ну да ладно. Что касается Ноутлока… Я не настолько доверяю Святой империи, чтобы давать понять им, что имею артефакт подобного уровня. Несмотря на наличие договора между нашими странами, мне не хочется проверять их верность союзу на прочность. По крайней мере, сейчас. И всё же сила Ноутлока и его товарищей может сыграть решающую роль в привлечении внимания… Только вот как же убедить их в том, что я действительно смогу заточить лича? Как ни крути, речь идёт об их жизнях, и, если бы не моё бессмертие, я бы точно не согласился на подобную авантюру, не имея сильной веры в успех задуманного».

Усиленно раздумывая над тем, как же ему поступить, Ворон вдруг вспомнил о полученном недавно навыке, и в его голове, словно плод на дереве, начал созревать абсолютно новый план.

Один из тех, к которым парень, пусть и не по своей воле, но привык за время своих скитаний.

Очень рискованный, но, скорее всего, и самый действенный. Однако, перед тем как его предлагать, нужно кое-что уточнить…

* * *

― Прошу прощения, что приходится вас беспокоить. ― Ворон, призвавший в свой кабинет личей, не стал ходить вокруг да около и, предложив им присесть, продолжил: ― Мне нужны ваши профильные знания касательно филактерий и любых других сосудов, способных хранить души личей. Я хочу знать, как они выглядят? Какие правила и особенности их создания? Можно ли как-то отыскать сосуд, если понятия не имеешь, что тот из себя представляет, и всё в таком ключе. Можете говорить свободно.

― Что ж, главное правило, пожалуй, одно. Филактерия может принять почти любой облик, но главное, иметь в виду, что та должна являться предметом. Не локацией, не живым человеком, не жидкостью, не что там ещё может прийти в больную голову, ― раздался голос Анубис. ― Предмет и только он. Зеркальце, детская кукла, кольцо. Чем неприметнее сосуд ―