Путь от змеиного хвоста - katss

В фойе пискнул телефон. Искал Лука, который как раз закончил со сдачей материалов приёмщикам. Приглашал выйти куда-то — куснуть на ночь, чтоб цыгане не снились… Отстучала сообщение, мол, жду внизу. В любом составе… Жрать и впрямь — сильно хотелось! Я ж ещё Коловрата сейчас восстанавливала… Да и нервов вагон. Как и злости.

В фойе они и встретились. Игорь, Лука… и залипший по дороге в телефон Феликс. Последний, подняв голову и обозрев все действующие лица, принялся беспардонно ржать.

Подошёл, похлопал меня по плечу:

— Ай, малаца! Пол-департамента уже на ушах… За полчаса, с момента твоего входа под родные своды… Огонь-баба, вестник Апокалипсиса!… — Выдала ему затрещину.

— Феля, ты сегодня тоже договоришься… Но светит тебе не помадой на лбу…

— Какая помада? — Игорь мигом отвлёкся от жарких переглядок с Терцо.

— Кстати, насчёт помады, — Пятый по-свойски положил мне руку на плечи. — Признавайся: это из запасов мастера?

— Да чё тут признаваться? Да, она подарила. И? — Стриж сполз на корты и зарыдал:

— Бля! Ему теперь с этой надписью двое суток ходить… Её помады ж ничё не берёт!…

— Не мои проблемы… Мы есть идём, или как?

— Вася… Ты злодейка! — с хохотом заключил кудрявый номер два и соскрёбся с пола. — Идём-идём… Если чё — вдвоём пойдём, а эта голубятня пусть тут остаётся…

— Я повторюсь, — сверкнул фарами Лука. — Ты, друг, в портале словесным поносом заразился? Пора искать годную прививку?

— Да эта болезнь вообще косит цвет нации, — внезапно присоединился к гештальту Арсеньев. У меня чуть брови с волосяной частью головы не встретились… — В основном, самую радужную её часть… В плане перспектив личностного роста!

— Лан, сатирики, можете присоединиться, — хрюкнул не слишком впечатлившийся адреналинщик Феликс и, насвистывая, потащил меня на парковку.

***

— Куда поедем? — уточнил у меня Лука, проворачивая зажигание.

— Хер там! — возмутился Филя. Садясь на свой переделанный "БМВ". — Сегодня не ты решаешь, и вообще — отстань от неё с вопросами широкого выбора, она спит на ходу! В "Узбек Гурмэ" на Усачёвку поехали, там хоть поесть нормально можно. А сегодня ещё и смена Астахана, у него чай — это песня, а не чай! Щас позвоню, чтоб с охраной рынка договорился… По ночам туда обычно ток продукты завозят.

— Какой рынок? — возмутился Третий.

— Какой-какой… Который, блин, для посетителей закрывается в десять! — рыкнул Феликс. И перешёл на вежливый тон. — Ассалому алейкум, дорогой друг!

— Ваалейкум ассалом! — радостно ответили на том конце провода, невзирая на глубоко неурочный час. Второй ночи, если начистоту…

— Ишлар яхшими? (Хороши ли у вас дела?) — также радостно вопросил стриж. Они быстро протарахтели на смеси русско-узбекского, с взаимными заверениями в дружбе до гроба… Монстров, да. Повесив трубку, Феликс усмехнулся:

— Всё, поехали! Там пока и второй повар на месте, ща нас накормят по-божески.

***

Охранник на входе, обладающий внешностью классического Печкина, только вздохнул. С видом: "Ходют тут всякие!". Однако дверь отпер и пропустил.

А в кафе четверым охотникам обрадовались так, будто мы — их дальние, но очень любимые родственники. В принципе, глядя на сияющего ответной клыкастой лыбой Фелю, в это начинало вериться… Пусть и с некоторым трудом.

В пустом здании, где в ночи суетился лишь подсобный персонал да всякие мерчендайзеры, нас усадили за два сдвинутых стола — ну, чтоб хватило места на дикое количество тарелок — и накормили всем подряд, начиная от каких-то закусочных, крохотных пирожков (и супа трёх видов), и заканчивая офигительнейшим пловом!…

С трудом оторвалась от второй миски подряд, когда мою устряпанную соусами морду осветила вспышка фотоаппарата. Феликс, не скрываясь, смеялся:

— Вот видишь, друг! Есть среди женщин нормальные едоки, не только мастер Холодкова! — Как раз донеся на стол ещё какие-то блюда, его узбекский приятель умильно сложил руки на чуточку полноватом животе и разулыбался:

— Женщина с хорошим аппетитом есть существо редкое и драгоценное… А Соня-онажон вообще прекрасна!

— Они подруги, — очень к месту ввернул стриж. Кудесник половника на такую рекомендацию вообще воссиял:

— Очень, очень хорошо! — и помчал за добавкой. Ан-ти-рес-ный шифр, однако…

Спустя полчаса я страдала морально и физически: пятая по счёту самса никак не лезла, но я её уже надкусила, и она оказалась до безобразия вкусной!! Как и предыдущих четыре…

Арсеньев рядом наворачивал манты и не парился, что что-то там куда-то там не влезает. Остальные тоже — приговаривали уже по второму ведру… Я просто с чёрной завистью вздохнула. Там ещё с тыквой, целую тарелку принесли… Ладно, попью пока компотик. Может утрясётся.

— Чё, не влезает? — проглотил своё Игорь. Уволок у меня из-под носа, и в один укус прикончил МОЮ самсу! — Всё, не страдай.

Я вооружилась щипцами для булок:

— Это была МОЯ!!

— Так всё равно ведь не влезала? — удивился Кудрявый. — Помог ближнему.

— Я те щас напомогаю!! — но переполненный живот выразил несогласие. Пришлось сесть обратно.

— Ты и так уже как беременная, на третьем-четвёртом, — заметил Феликс, чавкая рёбрышками. — Сядь, чайку попей… Потом попросим — с собой завернут. Тем более, нам с Лукой ещё парней угощать.

— Зачем с собой? — всплеснув руками, изумился Ахмат, который уже закончил разбирать за соседним столом ящик зелени. — Вы ж на мотоциклах. Мы вам сами доставку привезём! Машина на ходу, аллохга шукур! (Слава Богу!)

— А, ну да, забыл… Так ещё лучше! — улыбнулся ему перепачканный мясным соком Пятый. — Спасибо, друг! Рахмат!

Но мир за столом продолжался недолго: нахомячившийся Арсеньев вспомнил, что рядом его "природный враг" и сощурился. Лука тоже вспомнил…

— Эй, нам тут чай принесли, — с намёком начала, примериваясь к стопке новых пиалушек. Да, нас старались кормить со всей узбекской этикетной глубиной: крохотные ёмкости под чай и счастливый до безобразия сотрудник рядом. Со свежим кипяточком и прочим. Господи, как вкусно! И как много…

— Так вот… — с намёком примерилась к макушкам. — Испортите посиделки — я вас сначала обварю, потом отхилю… Без анестезии по темечку. Вспомню, что садист со стажем, так сказать.

Кудрявый, который вообще отмороженный, посоветовал мне не напрягаться, с беременным-то животиком. Щипцы оставались в руке, оттого по