Огни из Ада - Макс Огрей

«От торгового центра Максима С. забрала неизвестная машина. Полицейским не удалось поймать загадочного молодого человека. Но мы смогли узнать у полицейских, что следы его ведут в сто двадцатую больницу, в которой произошли еще более невероятные события. В реанимацию этой больницы поступил бывший директор Максима С., а после него и сам Максим. За ночь в реанимации произошло нечто, в чем еще предстоит разобраться. Но из достоверных источников уже известно, что почти все пациенты реанимации этой ночью погибли при странных обстоятельствах. Судя по всему, Максим С. выжил и сбежал с места событий. А его начальник, директор магазина бытовой техники, за одну ночь полностью вылечился от полученных травм. С ним сейчас работают психологи, он утверждает, что в реанимации ночью был шабаш и что он за всем наблюдал, лежа на потолке. Не менее странными кажутся показания дежурной медсестры, которая заявляет, что ночью в отделение пришла пожилая дама, которая умерла два дня назад. И что дама звала ее с собой в морг, после чего медсестра потеряла сознание. С ней сейчас тоже работают психологи.

Похоже, что события разворачиваются каким-то мистическим образом. Что это, чья-то шутка или мы имеем дело с потусторонними силами? Мы будем следить за происходящим и держать вас в курсе…»

– Огнива! – хрипло крикнул Иван Крупа и закашлялся.

Иван поднялся на ноги и стал расхаживать по комнате из угла в угол, не находя себе места.

– Она вернулась! Вернулась, – тихо бормотал он, продолжая мелкими шаркающими шагами мерить комнату.

Старик не знал, что теперь ему делать. Последние сто лет он только и думал о ее обещании вернуться, а теперь, когда это произошло, растерялся. Долгие годы Иван размышлял над тем, что для него будет означать возвращение Огнивы. В голове крутились два варианта. Первый – она отомстит за предательство и свое изгнание и убьет Ивана, тем самым избавив от страданий дряхления и бессмертия. Второй вариант, достаточно негативный – Огнива заберет его с собой в преисподнюю, и его нынешние мучения покажутся легкой трепкой по сравнению с тем, что она будет делать с ним в аду. Возвращаясь к первому варианту, конечно, можно было предположить, что, убив Ивана, Огнива тоже отправит его в ад, чтобы подвергнуть вечным мукам. Но думать о таком совсем не хотелось – жить без надежды на спасение, пусть даже иллюзорной, было невыносимо.

Он дотронулся до шрама на кисти левой руки в том месте, куда когда-то была воткнута игла. Шрам отозвался пульсирующей болью и был горячим. Он никогда не давал о себе забыть, постоянная тянущая боль сопровождала Ивана всю жизнь. Возможно, из-за того, что в кисти осталась часть иглы. В те далекие времена, после исчезновения Огнивы, ведьма убрала свою руку, оставив иглу торчать в руке Ивана, потом резким движением сломала этот стальной шип так, чтобы осколок остался в его теле. Колдунья уверяла, что только с осколком в руке Иван может быть уверен, что Демон больше не вселится в его тело. Иван хорошо помнил, как рука долго и мучительно заживала.

Что теперь ему делать? Бежать или остаться и ждать, пока Огнива объявится? Нет, бежать – это не выход. Да и куда сбежишь от такого всесильного Демона? Остается только сидеть и ждать. Ждать, как узник в своей камере, приговоренный к смертной казни, который слушает шаги в коридоре и молится, чтобы на этот раз пришли не за ним.

Поток мыслей проносился в старческой голове, вороша воспоминания, и быстро покидал ее, освобождая место для новых мыслей, образов и тревог.

Иван подошел к окну и выглянул на пустынную улицу, но сделал это скорее машинально. Он как будто ничего не видел, его сознание было занято другими делами. Старик стал повторять тихо вслух: «Огнива, Огнива, Огнива». Медленно его взгляд фокусировался на рекламном щите напротив окон. Он прочитал слоган, едва заметно кивнул и произнес с усмешкой:

– «Жарим мы еду, как грешников в аду». Хм. Ты все так же остроумна.

Глава 23. Бухов продает душу

– Ну, что ему еще надо? – спросила Огнива, поворачиваясь к входной двери.

– Кому? – удивился Макс и тоже повернул голову.

– Да твоему бывшему начальнику, Бухову, – ответила Огнива, слегка закатив глаза.

– Что? А где он?

– Да вон он, поднимается по лестнице бегом, весь запыхался. Сейчас позвонит.

Действительно, раздался звонок. Близнец Леха неспешно подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял Игорь Бухов, согнувшись, держась рукой за стену и пытаясь отдышаться после бега по лестнице.

– Ох, – только и смог сказать Игорь Владимирович, когда увидел перед собой одного из братьев, которые накануне его «обработали».

– Ну, и чего тебе еще надо, бедолага? – грозно спросил громила. – За добавкой пришел?

– Не! – тут же твердо ответил Бухов.

– А чего тогда нужно?

– Я могу увидеть Соловьева Максима?

– А я слышал, что с тобой работают психологи в больнице.

– Да, я сбежал из больницы. – Бухов немного помедлил и продолжил: – Так что насчет Максима? Кажется, он тут живет?

– Кто где живет – это не твоего ума дело, – Леха вышел за порог и огромной тенью навис над взмокшим Буховым. – Слышь, тщедушный, вали-ка ты отсюда, пока я тебя не скинул с лестницы.

Бухов все еще не мог отдышаться, при этом было видно, как ему важно, чтобы его выслушали.

– Я не хочу никого обидеть или как-то задеть… – быстро произнес он, вытянув руки ладонями вперед.

Раздался громкий смех Лехи, который эхом отразился от стен и разлетелся по подъезду.

– Не хочет он никого обидеть, – передразнил бугай. – Да ты, пуфик прикроватный, никого и не сможешь обидеть, даже если захочешь. Хватит разговоров, пора посчитать количество ступенек в одном лестничном пролете.

Близнец схватил Бухова за грудки и подвел к лестнице. Игорь Владимирович сопротивлялся и пыхтел, но не смог даже на секунду остановить огромного близнеца. С протяжным криком «не-е-е-ет!» – он полетел кубарем вниз по лестнице. Леха же, отряхивая руки, вернулся в квартиру и тихо повторил: «Задеть он никого не хотел… Ишь ты…»

Не успел близнец устроиться в своем кресле перед телевизором, как вновь раздался звонок в дверь.

– Видимо, кто-то получает удовольствие от побоев, раз постоянно на них напрашивается, – вздохнул Леха и снова направился в коридор.

Когда он открыл, то увидел Бухова, стоящего на коленях. Вид его был еще более жалок, чем минуту назад. К старым кровавым подтекам на одежде добавились свежие пятна крови. Рубашка и брюки были все в пыли, теперь он походил на бездомного, только что вышедшего из своего укрытия. Из носа и нижней губы текла кровь, которую он вытирал тыльной стороной ладони, размазывая по лицу. На лбу зрела немаленькая шишка.

– Прошу вас, выслушайте меня. Всего одну минутку, – быстро заговорил Бухов, переминаясь с колена на колено и поднимая руки вверх.

– Ну, – снисходительно кивнул Леха.

– Я пришел к Максиму Соловьеву. Я хотел бы перед ним извиниться, я очень раскаиваюсь в содеянном, – Бухов говорил быстро, чтобы не злить близнеца. – Мне правда очень жаль, я готов возместить любой причиненный ущерб. Также хотел бы извиниться перед вами и вашим братом. Я не знаю, что на меня нашло, совсем не хотел вам хамить. И считаю, что вы правильно сделали, когда меня проучили. Я это заслужил…

– Слышь, а ты головой не сильно ударился? Смотри, какая шишка на лбу распускается, – участливо прервал его Леха.

– Нет, нет. Все хорошо, – заверил близнеца Бухов.

– А вот мне теперь кажется, что очень сильно ты головой приложился об лестницу, раз стал благодарить за то, что тебя побили.

– Это не страшно. Скажите, пожалуйста, – Игорь Владимирович потрогал рукой шишку, – я могу увидеть Максима? Я хотел с ним поговорить о той загадочной девушке с хвостом. Мне кажется, что он с ней знаком.

– А-а-а, – протянул