Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

— Превращая их в тёмных? — не удержался я от замечания.

— Наличие строки состояния не делает человека тёмным. Это всего лишь инструмент. Такой же, как этот карандаш. Им можно воспользоваться для того, чтобы писать, а можно в кого-нибудь воткнуть. Место применения инструмента определяет сам человек. Не его принадлежность к богу. Это то, что облегчает работу. Или светлый, прошедший проверку Инквизитором, с этим не согласен?

Стоит признать, Седьмой был прав — строка состояния ценное приобретение. Даже не представляю, как другие работают без неё. Закрыть глаза, представить магическое поле, способности… Это же что-то на уровне бреда, как по мне. Со строкой удобней, эффективней и гораздо быстрей. Алия, несмотря на всю свою светлость, будет первой, кому я такое поставлю, если получу возможность.

— Хотелось бы увидеть предложение Храма Скрона целиком, — попросил я. — То, что вы получите — написано на бумаге. Да, там нет сущности Хозяина, но ею я пока не готов торговать. Вначале хочу понять, имеет ли вообще смысл работать с Храмом Скрона, или лучше всё сдать Цитадели? Уверен, они с радостью заберут сущности, ещё и ранг какой-нибудь мне выпишут. Стану командором. В рамках светлых империй это достаточно почётная и влиятельная роль. Докажите, что с вами сотрудничать эффективней. Храм Скрона готов сделать своё предложение сейчас или ему нужно время?

— Нам нужно время, — после паузы ответил Седьмой. — Готовясь к этой встрече, мы не рассчитывали на сущности в таком количестве.

— Когда будете делать своё предложение, не забудьте о том, что мне нужна очистка от символов мастера Мерама, — на всякий случай напомнил я. — Когда мне стоит ждать ответа?

— Храм Скрона не станет тянуть, — заверил меня Седьмой и поднялся. — В качестве жеста доброй воли, чтобы показать, насколько Храм скрона заинтересован в нашем сотрудничестве, тебя обучат работать с артефактами. Подойти ко мне.

Я не колебался ни секунды. Всё, что включает слово «обучить», для меня являлось лакомым кусочком. То, чего я не получил в детстве, старался возмещать при первой же возможности. Подойдя вплотную к туманному служителю, я едва не отшатнулся, когда его руки обхватили мою голову, а лоб соприкоснулся с моим. Всё ровно то, что проделывал со мной Злой Инженер. За одним небольшим исключением — в этот раз мне передавали не карту, а нечто большее. Нечто такое, отчего мой организм едва не скрутило, как на двадцатом уровне разлома! Перед глазами всё поплыло, однако причиной этого мог стать туман, в который я окунулся. Мелькнуло что-то неестественно белое и, даже не отдавая себе отчёта, я использовал «Анализ»! Цепляйся! Сейчас нет тумана!

«Седьмой». Высший иерарх Храма Скрона. Зверолюд.

Под туманом находился не человек. Это был… Я даже найти подходящего слова не мог. Что-то белое, антропоморфное, лишённое лица. В одном из магазинов одежды однажды я видел манекен. Вот туманный служитель Храма походил на этот манекен один в один. Что самое удивительное — параметры этого чудища оказались практически нулевыми. Всего 5 усилений, открывающие базовые параметры. Всё! При этом передавать знания он умел — когда туманный служитель отпустил мою голову, перед глазами появилось сообщение:

Доступен новый функционал: Хранилище артефактов.

На строке состояния появилась новая пиктограмма, открыв которую я увидел некое подобие хранилища. Разве что гораздо упрощённое.

— С текущего момента мире существует уже семьдесят два человека с подобным даром, — заявил Седьмой. — Храм Скрона умеет быть щедрым. Отныне у тебя есть возможность работать с артефактами древних. Начиная от их определения, описания, заканчивая хранением. В случае твоей гибели все артефакты автоматически выпадут из нематериального хранилища. Учитывай это, если решишь умереть. Храм Скрона возьмёт паузу и вскоре выйдет к тебе с предложением.

— Жест доброй воли может быть сразу с двух сторон, — ответил я. Сделав вид, что забрался в ящик стола, я воплотил сразу три сущности крона. То, что выдал мне Храм Скрона, стоило многого. Та гора артефактов, которую я нашёл во время очистки руин для клана Бартоломео, сейчас могла находиться у меня в руках, а не в клане моей невесты. Седьмой принял сущности спокойно, словно рассчитывал на что-то подобное. Не говоря ни слова, туманный тёмный забрал артефакт и ушёл, унося с собой тяжёлую ауру. Общаться с этим существом оказалось достаточно сложно.

В кабинет тут же заглянула служанка.

— Господин, граф Саренто покинул Кострищ. Перед тем, как покинуть дворец, он оставил вам эту бумагу.

У меня на столе появилась тот самый документ из Цитадели, в котором не было имени. Я недоумённо переглянулся с Алией. С чего вдруг такая щедрость от Кималя и такой странный побег из города? Неужели ректор соизволил обидеться? Тогда бумагу почему оставил?

— Пригласи ко мне Наиру Джоде, — попросил я служанку и, когда та убежала, посмотрел на Алию. — Невидимки уже вокруг нас. Нужно каким-то образом себя обезопасить. Не стоит пока пополнять архив. До тех пор, пока мы не придумаем гарантированного способа сохранения информации, чем-либо делиться с графом Саренто лишнее.

— Макс, — Алия посмотрела на бумагу так, словно та была ядовитой. — Зачем тебе тёмная? Разве тебе недостаточно меня?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я не сразу нашёлся, что ответить. Искренний взгляд личной служительницы проникал в самые глубины моей непростой души. Что ответить? Что Наира просто безумно красивая девушка? Что меня влечёт к ней и рядом я превращаюсь в киселёк? Не думаю, что это тот ответ, который сейчас уместен.

— Информация, — нашёлся я. — Седьмой только что сказал, что всех тёмных обучали работе со строкой состояния и магическим полем. Мне нужно максимально подготовиться к встрече с Храмом Скрона, чтобы они не выдали общедоступную информацию за что-то уникальное. Что касается наших юридических отношений… Это ты ещё не знаешь о том, что мне удалось избежать скоропостижной свадьбы. Только таким образом девушку можно вытащить из-под влияния Храма Скрона.

— А стоит ли это вообще делать? — раздался провокационный вопрос.

— Когда приедет отец Нор, мы это поймём. Если он признает, что она подвержена