Сонный воин 6 - Алексей Викторович Широков

быстро отпустил бы Вермиллион, именно так звали медного дракончика. И да, имя себе он выбрал сам, драконы они существа странные, во многом состоящие из чистой магии. И отношение с Грёзой у них своё собственное.

Например, по рассказам Кедалиона, рождение дракона не такой уж простой процесс. Конечно, он может как и все родиться от матери, то есть вылупиться из яйца в кладке. Но это был не единственный, пусть и самый банальный метод, да и яйца могут быть не только отложены, но и созданы искусственно. Дракон, решивший создать наследника просто делал его из части своих сокровищ а потом вдыхал искру жизни. Но и это ещё не всё! Яйца могли спонтанно появиться из тела древнего погибшего дракона и родившийся таким образом вирмлинг по сути являлся его реинкарнацией. Так же яйца могли вырасти на Древе мира или самозародиться в жилах металлической руды. Последнее больше относилось к металлическим драконам, но и цветные тоже появлялись на свет похожим образом, только среди драгоценных камней. В конце концов даже какой-то гуманоид может достичь определённого рода просветления и обратиться в драконье яйцо, чтобы таким образом переродиться в крылатого, чешуйчатого монстра. А потом стать оборотнем и взять свой прошлый облик. Тим этого не понимал, но в каждой избушке, свои погремушки. Если кто-то так хочет стать драконом — пусть будет.

Но на рождении странности не заканчивались. Столь же интересно было отношение драконов с информацией. И если в случае перерождения или реинкарнации — это ещё можно было как-то объяснить, то вот как самозарождённые или родившиеся от яйца с древа мира драконы почти сразу начинают говорить не только на драконике, но и на любом местном языке никто объяснить не мог. Как и появление иных знаний и умений, вроде бы никаким образом с драконами не связанных. Для себя Тим объяснил это вмешательством грёзы. Видимо нравились ей эти грозные создания, вот только Вермилион на грозного пока не тянул.

Он был милым, надоедливым, болтливым, любопытным, шкодливым, забавным, жадным и вредным, но никак не грозным. Впрочем, у вирмлинга всё ещё было впереди. Росли драконы достаточно быстро, а Вермиллион как питомец Тима ещё и был завязан на Систему. Юноша сразу проверил, и да, вкладывая серебряные токены он мог повышать возраст дракона, по токену за пять лет. Двадцать токенов до взрослого дракона, способного нести седока это было прилично. В запасе у Тима сейчас лежало пятнадцать и где взять ещё пять он слабо представлял, но зато у парня был козырь в рукаве.

Как Магу он мог временно придавать сил своему компаньону, заставляя его перешагнуть на целую ступень в развитии, а то и на две. То есть потратив всего один токен и сделав из вирмлинга молодого дракона можно было обернуть его взрослым и в таком уже виде оседлать. Да и в бою взрослый дракон это машина для убийства. Тим до сих пор вздрагивал вспоминая схватку с зелёным. А ведь там был ещё только молодой, не достигший зрелости. И то они с эльфами чудом выжили, с трудом завалив тварь. А теперь у Тима была своя машина для убийства, правда пока ещё маленькая и вредная. И поднимать ей характеристики юноша не спешил. Успеется. Сначала надо как следует подумать.

— Тимофей! — вырвал юношу из размышлений знакомый голос. — Приветствую. Хорошо, что тебя поймал, думал уже ушёл.

— Здравствуй, — Тим без особого пиетета пожал руку Павлу Гагину. Тот конечно, аристократ и даже третий наследник в своём поколении, но это раньше Тимофей трепетал перед аристо. А чем больше узнавал их подноготную, тем меньше у него оставалось уважения. Впрочем и ссориться с Гагиным было не из-за чего. — Чего хотел?

— Поговорить, — пожал плечами Павел. — Видел твою дуэль. Поздравляю, красивая победа. Ты действительно уже Учитель?

— Нет, — Тим покачал головой. — Полицмейстер правильно сказал, не дотягиваю я до Учителя. Силёнок маловато. Но думаю в течении года прорвусь.

— Но две техники уже сейчас можешь выполнять, а это важнее! — не принял объяснения Гагин. — Мне вот до этого ещё далеко!

— Да тут вопрос привычки, — Тим пожал плечами. Не рассказывать же ему, что это Система и Кедалион расщедрились на богатый подарок. Так что пришлось пересказывать то, что прочитал в сети. — Сам же знаешь, что чем больше ты тренируешься делать две вещи за раз, тем быстрее получается научиться использовать две техники.

— Да, да, да, — отмахнулся Павел. — самостоятельны действия разными руками, разделение внимания и прочее. Мне наставники уши уже этим прожужжали. И пианино это… ненавижу пианино!

— Возьми гитару. — Тим улыбнулся. — Там тоже разноплановая работа руками, но зато можно играть что нравится.

— Брал, — скривился Гагин. — но видите ли, гитара даёт меньшее разнообразие движений и вообще надо чередовать инструменты, но фортепиано это основа! Задолбали уже. Я с какой целью подошёл… ты поединок не желаешь провести? Без ограничителей. Ты уже Ветеран как минимум, чего тебе бояться.

— А я разве когда-то говорил что боюсь? — не повёлся на подначку Моргунов. — Не припомню такого. Насчёт поединка, в целом я не против, но прямо сейчас ответить не могу. Просто не знаю, насколько буду занят на этой неделе. Если время терпит давай отвечу завтра. Не хочу обещать то, что не смогу выполнить.

— Конечно, — не стал настаивать Павел. — Я понимаю. Время значения не имеет, я просто хочу проверить свои силы. Раньше мы бились с Бжостовским, но сейчас сам понимаешь, не получится. Да и ты, по моим подсчётам сильней Казимира, а мне отец всегда говорил, что если хочешь сам стать сильней надо биться с лучшими.

— Справедливо, — Тимофей кивнул. — Постараюсь завтра дать ответ. Только желательно арену найти где-нибудь вне школы.

— Конечно, — Гагин ничуть не удивился требованию. — Я зарегистрирую отдельную в Центре на несколько часов. Благодарю, что не отказал.

— Подраться я всегда готов, — юноша улыбнулся. — Так что не вижу смысла отказываться. Меня ждут. До завтра.

— Конечно, до завтра. — пожал руку Тиму Павел на прощанье, с завистью глядя как его собеседник после направился к ожидавшим его девушка. — До завтра.

Многожёнство в кланах было нормой, но вот так гулять с наследницей далеко не каждый мог себе позволить. Чаще всего первая жена была политической. Укрепить положение клана или рода, закрепить договор, упрочить партнёрство. Родная кровь всегда лучше любой бумажки, а девушки в кланах с детства знали, что им предстоит стать разменной монетой. Вот уже вторую жену аристо брали по желанию или по любви, коли такая случалась. Там уже не возбранялось и мещанку привести, если она