Похищенная княжна. Сердце дракона - Ева Бран

Я ушам своим не верила. Неужели Альхор поможет нам с Лоймерифом познать родительское счастье?

— Только знать тебе надобно, что потомки вашей пары будут сталкиваться со злобой и завистью. Готова ты дать детям такую судьбу? Придётся им отвоёвывать уважение и каждую крупицу счастья.

— У нас родятся драконы? — спросила тихо, ощущая, как сердце в груди колотится, ударяясь о рёбра.

— Нет, княжна. Не смогут они менять личину, но от отца достанется им не дюжая сила и благородный характер. Никто не сможет тягаться с ними на поле брани, а злые языки не найдут поводов для обвинений, оттого и будут исходить ядом. Станут ваши дети первыми за много-много лет. Если правильный путь выберут, не найдёт северная земля лучших защитников. А коли не смогут смириться со злобой людской, ждёт ваши родные края кровавая сеча. Готова сделать выбор, княжна?

— А почему вы не рассказали моему мужу всё то, что поведали мне?

— Потому что ваше слово в этом вопросе решающее, барышня, — усмехнулся Альхор. — Материнское сердце всегда шире, и боль за детей в нём сильнее в сто крат. Испытания, выпавшие на долю детей, станут и для вас испытанием, помноженным надвое.

— Я хочу посоветоваться с Лоймерифом, — ответила тихо.

— Правильно. А как решите меж собой, так пусть твой милый прилетает ко мне, — подмигнул колдун и вышел из дома.

Я некоторое время сидела, словно прибитая, а когда муж на пороге появился, вскинула на него беспокойный взгляд. Долгая беседа была у нас с Лоймерифом. Хотелось нам получить продолжение в детях, но было страшно за их судьбу. В итоге отложили мы решение на некоторое время, придя к выводу, что нужно хорошенько над всем поразмыслить.

А пока занялись хозяйством. Теперь с живностью, производящей ценные продукты для питания, стало веселее. Лоймериф соорудил для кур переносную сетку из тонкого бамбука, которую мы могли передвинуть в любое место, дав птицам выпас, а при необходимости укрытие под навесом рядом с домом. С козой и подавно проблем не было.

Также у меня появилась необходимая ткань, и первым делом я соорудила плотные занавески на окна, плотно прилегающие к проёму. Для этого примотала на низ бамбуковую палку, наполненную песком, а по краям сделала небольшие гвоздики, к которым можно было привязать ткань.

После этого занялась производством матраса и подушек. Лоймериф узнал, какой материал используют для этого драконы, и мы с ним усердно принялись заготавливать кокосовое волокно. Дело шло довольно медленно и требовало больших усилий, но спустя несколько месяцев у нас появилось то, без чего я так страдала. К этому времени и вопрос о детях разрешился. Мы решили рискнуть, уж очень хотелось подержать на руках малыша, одновременно впитавшего наши черты.

Альхор дал Лоймерифу специальные травы и велел принимать отвар каждый день. Зелье должно было заглушить на некоторое время звериную суть, которая мешала мне зачать. И вот ещё через пару месяцев я с радостью сообщила мужу о беременности. К этому времени мы прожили на острове больше полугода, успели обзавестись хозяйством и даже наладили контакт с местными жителями, благодаря стараниям колдуна. Теперь женщины брали меня с собой на промысел, делились навыками и не смотрели как на врага. А как живот стало видно, так и подавно начали помогать вести хозяйство. К нам даже в гости прилетали. Теперь и Анни могла играть со сверстниками, не боясь осуждения.

Всё шло своим чередом, вот только тоска по дому сковывала сердце. Я скучала по батюшке, гадая, здоров ли он. По словам Альхора выходило так, что мы обязательно вернёмся в родные земли, только придётся подождать несколько лет, пока дети смогут самостоятельно держаться на драконе. Он так и сказал — дети! Мы и об одном-то не смели мечтать, а теперь ждали, сколько малышей подарят нам небеса.

Через шесть месяцев стало понятно, что я ношу не одного ребёнка, а сразу пару. Муж с лёгкостью определил это по сердцебиениям. Постепенно я отяжелела, и все хозяйственные хлопоты легли на плечи Лоймерифа. Он даже пределы дома не разрешал мне покидать и выгуливал строго по расписанию под пристальным присмотром. Боялся повторения случая с укусом скорпиона. Я не сопротивлялась. Забота мужа мне грела душу. А как он обнимал меня ночами, гладил живот и разговаривал с детьми, отвечающими ему пока робкими толчками. Сердце щемило от счастья. Только предстоящие роды меня не на шутку пугали, но Лоймериф успокаивал, убеждая, что всё будет хорошо.

— Ты же помнишь слова Альхора? Мы вернёмся в родные края всей семьёй.

Это мгновенно унимало тревогу, и я с нетерпением ждала дня, когда смогу взять своих малюток на руки.

Глава 37

Правда говорят, что время бежит ужасно быстро. Вроде бы вчера я ещё жила в доме на плато, а сегодня…

Спазмы начались ночью. Сначала думала, что колики, как обычно, но боль нарастала, и через час я уже не могла сдерживать стонов. Лоймериф отреагировал мгновенно. Он подхватился и забегал по дому, наводя суету. Кажется, муж боялся даже больше моего.

— Да угомонись ты! — прикрикнула на него. — Чего дурной козой по комнатам скачешь? Как рассветёт, слетаешь за повитухой, а сейчас просто посиди рядом.

Муж тут же плюхнулся на кровать, хватая меня за руку.

— Сильно больно?

— Ну что ты, даже приятно, — съязвила, сжимая его пальцы во время очередного спазма. — Не задавай дурацких вопросов!

Я понимала, что зря кричу на супруга, но сейчас не могла контролировать эмоции. Едва дождавшись, когда за окном посереет, Лоймериф сорвался с места, а прилетел обратно с повитухой спустя примерно полчаса.

— Воды чего не согрел⁈ — прикрикнула на него, умудрённая опытом драконица.

И опять началась суета. В итоге Анни проснулась и попыталась зайти ко мне в комнату, но дядюшка её не пустил, отправив кормить скотину. Роды прошли на удивление быстро. Уж я наслушалась от женщин всяких пугающих историй. Одна страдала почти сутки, не в силах вытолкнуть первенца. Вторая сказала, что больше рожать не будет — так ей плохо было. У меня всё прошло довольно легко. Уже через шесть часов от начала схваток я держала на руках двух малявочек и не могла налюбоваться. И травка, подаренная Азовкой, сослужила службу. Когда боль была невыносимой, вспомнила я про подарок колдовки и её слова.

— Они такие прелестные, — ворковала, показывая мужу мальчика и девочку.

Лоймериф, естественно, согласился, хотя надо признать, что прелестного