Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

что даже можно за голову хвататься, как их, на самом деле, много. Вот только не все такие, как я. Когда ты переходишь на сторону Скрона, ты отдаёшь ему всё. Не только тело, но и душу. Если Скрону, его земному воплощению или высшим иерархам тьмы что-то нужно от тебя, ты утрачиваешь волю и выполняешь их приказы, даже если сам того не хочешь. Такова плата за могущество. То, что мне удалось вырваться… Я не хочу и не имею права говорить о том, каким образом я это сделал и почему церковь до сих пор меня не сожгла. Мой удел — тренировать таких, как ты, проводить эксперименты в Крепости, да копать шахту от уровня к уровню. Вот такая жизнь у тёмного, сумевшего сбежать от Скрона. Таких как я — единицы. В нашей и Калиманской империи по одному, в Шурганской двое. Всё. Все обращённые — враги Света. Разговор с которыми короткий — очищающий костёр, в последней попытке спасти душу несчастного. Потому что Свет велик и милостив. Есть теория, что инициированный тёмным камнем становится тёмным, но без привязки к Скрону. Тёмных камней слишком мало, чтобы проводить эксперименты. К тому же сами камни опасны — если они попадут не тому человеку, может наступить локальный катаклизм. Но тут появляешься ты, как прямое доказательство того, что эта теория правдива. Тебя как только не проверяли, только что не вскрывали, чтобы внутренности не посмотреть. Ты чист. Во всяком случае — пока. Поэтому академия за тебя так держится — ей выгодно поставить Крепости хороший материал. Чем силнее ты будешь на выходе, тем больше получит академия. Что конкретно получит — не знаю. Это отношения между ректором и верховным епископом. Так, всё, эликсиры готовы. Держи, ты должен это выпить. Сам разберёшься, что и как нужно делать. Будем повышать уровень твоих камней.

— Полагаю, не стоит спешить, — со стороны двери послышался голос, который в текущих реалиях там оказаться никак не должен. Однако он там, несомненно, был. Я повернулся и склонил голову. Ректор вошёл в пыточную, как в свой кабинет. За ним следовал Зурган Шор.

— Значит, всё же тёмный? Как я и предсказывал? — улыбнулся Кималь Саренто и я в очередной раз отметил, что против такой улыбки не устоит ни одна женщина. Ректор был великолепен.

— Как я понимаю, отец Нор сейчас со всех ног мчится в Крепость, чтобы забрать одну из двух драгоценных шкатулок? В империи не так много известных магических камней, что находятся не в моей академии. Оба «Анализа» как раз из таких. Но, прежде чем мы продолжим наш разговор, нужно сделать одну небольшую формальность. Зарган Шор подал отличную идею, так что осталось лишь её воплотить. Магистр, ваш выход.

Глава безопасности подал знак и в помещение ввели полуживую Карину Фарди. Марионетки на верёвочках двигались плавней, чем девушка. В руках у неё я увидел нож. Карина держала его за лезвие и, сделав ко мне несколько шагов на негнущихся ногах, закрыла глаза и начала медленно поднимать руку, предлагая нож мне. Рука заметно дрожала, но девушка не сдавалась, удерживая оружие в вертикальном положении. Разве что глаза так и не открыла.

Я взял нож, и рука девушки упала. Карина вытянулась в струнку, подняла голову, даже открыла глаза, уставившись в потолок, после чего произнесла полумёртвым голосом:

— Я должна тебе жизнь. Она твоя…

Глава 11

— Если кто-то думал, что у меня от близости Фарди снесёт голову и я нарушу данное слово, хочу его огорчить. Он ошибся, — я демонстративно отошёл на пару шагов от Карины и воткнул нож в какую-то деревяшку. Не дождётесь

— Ты признаешь, что я больше тебе ничего не должна? — спросила девушка всё тем же безжизненным голосом.

— Ты должна жизнь не мне — церкви, — ответил я, найдя отличное решение в текущей ситуации. — Когда вернётся отец Нор, он определит твою судьбу. Не я. У меня претензии к твоему отцу, не к тебе.

— Ты спас меня, а не моего отца, — настаивала Карина. — И у тебя нет права перекладывать мой долг на церковь.

— Вообще-то есть, — поправил Злой Инженер. — Смертники не имеют право передавать долг жизни друг друга, всё остальное разрешено. Ты, как я вижу, к смертникам не относишься, так что формально да, принадлежишь отцу Нору. Если, конечно, горишь неизгладимым желанием отдать этот самый долг жизни. Который не имеет к простым людям, тем более студентам академии, никакого отношения. Это прерогатива смертников. Даже удивительно, с чего ты вообще взяла в голову, что должна жизнь? Макс ляпнул, что ему кто-то что-то должен? Так что, если он скажет, что отныне все должны перед ним голыми ходить, ты безвольно подчинишься? Смысл существования смертников — уничтожать тёмных и спасать тех, кто попал к ним в лапы. Макс делал свою работу и награда за эту работу одна — жизнь. Его жизнь. Потому что тому, кто формально мёртв, ничего, кроме этого, не нужно.

— Но мне сказали…, — Карина оглянулась, посмотрев на находящего в дверях одного из работников службы безопасности академии. Тот натянул капюшон и скрылся в коридоре. Девушка перевела взгляд на Зарган Шора, требуя пояснений. Толстяк недовольно пожевал губами, но ситуацию разрядил ректор.

— Полагаю, мы все сделали правильные выводы из произошедшего. Максимилиан Валевский не имеет к Карине Фарди никаких претензий. Карина поняла, как важно перепроверять слова других студентов. Мы удостоверились, что смертник может держать себя в руках в обществе дочери того, кто уничтожил всю его семью. На этом данный инцидент считаю закрытым и возвращаться к нему мы больше не будем. Братья, надеюсь, вы расскажете об этом случае отцу Нору? Отлично. Никаких долгов жизни в рамках академии нет и не будет, это я как ректор объявляю. Карина, спасибо, что нашла время и помогла нам разобраться с непростой ситуацией. Теперь прошу тебя подготовиться к новому испытанию. К новому вызову, что сделает тебя сильнее. Ближайший месяц ты проведёшь на полигоне в составе малой группы. Занятия по всем остальным дисциплинам будут зачтены тебе автоматом. Жажда жизни, что ты продемонстрировала в разломе, даёт нам право полагать, что из тебя может получиться великолепный