Охотник 8: Злой Рок - Александр Робский

Воин направился медленным шагом в сторону Артёма, а из его спины вырвались семь чёрных нитей. И, благо, они не соединяются с гигантскими нитями, что тянуться прямо из земли «Подземелья».

— Гильгамеш! Сколько времени прошло с нашей последней встречи? Ты меня ещё не забыл?

— Эм… напомни своё имя! — сощурил Охотник глаза, — Запамятовал я что — то.

Воин остановился в десяти метрах от Артёма, следом вонзил копьё в землю и гордо провозгласил:

— Имя мне — Зигур Войц — Предтеч «Пятого» Круга! Я один из «Защитников», кто поклялся защищать род Предтечей и Истинно «Бессмертных», что своим ликом олицетворяют саму «Смерть», «Судьбу» и «Время».

Артём на мгновение оцепенел.

«Значит, у Предтечей тоже были „Защитники“. Только вот у них нет единой фамилии, а так же, как я понимаю, нет „истинного лика“… зато есть эти чёртовы круги „всевластия“, о которых я ни черта не знаю!»

Но больше всего Артём был шокирован тем, что перед ним находится настоящий Предтеч. Да, он лишь копия, созданная из червей Лилит. Но даже так — он остаётся собой прежним. Или… возможно произошла полная эволюция монстра⁈ Что если червь, внутри монстра, прошёл все этапы эволюции⁈… Он переродится в себя прежнего, вернув как внешность, так и силу⁈

«Да нет! Бред! То есть Лилит, получив свободу, сможет воскрешать своих сородичей⁈» — покрылся Артём холодным потом, надеясь, что его теория ложная.

— Зигур! Скрывать не буду. Я не Гильгамеш! — честно признался Феникс, — Я его второе «Я». И у меня нет памяти своей предыдущей жизни. Поэтому я тебя не знаю.

Взгляд Предтеча прошёлся с ног и до головы Артёма, а следом застыл на белоснежных нитях с костяными шипами.

— Ты пробудил «когти» Бога! Похвально для того, кто является существом из новой ветки мира.

— Новой… ветки мира⁈… — дрогнул голос Артёма, — Ты знаешь, что случилось с предыдущим миром?

Поначалу казалось, что этот Предтеч умер до перестройки мира. Но, похоже, он просто проверял, кто перед ним стоит. Ведь Гильгамеш всё-таки мог вернуться из мёртвых. Причём навсегда.

— Да, знаю. Мы все знаем! Я наблюдал за этим с первых рядов… через глаза Лилит!

— То есть, ты был внутри неё⁈ Как один из червей⁈ — решил Артём не ходить вокруг да около.

— Червей⁈ — во весь голос рассмеялся Зигур , — Как грубо. Но я слышал и похуже. Да, я был в лоне «матери», как и подобает всем её детям!

«Вот дерьмо! Так он и правда — прошёл этап эволюции. Стоп!.. в лоне… дети…»

В голове Артёма сначала возникла тишина, а следом явился ураган из вопросов.

«Внутри „Истинно“ Бессмертных Предтечей — бесконечный поток „щепок“ Гидрасиля. Только вот щепки Лилит образуют ещё „червей“… образуются дети… — в памяти Артёма возникло послание братства „Последних“, — Они говорили, что Лилит — это не только „Пожирающая Звёзды“, но и „Мать“ Орды! Я думал, что речь идёт о монстрах, которых она порождает.»

— Зигур, слушай, а как Предтечи появляются на свет⁈

Вот тут лицо мужчины, усеянное кратерами с личинками, исказило неподдельное удивление.

— Правильно мыслишь, Гильгамеш. Правильно!.. Мы происходим от Лилит! Она наша единственная мать!

— Но в ней находятся не только Предтечи! — вспомнил Артём босса по имени «Войт», а так же послание «Последних», — Люди!!! В ней бездна из людских жизней! Поэтому её ещё прозвали «Пожирающая Звёзды»! И все думали, что именно из — за этого она бессмертна! Но дело в щепках… щепках…

Лицо Артёма распрямилось, так как он наконец — то разгадал загадку «бессмертия» Предтечей.

Гидрасиль — это источник жизни всех миров, а внутри этого дерева находится само «Время»!.. Это её дом, который она питает своей силой… Они одно целое!..

У всех существ во вселенной есть срок жизни. У кого — то он короткий, а у кого — то — кажется бесконечным, но это не так. Ещё этот срок может неожиданно оборваться.

«В жилах „Истинно“ Бессмертных Предтечей течёт не просто кровь, а самый натуральный — бесконечный поток „Жизни“ и „Времени“. Вот почему „Смерть“ и „Судьба“ никак их не трогают. Они просто их не видят. И сколько не убивай, „Истинно“ Бессмертные восстанут. Ведь они вышли за черту! Они вне правил этого мира! И вот почему только коса Смерти может оборвать их жизнь! Но… щепки!.. Почему у Лилит они особенные⁈… Это души! Чужие жизни! В ней Люди и Предтечи!..»

Артём прижал ладонь ко лбу, чувствуя, как сумбурные размышления начинают плавить ему мозг, а так же поднимать температуру. Но он чувствуют, что ухватился за что — то важное.

— Вижу Я, мои слова помогли тебе что — то осознать. И я этому рад! Но… к моему сожалению, время для разговоров закончилось.

Зигур резко вытащил из земли копьё и сделал взмах с такой силой, что возникла ударная волна, которая прошлась по всему этажу, на мгновенье покосив деревья практически до земли. Артём в этот момент прикрыл себя нитями.

— Горот требует, что бы Я убил тебя! — направился Зигур спокойным шагом в сторону Артёма, — Не сказал бы, что Я против. Но знай: Я не испытываю к тебе ненависть! Я просто хочу узнать, кто же из нас сильнее… пора закрыть старый вопрос раз и навсегда!

Глава XIX

Позор

Зигур выставил в сторону Артёма копьё, а так же встал в боевую стойку, убрав зачем — то за спину четыре из шести рук.

Не растерявшись, Охотник вмиг создал на торсе руки из потоков тьмы, вложив в ладони серебряные клинки, а следом пару из багрового огня, поместив в них нефритовые револьверы, а основные конечности, покрывшись разрядами молний, взяли на себя Церберов, дула которых вращаются, словно центрифуга. Так же Артём сразу же врубил «вторую передачу», отчего его глаза окрасились в золото, а зрачки вытянулись и побелели. Магия тоже преобразилась: молнии стали фиолетового цвета, из багрового огня хлещут розовые искры, а во тьме открылись алые демонические очи.

«Пока что приберегу навыки. Сначала я должен понять, с чем имею дело, — взгляд Артёма упал на письмена, которые опоясывают броню врага, — Я впервые буду биться с тем, чья сила нитей основа на каких-то добрых помыслах. Интересно… как меня должна убить „Любовь“⁈ Или „Храбрость“⁈ Или он хочет затыкать меня своей „Честью“⁈»

— Готов? — спросил Зигур.

Нить «Судьбы» вонзилась шипом в затылок Артёма, тем самым начав показывать своему хозяину мир, в котором всё