Дроу для мести - Оливия Грош

Зан метался между противниками, не давая ни одному из них приблизиться ко мне. Он кружился вихрем, и я не успевала уследить за ним. А еще он шагал через тени, и его противники тоже. Казалось, что сражаются не существа из плоти и крови, а тени иного мира.

Я с ужасом успевала заметить только отдельные взмахи мечей, брызги крови, слышала звон стали, вскрики.

Один из дроу упал и не шевелился.

Зан снова дрался с двумя противниками. Темноволосым убийцей служителя и проклятым фанатиком Бан’аэртом.

Один против двоих. Я забыла как дышать. Только сжимала в одной руке маленький камешек артефакт, последний в моем арсенале, а другая рука шарила в сапоге, пытаясь достать нож, но пальцы меня не слушались, никак не желая ухватить рукоять.

Где-то у входа кричали люди. Но за шумом в ушах я не могла разобрать ни слова.

Перед глазами больше не вспыхивали образы смерти моего отца или прошлого ранения Зана. Я все еще слабая человечка. Не жрица. Но я еще жива. Я больше не ребенок, впервые увидевший зло. Я не прячусь. Я готова к бою. И я должна защитить свое.

На рубашке Зана расплывалось красное пятно, но и темноволосый дроу отлетел в сторону от его удара. Вспышка тьмы, и Зан возник за его спиной, безжалостно хватая за волосы и перерезая горло.

Я же только и ждала подобного момента. Бан’аэрт остался на секунду один. Направляя просьбу к Пламени, я размахнулась и, добавляя нужные слова, кинула камешек в спину Бан’аэрта.

Камень попал ему в руку, вышибая меч. Темный эльф вскрикнул от боли, покачнулся. Но когда рядом появился Зан, Бан’аэрт парировал коротким кинжалом в левой руке. Даже раненый и обезоруженный он оставался опасным противником.

Зан тяжело дышал. Их удары стали медленнее. Но все же у Зана в руках был меч, а у Бан’аэрта только кинжал. Один четкий удар, который Бан не смог отразить, пинок, и дроу упал в одну из чаш, огонь с радостью перескочил на тело. Криков не было. Дроу был мертв.

Зан замер один между чашами с огнем. В чужой и своей крови, с побледневшим лицом. Он прижимал руку к боку и смотрел на меня нечитаемым жестким взглядом, словно продолжал просчитывать риски, предугадывал следующее движение противника.

– Зан! – я бросилась к нему, чувствуя невероятное облегчение, – ты жив!

Он покачнулся и упал бы, если бы я не подхватила его. Его вес почти повалил меня на пол.

– Это ненадолго, – тихо ответил он. – Яд… тот же, что убил моего отца… иронично… но я, Бан и Лио были последними живыми дроу из того отряда. Твоя месть…

– Плевать на месть! – воскликнула я, помогая ему устоять и сделать шаг. Только он шел не в ту сторону, – нужно найти лекаря!

– Нет, – покачал головой Зан, делая еще несколько неуверенных шагов вперед, – от этого яда нет спасения… прости… зато теперь тебе не нужно выбирать…

Он сделал еще шаг и растворился во тьме.

– Что? – я испуганно хватала воздух вокруг несколько секунд, пока не поняла, что он лежит на алтаре. – Какого?! Зан!

Я пробежала оставшиеся несколько шагов, рухнула на колени у алтаря. Камень был обжигающе ледяным, а кожа Зана горячей, будто он сам был огнем.

– У тебя же есть нож, – прохрипел Зан, на его губах пузырилась кровь, – проведи ритуал… так я хоть на что-то сгожусь тебе…

Я отчаянно шарила руками по его груди. Рана на боку не выглядела такой уж ужасной, но вены вокруг набухали и темнели. Зан был прав насчет яда. Но какой в бездну ритуал! Не нужна мне никакая жрица! Мне нужен живой Зан.

Он поймал мою руку и потянул к губам, но резко обмяк, выпуская мои пальцы. Его рука бессильно упала. Глаза закатились.

– Нет! – испуганно прошептала я, – не смей оставлять меня! Только не так.

На глаза наворачивались слезы, в ушах шумело, позади слышались крики, кровь Зана попадала в желобок тянущийся вдоль алтарного камня и медленно текла вниз.

Я не знала, что делать. Я чувствовала как его сердце медленно бьется под моей ладонью. Но у меня не было с собой ни трав, ни мази. Я отправила свою искорку в его рану, но ничего не произошло. Я не чувствовала что происходит у него внутри. Мою слабую силу блокировал алтарь.

Я попыталась стянуть Зана с камня, надеясь, что так я смогу ему помочь, но его тело будто приросло к алтарю. Сколько бы усилий я не прикладывала, он не сдвинулся ни на миллиметр.

– Нет! – прошептала я, оглядываясь по сторонам. Никто не мог мне помочь. Куда бежать? Кого звать? Я снова одна! И причина все та же.

Взгляд задержался на одной из чаш с огнем. Пламя. Жестокое и милосердное. Всюду только Пламя.

Я подняла голову к чаше висевшей над алтарем.

– Великое Пламя, ты и твоя жрица забрали у меня все, – едва слышно прошептала я, но с каждым следующим словом я говорила все громче и громче, не сдерживая накопленную за прошедшие годы ярость и боль: – Я столько лет трудилась, выживала, чтобы теперь ты забрал еще и его?! Не смей. Слышишь? Пламя! Ты мне должен. Хотя бы его жизнь. Не даешь отомстить, хотя бы его мне оставь. Спаси его. Он мой супруг! Моя защита и опора! Зан’тал должен жить! Должен!

Я продолжала кричать, срывая голос, захлебываясь слезами. Когда силы почти иссякли, я продолжала шептать. Не могла остановиться. Не могла бросить его.

Отдать чужой женщине? Если это сохранит ему жизнь? Да!

– Он должен жить! Он не заслужил умереть так. Только не так. Зан’тал… Моя Стальная Слеза… Я привела тебя сюда, но ты не должен был умирать из-за меня. Будь со мной. Ты мне нужен.

Пальцы Зана были холодными. Но они у него и раньше часто были холодными. Я прикоснулась к ним губами, пытаясь согреть.

Резко вскинула голову и посмотрела на чашу качавшуюся над алтарем.

– Ты же Пламя! Как ты смеешь морозить его! Согрей его! Верни его! Забери, что хочешь! Я давно мертва! Забери мою жизнь если хочешь!

Огонь в чаше взметнулся вверх и перелилось через край, падая на