Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

— Не нужно накладывать на него ограничения, — пробасил командор, на что старый рунописец только фыркнул:

— Не тебе такое решать, светлый! Хочу и накладываю! Пяти разломов в год, думаю, ему будет достаточно. Если потребуется помощь с такими вот глубинами, увеличу блок на единицу. Нет, стоп! Вы же тёмным огнём по нему прошлись, верно? Конечно им, чем же ещё? Что я, ожогов не вижу. Так. Значит, нужно позаботиться о том, чтобы такого больше не повторялось. А как? Нет, тут определённо нужно подумать. Дважды делать одно и тоже меня не устраивает. Хм… Какая интересная задачка.

Старик задумался, потеряв ко мне всякий интерес.

— Ты выполнил свою задачу, покоритель разломов. Храм Скрона подготовит награду и передаст её в Кострищ, — произнёс туманный служитель Храма. Он подошёл к существу, что некогда было Хозяином — от него остался только один остов. Всё остальное находилось в моём инвентаре.

— Хотелось бы получить информацию про внешний вид и параметры этого чудовища. Храм Скрона готов хорошо тебе заплатить за эту информацию.

— Где наши кольца? — Наина из клана Гурфанов встала надо мной, внимательно всматриваясь в мои пальцы. Ничего там не было, а перчатки из мифрила подстроились под сильно похудевшие руки.

— Судя по потому, что мы видим — растворились, — заметил служитель Храма Скрона. — Как броня, стальные кубы и амулеты. Гниль забрала с собой всё. От Хозяина разлома остался эксклюзивный амулет. Считаю, что покоритель разломов имеет на него все права. Командор?

— Цитадели не нужны тёмные вещи, — ответил светлый, но Наина явно не унималась. Противная тётка из Гурфанов даже перевернула меня, думая, что я лежу на чём-то ценном. То, что я был голым, её не заботило.

— Если нет колец и амулета, каким образом он выжил? Почему его не разъела гниль?

— Было использовано «Лечение» и «Лечебная аура», — предположил кто-то.

— Откуда у него столько маны?

— Это легко проверить, — произнёс служитель Храма Скрона. — Амулета, блокирующего «Анализ», у покорителя разломов нет. Полагаю, Седрик Джоде уже всё увидел.

— Ну? Откуда у него мана? — Наина резко развернулась к брату Аделины, но тот остался невозмутим:

— Информация по камням и параметрам развития Максимилиана Валевского является тайной клана Бартоломео. Мы не намерены раскрывать способности одного из своих представителей.

— Светлый не принадлежит твоему клану! — рявкнула противная тётка.

— Он жених Наиры Джоде, — ответил Седрик. — Это делает его важной частью нашего клана. Совет клана принял решение, что охотник на тёмных будет считаться высшим иерархом клана, временно находящимся вне клана.

— Четыре кольца! — Гурфанов явно было не остановить. — Он уничтожил четыре наших кольца!

— А также нашу фамильную ценность, — подтвердил Седрик. — Эта та жертва, которую мы принесли для того, чтобы сейчас иметь возможность разговаривать. Если бы не кольца и амулет — покоритель разломов не смог бы дойти до Хозяина. И нам бы пришлось делать это самим. Либо терять большую часть ваших земель. Ваших, Наина Мойзес. Клана Гурфанов. Максимилиан Валевский связан с кланом Бартоломео, и мы считаем, что вы нам весьма задолжали.

— Храм Скрона считает, что все споры по этому поводу сейчас бесполезны. Как и вопросы, почему клан Гурфанов не предоставил кольца, блокирующие влияние гнили. Этот вопрос мы будем обсуждать отдельно, в другом месте и в другом составе. Сейчас покоритель разломов находится в чудовищном состоянии. Ему требуется восстановление. Мы откроем портал в Кострищ и вернём его домой. Как и было обещано.

— В Кострищ он не вернётся! — неожиданно заявил командор. — Тёмный смертник по кличке Макс предстанет перед судом анклава Цитадели! Он отказался выполнять приказ командора Цитадели, отказался исполнять свой долг. Анклав вынесет своё справедливое решение и определит меру наказания этого смертника!

— Макс, Аделина транслирует всё, что у вас происходит Кималю, — раздался голос Алии. — Ректор требует, чтобы ты молчал и на всё соглашался. Даже если тебя отправят в Цитадель и назовут смертником. Верховный епископ тебя вытащит. Главное никуда не влезай.

Собрав волю в кулак, я совершил невероятное — положил руку на бедро, где находился символ связи с моей будущей женой. Благо для этого требовалось минимальное движение.

— Выгони его! — прорычал я. На речь мои слова походили слабо, но Алия сумела понять смысл моего рыка.

— Макс, его не за что выгонять. Никакого артефакта не было. Кималь Саренто попросил рассказать тебе о том, что я буду жертвовать ребёнком и собой, чтобы тебя мотивировать. Если не веришь, посмотри сам — в записной книге нет никаких артефактов. Прости меня, Макс, но по-другому мы не могли тебе помочь. Только так ты мог пройти этот разлом. Мы обсудим это, когда ты вернёшься. Сейчас просто молчи. Командор нарушает все возможные правила Цитадели. Видимо, только недавно находится на этой должности, ещё не понял основные принципы отношений между светлыми и тёмными.

— Храм Скрона обещал доставить Максимилиана Валевского в Кострищ, — туманный служитель неожиданно для всех встал на мою сторону. — Командор Цитадели желает, чтобы мы нарушили данное слово?

— Мне нет дел до ваших слов и обещаний! — светлый не собирался сходить с выбранного пути. — Этот смертник отправится в Цитадель, где предстанет перед судом. И только он решит, что делать с ним дальше. Или Храм Скрона желает оспорить моё решение?

— Мастер Мерам? — туманный тёмный обернулся к рунописцу, что уселся неподалёку и что-то писал в своих книгах. Подняв голову, старик безучастным взглядом посмотрел на всех, после чего вернулся к своим записям, проигнорировав вопрос.

— Мастер Мерам! — повысил голос служитель Храма Скрона.

— Да что вам от меня надо? — раздражённо ответил старик, отвлекаясь от своих записей. — Валевский никуда не уйдёт, пока я не закончу разработку новой блокировки. Чтобы вы не смогли её выжечь тёмным огнём. Потом делайте с ним что хотите, мне без разницы. Не явится в этом году на обучение — пять лет его принимать не буду. Я всё сказал. Всё, умолкните все. Надоели отвлекать.

— Мне нужен портал в Цитадель, — потребовал командор. Удивительно, но противиться этому никто не посмел. Кроме рунописца. Мастер Мерам оторвался