Я Зомби Навечно? Мда… "Повезло"! Финал - Алексей Сказ

Они не знали, кто страшнее — твари, которые их преследовали, или синекожая женщина, стоящая посреди ледяного ада.

Десятки стволов поднялись, нацелившись на Азуру.

Азура смотрела на направленные стволы с лёгким презрением. Хотя нет, даже не с презрением, а скорее со снисходительным весельем. Как взрослый смотрит на детей, угрожающих ему палками.

— Интересно, — протянула она, — это такое местное приветствие?

— Не двигаться! — один из военных, молодой парень с трясущимися руками, сделал шаг вперёд. — Руки за голову! Медленно!

Азура подняла бровь.

— Или что?

Парень сглотнул. Его палец дрожал на спусковом крючке, но что-то в глазах синекожей женщины говорило ему: это плохая идея. Очень плохая.

— Я сказал…

— Отставить!

Голос раздался из головной машины. Из «УАЗа» выбрался здоровенный мужик — контуженный, лицо в крови, но живой. Вояка — тот самый тип, который столько раз вынес мозги нам с Митяем.

Он прищурился, вглядываясь в фигуры за спиной Азуры. Его взгляд скользнул по нам, остановился на Лере…

— Лера?..

А потом увидел Митяя.

— Пухлый?.. Это ты⁈

— Кто тут пухлый⁈ — возмутился Митяй. — Папочка сбросил пару кило в Авалоне! Это теперь чистые мышцы!

Вояка моргнул. Потом ещё раз. Кажется, он пытался совместить в голове знакомые лица с незнакомой экипировкой — бронёй, оружием, аурой силы, которой раньше не было.

— Какого хрена… откуда вы…

— Долгая история, — Лера шагнула вперёд. — Где отец?

— Здесь. — раздалось из второй машины.

Дверь открылась и…

…вышел отец.

Калаш выглядел старше, чем я помнил. Больше седины в волосах, глубже морщины вокруг глаз. Последние недели — или сколько там прошло — явно дались ему нелегко.

Его взгляд нашёл Леру, и в глазах мелькнуло облегчение. Потом он посмотрел на меня и… замер.

Да уж, я тоже немного изменился с момента, как мы виделись последний раз. Мое тело сейчас частично было покрыто костяной бронёй, а белые глаза, в которых кружились галактики, гипнотизировали. Это не считая ауры смерти, от которой мелкие твари разбегались в ужасе.

Отец медленно поднял автомат.

Военные вокруг, увидев реакцию командира, тоже вскинули оружие. Теперь стволы смотрели не на Азуру, а на меня. Вот только…

— Командир, это же монстр! — выкрикнул молодой солдат. — Надо его…

— Вы, дебилы, опустите стволы! — рявкнул Калаш. — Быстро!

Военные замерли в замешательстве.

— Но командир…

— Это не монстр, идиоты. — Калаш опустил автомат. Его голос был хриплым, в нём мешались горечь из злость. — Это Макс, мать вашу. Мой сын.

Тишина.

Солдаты переглядывались, не зная, что делать. Некоторые опустили оружие, но другие продолжали целиться, хотя уже неуверенно.

Я сделал шаг вперёд.

— Привет, батя, — я позволил себе лёгкую улыбку. — Вижу, у вас тут вечеринка. Решили присоединиться.

Калаш медленно опустил автомат до конца.

— Макс… — он сделал шаг вперёд, потом остановился. Не знал, как себя вести. Обнять? Отступить? — Какого хрена с тобой произошло?

— Долгая история, — я повторил слова Леры. — Расскажу по дороге. Сейчас важнее другое.

Я обвёл взглядом разрушенную улицу, багровое небо, замороженные трупы тварей.

— У нас мало времени. Барьер в небе убивает всё живое и люди без защиты протянут два-три дня, максимум.

Калаш нахмурился.

— Мы знаем. Уже потеряли нескольких…

— Мы можем это остановить, — я указал на Азуру и команду. — Но нам нужна информация. И база для операций.

— База в десяти километрах, — Калаш кивнул на машины. — Залезайте. По дороге расскажешь свою «долгую историю».

Он повернулся к солдатам.

— Чего встали⁈ Грузимся! Живо!

Военные зашевелились, всё ещё бросая на нас настороженные взгляды. Но приказ есть приказ.

Митяй хлопнул Вояку по плечу — тот аж присел от неожиданности.

— Не ссы, братан! Папочка теперь на светлой стороне силы! Ну, относительно светлой. Ну, это как посмотреть…

— Митяй, — я покачал головой. — В машину.

— Есть, капитан!

Мы начали грузиться. Азура скользнула в кузов грузовика с грацией кошки. Ника села рядом со мной.

— Ты как? — тихо спросила она.

Я посмотрел на отца, который занимал место за рулём «УАЗа». На его напряжённые плечи, на то, как он избегал смотреть в зеркало заднего вида.

— Разберёмся, — ответил я.

Двигатели взревели. Колонна тронулась.

Добро пожаловать домой.

Глава 14

Броневик трясся на разбитой дороге, и я невольно подумал, что телепортация в Авалоне была куда комфортнее.

Внутри воняло соляркой, потом и страхом. Последний ингредиент добавляли земные спецназовцы, сидевшие напротив нашей команды. Суровые мужики в потёртом камуфляже, с автоматами на коленях, смотрели на нас не мигая.

И я их понимал.

Потому что напротив них сидел… ну, скажем так, колоритный состав.

Митяй жевал какой-то батончик из Авалона, который достал из инвентаря. Крошки падали на его броню, и он даже не замечал. Рядом с ним, прислонённая к стенке, стояла дакимакура с 2D-вайфу в специальном чехле — непонятно, зачем он её очередной раз вытащил.

Лилит прижималась к нему, её хвост обвивал его ногу. Суккуб с брезгливостью осматривала грязный транспорт, морща носик.

— Хозяин, — она тихо прошептала, — здесь пахнет… неприятно.

— Это называется «аутентичная атмосфера», пет, — Митяй похлопал её по голове. — Привыкай. Как ты знаешь это родина папочки.

Азура сидела в углу, её синяя кожа мерцала в полумраке кузова. Она смотрела на спецназовцев с выражением, которое я видел в зоопарке у посетителей, наблюдающих за забавными зверушками.

Один из вояк не выдержал.

— Это что, — он сглотнул, — косплей-фестиваль какой-то?

Митяй поднял голову, прожевал батончик и ухмыльнулся.

— Не, мужик. Это патч 2.0. Ты просто не обновился.

Солдат моргнул, явно не понимая.

— Чего?..

— Забей, — Митяй махнул рукой. — Тебе рано такое знать. Сначала докачайся хотя бы до десятки.

Азура наклонила голову, разглядывая интерьер броневика.

— Любопытно, — произнесла она. — Эта машина ездит на взрывах мёртвых динозавров?

Вояки переглянулись.

— Чего?..

— Нефть, — пояснил я. — Она имеет в виду нефть.

— А, — Азура кивнула. — Мило. Примитивно, но мило.

Я оставил их развлекаться и перебрался на переднее сиденье, к отцу.

Калаш вёл машину молча, его руки сжимали руль с силой, что аж костяшки побелели. Он смотрел на дорогу,