За гранью иллюзии - Лев Жуковский

порядком успокоился, ведь такое происходило лет десять назад. Да и что там говорить, нет никому никакого дела, в том смысле, что аристократам до старого рыцаря, но от этого ощущение допущенной ошибки всё равно было неприятным.

Благо, печальные мысли недолго занимали мою голову. Потому как пришёл просто дикий звериный голод и его нужно было утолять. Но сначала я убрал все ценности в пространственный мешок, а его замкнул в металлический сейф, расположенный под кроватью. Надеюсь, этого будет достаточно для сокрытия следов убийства. Конечно, для обыска дома должны быть веские доказательства, ну или хотя бы один труп в наличии, чтобы набраться храбрости вскрывать сейф младшего офицера. Но опять же, всё зависит, кто именно стоял за этими шелудивыми псами Шаора. Если это один из виконтов, как наш полковник Овцев, то неприятности в любом случае будут иметь место, в том или ином виде, а вот какой-нибудь безземельный барон как мой ротный Малихов или тем более интендант вряд ли вообще сможет связать меня с гибелью одной из банд нашего города. Но опять же, разговор в большей степени идёт о штрафе и его размере, но никак не о моей жизни. Ведь за убийство гражданских офицеров Герцога не казнят, пусть даже и младших, тут именно что нужно, к примеру, украсть Эрги, и вот это ещё придётся доказать.

Одевшись в походный плащ, я поднялся на кухню. Уже рассвело, и все масляные лампы были потушены. Тали что-то нервно шинковала на разделочной доске. В горшках в печи вкусно парила каша, а она снова что-то недовольно бурчала себе под нос, и похоже, эту её привычку искоренить просто невозможно.

— Как можно было так опозориться? Что господин обо мне подумает? — обескуражено шептала она, при этом с силой разрезая стебли салата.

— Пожалуйста, не убивайте, — как будто передразнивая саму себя, фыркнула она под нос, — да если бы господин хотел тебя убить, ты бы даже не заметила этого, как вчерашние тупоголовые бандиты Шаора! — продолжила Тали выговаривать сама себе. — Теперь господин точно меня выгонит, зачем ему такая наложница, которая даже язык за зубами держать не может?

— Тали, накрывай на стол! — произнёс я, проходя за обеденный стол.

В очередной раз её выдержке, в отличие от Восприятия, можно было даже позавидовать. От испуга она только уронила нож, но при этом успела прикрыть рот руками, поэтому вскрик был почти не слышен. Мгновение она собиралась с мыслями.

— Простите, господин, сейчас же накрою! — слегка паническим голосом произнесла моя Тали, по-прежнему стоя ко мне спиной.

— Приготовься и поворачивайся медленно, теперь я выгляжу немного более пугающе, чем обычно. Но это уже никак не изменить, поэтому привыкай потихоньку, при свете дня это будет не так страшно, — слегка хриплым голосом произнёс я.

Мне никак не удавалось привыкнуть к отсутствию нормальных губ, да и с гортанью тоже произошли некоторые изменения. Тембр был как неживой и какой-то холодный. Старался произнести слова тише — хрипел. Чуть громче — начинал клокотать и пощёлкивать, словно арахнид. Тем временем, Тали медленно повернулась в мою сторону. Её и так большие красивые глаза сейчас словно вылезли из орбит, а губы мелко задрожали, что делало её в этот момент ещё милее, чем обычно. Наверное, так она выглядела даже моложе, словно подросток.

— Господин, простите, — упала она на колени, — простите!

Кажется, всё-таки нужно её вразумлять. Встав из-за стола и взяв из шкафа бутыль с вином, я подхватил дрожащую и медленно отползающую от меня Тали. Она на мгновение только вздумала начать визжать и вырываться, но предвидев это, я гаркнул во весь голос:

— Пей!

Она нехотя, но всё же выпила целую бутылку одним залпом. Продолжая держать её на весу одной рукой, посадил прямо на разделочный стол.

— Ты что это удумала? Какого нургла с тобой происходит? Что за неисполнительность и непослушание? Я думал, мы уже прошли тот этап с наказанием розгами, или это не так? — вкрадчиво спросил я.

Неожиданно она заёрзала пятой точкой, недавно упомянутой. Всё же выпитый крепкий алкоголь не только обжёг горло, но и встряхнул мысли в её голове. Взгляд стал более осмысленный, при этом я держал её так, чтобы она не могла отвернуться от моего лица. Наверное, зрелище было очень пугающее, когда в полуметре от тебя стоит недовольный крупный арахнид. Но Тали справилась, и этот факт меня, честно говоря, радовал.

— Господин, а можно потрогать ваше лицо? — совершенно непоследовательно спросила она, протягивая свою руку.

Конечно, всё это детское баловство, и надо было сразу отходить её розгами, а не тратить дорогое вино. Но, наверное, я стал смягчаться на её счет, постепенно привыкая к тому факту, что дома меня кто-то ждёт. Она дотронулась до щеки, затем до носа. Внезапно смутилась и опустила взгляд. Но всё это, вино на голодный желудок и бессонная ночь, начало потихоньку брать над ней верх. Я молча вернулся за стол. Но глядя, как Тали неловко спрыгнула на пол, понял, что нормально поесть прямо сейчас однозначно не получится. Она, правда, ещё попыталась на практически негнущихся ногах взять непослушными руками поднос, но это явно была уже агония. Подхватив её на руки, отнёс в гостиную и аккуратно положил на диван.

А ведь есть хотелось всё больше. Взял подготовленную сумку для торговца, пару ломтей хлеба и кусок вяленого мяса побольше, после чего отправился в центр нашего города. Сегодня мне обязательно нужно продать старый средний доспех, а взамен подобрать что-нибудь достойное. Может быть, даже временно. Но приходить на службу в халате или плаще будет слишком даже для такого старого рыцаря, как я. Как минимум, это породит абсолютно ненужные мне слухи.

Путь был неблизкий, не меньше часа пешком. Как раз по дороге можно будет нормально позавтракать в харчевне, так как взятая мной дома еда быстро провалилась в желудок и словно бы мгновенно в нём растворилась. Утро ещё толком не наступило, и посетителей в харчевне, можно было сказать, раз-два и обчёлся. Хозяин за стойкой был старым опытным ветераном, и ему хватило ума не заглядывать под заранее глубоко натянутый капюшон. Ведь имя посетителя можно узнать, воспользовавшись просто справкой.

— Господин Корвин, доброе утро. Рад вас видеть в добром здравии. Желаете перекусить или выпить? — произнёс трактирщик уважительно.

— Здравствуй, Зур, ты что, ещё жив, доходяга, как там твоё здоровье? — произнёс я хрипло.

—