Рассказы - Тэд Уильямс

Она покачала головой и ушла.

Идущий-по-Ветру встал на две ноги и пошел в деревню в рассветном свете. Когда он вошел меж домов, собаки начали выть в возбуждении и ужасе, крича: «Один из Старейших здесь! Спустите нас, чтобы мы могли защитить наших новых хозяев! Мы прольем его кровь!»

Идущий-по-Ветру свистнул с отвращением.

— Вы быстро меняете верность, — сказал он им. — Что Народ когда-либо сделал вам, что вы должны продавать себя этим жалким отражениям?

Но собаки были слишком безумны от возбуждения, чтобы говорить с ним как следует.

К этому времени люди, которые не были Народом, начали появляться, боязливо глядя из своих дверных проемов. Некоторые из мужчин выбежали, чтобы окружить Идущего-по-Ветру, тыча в него копьями и ножами. Они носили одежду, сделанную из рваных шкур животных, и у них были волосы на лицах. От запаха их страха ему стало дурно. Когда они окружили его, он остановился и поднял руки.

— Я не враг, — медленно сказал он словами их языка. — Я хочу поговорить с вами, чтобы положить конец вражде.

Мужчины и женщины смотрели на него в изумлении. Один из крупных мужчин вышел вперед, пузатый и высокий.

— Смотрите, — сказал он, — это настоящий демон. Он смеет ходить под оком солнца.

Идущий-по-Ветру видел, как другие люди, которые не были Народом, смотрели на этого человека со страхом и надеждой.

— Если ты отец этой семьи, — осторожно сказал Идущий-по-Ветру, — то я выражаю тебе почтение и прошу, чтобы ты исправил неправду, дабы твой народ и мой могли жить вместе. Вы убили того, кого не должны были убивать.

Большой человек сузил глаза.

— Значит, у демонского щенка есть родитель. — Он повернулся к своим людям. — Теперь вы видите, что за неестественная тварь преследовала нашу деревню. Что нам с ним делать? Отпустим ли мы его снова?

— Нет! — закричали люди, которые не были Народом. — Убейте его!

Идущий-по-Ветру, удивленный и встревоженный, повернулся, чтобы покинуть деревню, но копья теснили его, покалывая кожу.

— Вы убили бы меня, пришедшего к вам с миром? — сказал он.

— Не слушайте это существо, — сказал большой человек. — Демоны могут использовать наш язык, чтобы накладывать чары, отравлять слушающие уши.

— Но что, если убийство этого навлечет другого? — спросила старая женщина. — Как убийство щенка навело на нас этого?

Большой человек поначалу казался рассерженным, что кто-то еще заговорил, но затем улыбнулся.

— Мы дадим этому такую смерть, которая заставит других демонов задуматься. Мучительную смерть. — Он повернулся к мужчинам с копьями. — Наденьте цепь для быков ему на лодыжку. Он не сможет принять свой демонический облик до заката, так что мы сожжем его, когда солнце будет высоко в полдень, и его дым поднимется так, что все другие демоны увидят и побоятся приближаться к нашей деревне.

И хотя потребовалось много мужчин из людей, которые не были Народом, чтобы одолеть Идущего-по-Ветру, они наконец справили его, повалили и притащили к амбару на краю деревни, надели цепь ему на лодыжку, закрепив другой конец за камень в стене, и оставили его там. Сначала многие жители деревни приходили посмотреть на него и поглумиться, но было много работы по постройке погребального костра в центре деревни и подготовке пира, который должен был сопровождать сожжение, так что в конце концов его оставили одного.

Идущий-по-Ветру знал, что если бы он только мог принять свой четырехлапый облик, он мог бы выскользнуть из цепи, но у него не было сил изменить себя, когда жаркое солнце стояло посреди неба. Через утомительный час он сдался.

— Значит, я умру, — сказал он себе. — И однажды они поймают Чующую-Близкий-Дождь, и она тоже умрет.

Он посмотрел на цепь вокруг своей лодыжки, на тяжелые звенья темного металла. Даже со своими лисьими зубами он знал, что не сможет перегрызть такую мощную цепь. Но мысль о Чующей-Близкий-Дождь была в его сердце, причиняя боль, и он также чувствовал огромную тоску по запахам и ветрам своего соснового леса.

— Теперь это кровная вражда и для меня тоже, — сказал он. — Или скоро будет.

И он принялся искать способ сбежать.

***

В последующие годы деревню людей, которые не были Народом, так преследовала пара похищающих детей демонов, что число живших там людей сокращалось, пока они покидали деревню в поисках более безопасных жилищ, и никого не осталось, лишь разрушающиеся каменные стены. Но демоны не ушли и оставались в том месте даже после того, как каменные обезьяны исчезли, оба в облике серых лисиц: одна с очень яркими, очень желтыми глазами, другой — на четырех ногах, но только с тремя лапами.

И из-за всего, чему они научились в деревне людей, которые не были Народом, когда наконец пришло время Идущему-по-Ветру и Чующей-Близкий-Дождь покинуть свои тела, они стали голосами-тенями в великом Доме Народа и говорят там до сих пор с теми, кто готов слушать.