Альфа-ноль - Артем Каменистый

Я, конечно, не стремлюсь к тому, чтобы сразу забраться в Лабиринт на максимальный срок. Для начала надо разведать, освоиться, а уже потом думать о серьезных заходах. Однако неизрасходованные дни никуда не пропадут, я смогу их задействовать позже. Не забирая время на отдых, я даже с текущими показателями получаю минимум полтора дня в неделю, плюс возможны полные три, если попаду в десятку.

Но тут есть два момента.

Первый: три дня — это много. Это означает, что придется сидеть в Лабиринте в то время, когда другие ученики занимаются непосредственно учебой. И мне надо как-то от них не отставать. Есть намеки на решение проблемы, но понятно, что это прибавит сложностей.

Второй момент: лидерство еще заслужить надо. Когда с меня сняли десять баллов, я скатился на семьдесят вторую позицию. Лидер рейтинга — любимчик мастеров Дорс — красовался на сто девятой.

Разницу в тридцать семь баллов требовалось перебить за две недели, а это прилично. Если говорить о начальном этапе обучения — цифра невозможная. Тогда мы только и делали, что скатывались, и прогресс заключался лишь в разной скорости потери позиций. Сейчас ситуация значительно улучшилась, но ведь и Дорс на месте не стоит. Мало того, многие мастера частенько поощряют его откровенно ни за что. Очень уж у него семья серьезная, и, кто бы что ни говорил, нет в империи места, где такое происхождение проигнорируют.

Соревноваться с любимчиком на равных сложно, а с таким разрывом и вовсе почти невозможно.

Но я старался. Я изо всех сил старался. Я не упускал ни единой возможности. Я уподобился хищнику, караулящему дичь из засады.

Только моя дичь не из плоти и крови. Моя дичь — это возможности.

Возможности урвать балл-другой.

⠀⠀

Мастера Гнория ученики прозвали Снотворным. Предмет история — не самый важный для нас, но это не умаляет его увлекательности. Надо хорошенько постараться, дабы рассказами о славных деяниях старины вызывать тотальную сонливость.

Гнорий старался.

Старался успешно.

Едва подавив в себе желание зевнуть от всей души, я, напрягая мозг, из последних сил попытался уловить смысл слов мастера.

Увы, получилось так себе. Тема сама по себе неинтересная, плюс Гнорий своему амплуа не изменял — ученики зевали после каждого его слова (в количестве которых мастер не скупился). Он их и растягивал, и смешивал неблагозвучно, и цедил с паузами, и архаичными выражениями увлекался, и высокий градус монотонности поддерживал. Будто колыбельную без музыки пел. Ему бы психотерапевтом устроиться, дабы успешно лечить расстройства сна.

Педагогика — явно не его тема.

— Итак, ученики, я поведал вам о падении последнего из Нрамов и его царства. Лишившийся страны и семьи, правитель бежал в края, о которых нельзя упоминать без содрогания. Свою кровь он принес самым нечестивым созданиям, врагам империи и всего живого. Да пребудет слава императорского рода в веках за то, что оградил нашу великую страну от темных веяний. Да будут вовеки заперты нечестивые вдали или пускай сгинут все, дабы осталась о них лишь память недобрая да обожженные камни, из которых построены проклятые жилища изгнанников. Кто-нибудь хочет что-нибудь спросить? Ведь это одна из самых интересных тем последних времен, и я лишь вершки ее осветил перед вами. Не может быть, чтобы никому не захотелось углубиться хотя бы в некоторые моменты.

На последнем слове в задних рядах кто-то не выдержал и зевнул во весь голос. Некоторые из особо бодрствующих не вполне сумели сдержать смешки, но мастер Гнорий на это никак не отреагировал. Привык, что на его лекции ходят за снотворным, однако все равно выжидает.

Я мысленно вздохнул. Мне, если честно, плевать как на царя Нрама, так и на его царство. Но баллы сами не начисляются, их надо как-то зарабатывать.

Любой ценой.

Поднявшись, чуть склонил голову:

— Мастер Гнорий, я видел старую карту. Царство Нрамов невелико, и оно всегда относилось к нашей империи враждебно. Почему Нрамов не прогоняли так долго? Этот момент я не понял.

Гнорий не просто заулыбался, он засиял. Нечасто ученики на его занятиях занимаются чем-то кроме подавления сна. На моей памяти наблюдалось всего-то два случая, и оба раза это оказались интереснейшие темы, освещающие самые драматические страницы истории Равы. Даже все усилия мастера не смогли тогда усыпить всех, потому как жестко задевали интересы многих семейств.

— Прости, ученик, как твое имя?

Да уж, историк даже список не удосужился заучить. Действительно, педагогика — не его призвание.

— Чак из семьи Норрис.

— Чак, это хороший вопрос, и признаю, я действительно не уделил ему должного внимания. К сожалению, история империи богата на события, а времени на такой важный предмет у нас отводят недопустимо мало. Итак, как ты заметил, царство Нрамов даже в период максимального расцвета не отличалось значительными размерами. То же самое можно сказать и о населении, оно никогда не было выдающимся по численности, как и армия. Некоторые имперские провинции царство превосходили и, будь война честной, могли выиграть ее без помощи от прочих регионов империи. Так называемая аристократия царства не стоит отдельного упоминания. Будь моя воля, я бы не стал относить к ее представителям это определение, потому что от благородных в них было лишь название. Даже о Нраме и его семье нельзя говорить как о благородных, потому что его сила не имела отношения к истинному благородству. Сила рода зиждилась на единственном боевом артефакте — Трезубце Нрама. Это название в корне неверное, однако, к сожалению, оно прижилось, это оружие теперь прочно с ним ассоциируется. Все военные экспедиции империи вынужденно сворачивались только из-за Трезубца. География царства Нрамов позволяла атаковать его с существенно ограниченного количества направлений, где рано или поздно армия оказывалась в условиях, благоприятствующих применению Трезубца. И лишь при императоре Трае Четвертом возникла ситуация, в которой получилось хитроумно направить на царство существенные силы. При этом ударный кулак из сильнейших воинов древних кланов сумел сразиться с Нрамом лично. Бой выдался сложным и кровопролитным, и Нрам, к сожалению, его пережил. Однако это не означало его победу. Наоборот, он потерпел поражение и в серии последующих сражений был разбит окончательно. А все дело в том, что в той схватке Трезубец повредился. Поговаривали, он повредился так сильно, что стал Двузубцем. То есть потерял один из зубьев. Без артефакта царство Нрамов оказалось заурядным противником и было легко разгромлено после отдыха и перегруппировки имперских сил. Его