Саламандра - Полевка

как глаза Тиро вначале распахнулись от удивления, а потом внимательно прищурились в раздумье, — да, именно так, шпиона. Ты ведь сам понимаешь, что их идея свергнуть императора и правящую семью не могла так просто пройти мимо недовольных. После того, как Шарп в свое время вырезал часть аристократии, он наверняка нажил себе врагов среди их родни. Ведь многие семьи устраивают браки между собой, а это значит, что тайных врагов осталось немало. Наверняка, колдунов здесь ждали и поддерживают, а это значит, сегодня будут и те, кто попытается выслужиться перед ними. Надо присмотреться, кто придет сюда не ради свадьбы и выпивки, а ради того, чтобы поразнюхать и присмотреться.

— Как ты собираешься определять их? — Тиро потер подбородок, — нет, конечно, мы присмотримся к тем, кто попытается войти в мастерские стекольщиков или кузницу, но ты ведь тоже что-то придумал? Почему именно кухня?

— Ты ничего не забыл? — Лекс затянул Тиро на кухню и насмешливо посмотрел на здоровяка, — оглянись, что ты видишь?

— Все работают, — Тиро осмотрелся, — Олива молодец, все заняты… еды должно хватить, но лепешек маловато… — Тиро поморщился, — может, в таверне купить, что у них там есть из мучного?

— Тиро, ты не на то смотришь, — Лекс вздохнул, — представь, что это не твоя кухня. Представь, что ты здесь впервые, что ты видишь?

— Кухня как кухня… — Тиро пожал плечами и осмотрелся, — все, как у всех: камин, столы, лавки, стены… ооо!!! Я не успел перебелить стены! Они все разрисованы этими, как его… червячками… цифрами! Не теми, что обычно, а колдовскими! Ну да, прости, — Тиро пожал плечами, — не колдовскими, а божественными, но все равно, не теми, что обычно… А я и забыл про них. Перебелить стены? Сейчас крикну мальчишек… или что?

— Нет, Тиро, — Лекс усмехнулся, — мы на этих «червячков» будем ловить рыбку. Для любого человека это просто непонятные кривульки, но те, кто связан с колдунами, поймут, что на стенах что-то написано, а значит, он видел это раньше и, следовательно, общался с колдунами!

— Ну, не только… — Тиро поморщился, — Сканд бегал тогда в казармы, объяснял тамошним счетоводам систему «божественных чисел». Не скажу, чтобы его услышали, а если даже и услышали, то все равно, оставили все, как было. Чтобы мастера счетов вот так взяли и отказались от почестей? Чем сложнее вычисления, тем сложнее подсчет и, значит, больше почета за работу. Сделай вычисления простыми, и гильдия потеряет свой кусок хлеба у торговцев и в армии… кому они будут нужны, если каждый сможет с легкостью все посчитать сам?

— Тогда напишем сообщение именно для колдунов и посмотрим, кто на него среагирует, — Лекс усмехнулся, — это будет даже лучше. Вот и передадим колдунам послание, заодно точно вычислив их шпионов.

Лекс поставил Ламиля на пол и, подхватив пару угольков из камина, запрыгнул на стол, который стоял вплотную к стене, и написал: «ПЕРЕДАЙ РИЙАНГАХХРУ, ЧТО Я ЖДУ ВСЕХ НА РАССВЕТЕ».

— И что все это значит? — Тиро недовольно нахмурился, — что за непонятные цифры?

— Тиро, — Лекс спрыгнул со стола и отряхнул руки, — это сможет прочесть только тот, кто знает письменность колдунов. А значит, переписывается с ними, как шпион. Надо оставить здесь человека, который будет наблюдать за гостями. Одно дело, когда человек обратит внимание на непонятное украшение на стенах кухни, и совсем другое дело, когда он прочтет надпись. Он должен отличить надпись от цифр и, главное, прочесть ее. Поверь, это будет заметно.

— Хм, — Тиро задумался и заложил пальцы за пояс, — хитро, хитро. Действительно, цифры мог увидеть и тот, кто слышал разговоры Сканда, но вот письменность колдунов знает тот, кто с ними общался и был допущен к тайне. А это значит, не просто любопытный человек, а посвященный… А что там написано?

— Тиро! — Лекс засмеялся и обнял домоправителя, — поверь, ты узнаешь об этом, когда придет время, в первую очередь!

— Мне начинать ревновать? — на кухню зашел Сканд и недовольно раздул ноздри, — то ты с монахами запираешься, то с Тиро обнимаешься!

Лекс рассмеялся и позвал Лира с Маем. Вручив им Ламиля, велел собрать младших детей за домом и там поиграть во что-нибудь, так, чтобы дети не мешали взрослым, и только потом стал объяснять мужу, что он затеял. Сканд сообразил быстрее Тиро и сразу предложил оставить здесь пару человек. Одного раненого воина и Мая возле него. Он будет как бы с раненым, но сам сможет передать сообщение, если ловушка сработает. Он предложил того раненого, у которого был перебит позвоночник и он долгое время лежал пластом. Никто не знает, что он поправился, а значит, никто не обратит на инвалида внимание. Воин знает всех офицеров и большую часть сослуживцев, и часть из гильдии счетоводов. Май тоже часто бывает в казарме, как воспитанник из дома генерала. Тем более, что он собирается поступать в армию, как только дорастет до мерки, и знает многих воинов в лицо. А значит, сможет отличить военных от штатских, которые проберутся в дом, воспользовавшись толчеёй во дворе.

Сканд сразу распорядился закрыть мастерские щитами, как во время сезона штормов. Это убережет секреты от постороннего любопытства. И кухня с ловушкой для любопытных точно останется единственным местом, куда они смогут засунуть длинный нос. Лекс, подумав, согласился и предложил закрыть еще пару помещений, чтобы увеличить интригу для любопытных. Тиро засмеялся и, махнув рукой, пошел распорядиться старшим мальчикам, чтобы они достали из кладовой спрятанные щиты.

Из коридора вышел нарядно одетый Бэл, он тащил за руку упирающуюся Ма. Бэл был прекрасен в светло-лимонной тунике с палантином с богатой вышивкой на плече. Примерно таким же был и хитон у Ма. А голову с короткими волосами обмотали наподобие чалмы вторым палантином. Скорее всего, Кирель передал одежду для троих человек, но поскольку Тургул будет в форме, то второй палантин использовали, как украшение для Ма. Она была прелестна в новом хитоне, ее тело опять обрело былые формы, глаз полностью восстановился, и о прошлом напоминал только шрамик, пересекающий бровь.

— Да этот Тургул — счастливчик! — Лекс бросился к смущенной парочке, чтобы первым потискать новобрачных, — ты посмотри, какая красота ему достанется! И главное, не знаешь, кто красивее — очаровательный Бэл или восхитительная Ма! Но кое-что здесь неправильно… — Лекс внимательно посмотрел на взволнованного друга, а потом стянул со лба Бэла ленту ученика и, развязав узелок, подхватил отросшие волосы в низкий хвост, как у мастера. — Вот так будет правильнее. С этого дня ты будешь мастером стекловаров, а после дня тишины пойдешь в Сенат объявлять о создании