Мир жизни и смерти 11 - Павел Михайлович Пуничев

случае, я очень обрадовался ему, так как забравшись на его крышку, смог оглядеться поверх разрушенной стены, удостоверяясь в правильности своего предположения: к первым двум группам добавилось ещё и третья. И скоро они будут здесь.

— Так, парни, нападающие — на вас, моё дело — купол.

Одновременно с этим я вытащил из сумки мутный полупрозрачный полированный камень, по форме и размеру напоминающий обычное куриное яйцо, посверкивающее серебристыми искрами и хорошенько приложился им о стену. Яичко треснуло и вдруг начало раздуваться, будто мыльный пузырь, обтекая неровности пола, пока не тот занял всю площадь постройки, укрепившись на её стенах и накрыв нас защитным куполом. Интересная вещица открывшегося нам рынка эльфов. Кроме различных эликсиров там мало что сейчас было, но вот такие яички из горного хрусталя изредка попадались и отличие этих куполов от большинства подобных было в том, что они могли сами наносить урон атакующему его противнику. Это неплохо, так как на нападающих мне отвлекаться некогда, купол над холмом схож с теми, что накрывают большие замки. Он игнорирует любой урон, не превышающий какую-то критическую отметку. Помнится, в замке Боя это было десять тысяч единиц, а этот купол выглядит явно посолидней, хотя и я с тех пор вырос больше чем на двести уровней.

Я похрустел пальцами и начал первый каст.

Внимание! Каст заклинания «Болид» невозможен, отодвиньтесь подальше от преграды.

Я нахмурился и попробовал ещё раз с тем же результатом.

Почесал щетину, осмотрел окружающие нас стены развалин, раскинувшийся над нами купол, а потом поднял голову наверх, разглядывая нависшую над нами громаду острова. Ну да, в том самом месте, где должны были развернуться небеса, выпускаю на волю космического странника, висел сплошной массив камня, и он останется висеть там, пока мы его не освободим, или он не рухнет прямо нам на головы. Болид здесь не вызвать, надо придумывать что-то другое.

В принципе, можно использовать посох и попробовать снести его одним ударом, но мне бы хотелось оставить его мощь для схватки с личами. Мы как-то с ними уже бились, и они показали себя очень жёсткими бойцами.

Ладно, начнём с яичка, а потом посмотрим.

— Как там было… Дедка за бабку, бабка за дедку, дедку за хвостик потянула и… А нет, это не то. Мышка бежала, хвостиком махнула, яичко долбануло и расхреначило всё к едрене фене…

Моё заклинание сработало не столь кардинально, как в стишке.

Золотое яичко божественной ярости сорвалось с моих рук, пронеслось над головами наступающих на нас имперцев и ударило в защитный купол, нанеся ему очень приличный урон.

Я посмотрел на расширенные логи, стараясь не отвлекаться на вопли нападающих, на которых сверху свалился наш дракон.

Так… Срезает по двадцать пять тысяч урона, плюс спонтанный шанс удвоить эту цифру за счёт невосприимчивости ауры мёртвых к некоторым видам магии…

Для божественной ярости эта цифра урона ни о чём, даже если её удвоить, а вот для большинства других заклинаний — это очень высокая граница, которую так просто не преодолеть. Придётся долбить только самыми сильными и прожорливыми заклинаниями, хорошо хоть, что до края купола не больше ста метров и все они могут достичь цели.

Ладно, поехали.

Я ещё раз хрустнул шеей и начал каст сдвоенного мифрилового диска. Урон прошёл приличный. Всё же алхимия у Неспящих действительно на уровне. К сожалению, я это дело практически забросил, а вот кто-то у них явно днями и ночами юзал разные бутыльки, травы и порошки, достигнув в их смешивании и приготовлении больших высот. В итоге сделанные по стандартным рецептам эликсиры очень часто имели дополнительные положительные свойства, спонтанно увеличивая силу заклинаний или частоту выпадающих критических ударов. Удар ледяным гарпуном мог удвоить свой урон за счёт Раскола — этакого аналога для неживых объектов навроде кровотечения или перелома, накладываемых тем же ударом на живых существ.

Заклинания полетели один за другим, довольно быстро обнуляя не маленькую прочность щита. Пару раз, когда передо мной не было никого из питомцев кроме Вулкана, я использовал вал огня, который не только расчищал всю зону передо мной от противников, но и налетал океаническим цунами на купол, сотрясая его от основания до макушки. Вулкан, имеющий иммунитет к магии огня, плескался в нём будто бегемот в подсыхающем пруду, расплёскивая веерами огонь и хватая пастью лепестки несущегося вперёд пламени. После такого купания он не только восстанавливал потерянные в бою хитпоинты, но и напитывался халявной энергией, сам превращаясь в шар весело скачущего за разбегающимися имперцами бушующего огня.

А я начинал всё по новой: мифриловый диск, ледяной гарпун, гигантский фаейрбол… Потом ещё раз перечитал первые логи, и увидев в них название: «Некротический», добавил к своему арсеналу священный гнев. Куполу это не понравилось, а может сработало то, что живые защитники личей начали заканчиваться. Лес сейчас пылал уже повсюду и новых помощников оттуда не появлялось, а те, что засели на холме погибали один за другим. Жалеть стало уже некого и купол разродился настоящими потоками черно-зеленого дыма, потекшего вниз по склону.

Три десятка всё ещё осаждающих нашу импровизированную крепость тяжело бронированных бойцов в расчёт не взяли. С нашей стороны беспрерывно летели стрелы, наш, находящийся на последнем издыхании защитный купол стрелял молниями и пускал по земле всполохи голубоватого огня, Странник откидывал назад тех, кто пытался пробраться сквозь него в наши уютные покои, а сзади на них накатывался новый вал смертельных проблем.

— Осторожнее, — не устающая колдовать Феечка, шмыгнула чумазым носом, указывая волшебной палочкой на приближающейся дым, — нельзя чтобы он нас коснулся, это очень плохая штука.

В этом мы смогли убедиться уже через секунду, когда волна ударила в спину ничего не подозревающим имперцам. Она моментально покрыла их по грудь, заставив сначала замереть, а затем завопить так страшно, что у меня мурашками покрылась вся спина. Уж лучше бы их накрыло с головой, было страшно смотреть на эти искажённые неимоверной болью лица. Из дыма выныривали скрюченные руки, с костей которых спадала почерневшая плоть и бедолаги продолжали хрипеть еще страшнее. Скоро моё пожелание начало исполняться: оставшиеся без поддержки головы начали исчезать, проваливаясь вниз, а дым начал обтекать наше убежище, плеская на защитный купол свои чёрные языки. Помаргивающий и подрагивающий купол отвечал молниями и огнём, отбрасывая дым назад, но тот всё тек и тек с вершины, поднимаясь всё выше, грозясь перехлестнуть через стены и заняться куполом уже всерьёз. Я пустил сквозь него один за другим пару огненных валов, но те хоть и дошли